Марина и Сергей Дяченко - Хозяин Колодцев (сборник)

Минусы: если у вас нет музыкального слуха либо вы равнодушны к музыке, этот клуб не для вас.

КЛУБ ПУТЕШЕСТВЕННИКОВ. Вступительный взнос четыреста золотых. Члены Клуба путешествуют, не отрывая зада от мягкого кресла.

Плюсы: нет ограничений по степени. Если вы ленивы и любите комфорт, но в то же время желали бы увидеть дальние страны — этот Клуб подходит вам как нельзя лучше. С помощью специальных заклинаний члены Клуба устраивают окошки в пространстве: эффект присутствия поразительный, плюс безопасность, удобство и относительная дешевизна.

Минусы: если вы действительно любите путешествовать, лучше бы вам поднакопить денег на натуральную либо проекционную поездку.

КЛУБ СТРЕЛКОВ. Вступительный взнос тысяча сто золотых. Ограничение по степени: третья и выше. Члены Клуба организовывают натуральные баталии на магическом, полумагическом, заговоренном и свободном от магии оружии.

Плюсы: незабываемые ощущения. Азарт, игры для настоящих мужчин; в повседневной жизни не так много места для боевой магии, а так хочется ощутить себя настоящим бойцом! Крепкая мужская дружба, сброс негативных эмоций, лучшее применение вашей агрессивности — это Клуб Стрелков!

Минусы: среди членов Клуба велик процент несчастных случаев со смертельным исходом…»

— Мне расплакаться? — спросил я сумрачно. — От жалости?

Он не ответил.

Я переложил глиняного болвана из левой руки в правую, потом обратно; мы молчали долго, очень долго, и я даже не думал ни о чем — просто свыкался с новым положением вещей.

— Значит, камушки не твои? — спросил я наконец. — Не ты их создал?

— Камушки, — с отвращением сказал Ондра. — Камушки… На них чужая власть. Ты их не присвоишь.

— Я и не собираюсь их присваивать, — сказал я устало. — Я хочу знать, кто их сотворил. Кто похищал людей, вырезал кусочки их душ и оформлял в виде кулонов с глазами и лицами…

Я вдруг подумал, что Препаратор, кем бы он ни был, мог бы избавить Ондру от подозрений и страхов. Он разъял бы его душу, вытащил оттуда болезненную мнительность, втиснул бы ее в агатовый камушек с мордой слепого крота… И Ондра зажил бы снаружи, под солнцем, как подобает человеку. С красивым кулоном на шее.

— Слава сове, ты честен со мной, — сказал Ондра саркастически. — Другие всегда говорили — или делали вид — что им нет до меня дела. Ты единственный сразу признался, что хочешь убить меня. Это радует.

— Не радуйся так уж сильно, — пробормотал я. — Я ведь должен покарать Препаратора… Но если ты не Препаратор…

— Кому это ты должен? — перебил меня невидимый собеседник.

— Я обещал, — сказал я неуверенно. — Отец моего друга…

— Ну и что?

Я помолчал, понимая, что он прав. Действительно: ну и что?

— Я хотел покарать самого сильного, самого страшного в мире злодея, — признался я честно. — Если бы мне удалось это — я сам бы стал великим магом… может быть.

— «Может быть», — сварливо передразнил голос из темноты.

Было холодно.

Я потратил кучу денег, чтобы добраться до Мраморной Пещеры. Мне предстоит теперь возвращение — я поползу, как полз по столу муравей, только на этот раз в реальном мире и в обратном направлении. Долгий-долгий, тяжелый путь — и опять все сначала. Время идет, срок действия моего заклинания иссякает, а Препаратор опять ускользнул, и где искать его на этот раз — неведомо…

— Вот что, — сказал я через силу. — Я уйду… оставлю тебя в покое. Сиди в своей норе… только покажи мне, где выход.

Молчание.

— Ты оглох? — я повысил голос. — Печальную историю я выслушал, слезы утер, убивать тебя раздумал. Покажи мне, где выход, или я сам найду…

— Ищи, — сказал невидимый Ондра.

— Ты не веришь мне? — спросил я тише.

— Не верю, — сказал Ондра. — Ты говорил правду, когда угрожал мне. А теперь ты лжешь.

— Ондра, — сказал я как мог убедительнее. — Ты болен. Я не хочу твоей смерти. Я никому не расскажу про эту твою Пещеру… да и ни один человек в здравом рассудке сюда не полезет!

— Но ты же полез, — возразил Ондра.

— А теперь хочу уйти.

— Попробуй.

— Ты думаешь, я не смогу?! — я злился все сильней.

— Попробуй же…

Я встал. Закружилась голова; я смертельно устал, я нуждался в отдыхе, и все сильнее — Ондра прав — хотелось пить.

Нарочито громко щелкнув пальцами, я соорудил прямо перед собой хрустальную чашу с прозрачной водой. Выпил до капли; пустая чаша растаяла в воздухе.

— Как, ты сказал, тебя зовут? — поинтересовался Ондра.

— Хорт зи Табор.

— Ты попался, Хорт. Твоя ошибка в том, что ты пришел ко мне домой. Ты вошел сюда — я силой тебя не тянул. Ты притащил с собой Кару, поэтому я не могу убить тебя сразу. Но уморить, поводить по тоннелям, пока твои силы не иссякнут, пока не закончится срок действия Кары — это я могу…

— Тогда я тебя покараю! — рявкнул я.

— Пока ты не видишь меня, твоя Кара бессильна, — возразил Ондра. — Ты будешь бродить и бродить, мы будем беседовать… это даже лучше, чем я думал. Это замечательное развлечение, Хорт.

Я молчал.

— А когда ты умрешь, — мечтательно продолжал Ондра, — я возьму себе сабаю. Моя жизнь переменится… Я наконец-то начну по-настоящему жить. Читать книгу, которая никогда мне не наскучит…

Правой рукой я подтянул с себе сабаю, которая за время Ондриного рассказа успела сползти с моих колен. И подумал, что рано или поздно я все-таки усну. И что сил моих, позволяющих обходиться под землей без воды и пищи, хватит надолго, но не навсегда.

Черный кожаный переплет поддавался неохотно. Что я хочу вычитать?

«Шпиль, Голый. См. Ондра».

Я хмыкнул. Сабаядействительно совершенствуется — новые сведения появляются одно за другим, к сожалению, в них уже нету надобности…

Страницы дернулись, переворачиваясь против моей воли.

«Шанталья, Ора. Назн. маг 3-ой ст., ныне покойн.».

Я подался вперед. Ночное зрение подводило меня; строчки извивались червяками на крючке.

«Шанталья, Ора. Назн. маг 3-ой ст., ныне покойн.».

— Что это с тобой? — подозрительно спросил невидимый Ондра.