Олеся Андреева - Люди без Планеты

— Он кипит изнутри! — Запаниковала Настя.

— Это обычная реакция. — Бросил Саж.

— Теперь он станет таким, как вы? — Голос Сергея звучал обеспокоено. Это мягко сказано.

— Все не так просто. Если вам станет от этого легче, он может просто умереть.

О, да, мне стало значительно легче! До смерти стало легко, до чертовых раскаленных сковородок!

— Что? — закричала Настя. — Остановись и ответь!

Саж сжал кулаки, пытаясь дышать спокойно.

— Давайте для начала доставим Руслана в пункт медпомощи, и я сделаю все, что могу. Хотя, если вы хотите поболтать, можем и поболтать, излить друг другу души!

— Идите к черту со своими 'изливаниями'! — Просипел я.

На этом разговор был завершен. Наши виляния по коридорам сменились определенным курсом. Но я продолжения разговора ожидал не меньше, чем другие. Особенно, когда увидел расплывающиеся образы сестры и Сергея. Их души синим свечением выходили из тел и протягивались в длинный след, не тающий в темноте, но застывающий в ней, как подсолнечное масло в воде. За Сажем я такого не заметил. Чертова Римпва, это был тот самый человеческий след, остававшийся после человека! Я становился такой же кровососущей тварью, как все римпвийцы!

Мы вошли в светлое помещение. Перед глазами встало мутное стекло, которое не мешало бы хорошенько помыть. Я ни черта различить не мог, ориентируясь только по звукам. Тело от боли затекло, плечо горело так, будто его в кислоту окунули, протерли уксусом и для пущей убедительности прижгли каленым железом. Я с трудом осознавал место, в которое меня внесли. Светло-зеленые пятна-стены, на фоне которых выделялись узкие койки. Саж уложил меня на одну из них. По звуку можно было понять, что он методично достает и бросает банки с медикаментами. Меня собирались лечить, ух ты! Может, я и не умру. Настораживало только одно, Саж не был лекарем, тем более, человеческим. А Сергей с местной вакциной дела не имел. Ну, и Настя! Спасибо хоть ныть перестала! Напротив, она разорвала на мне и без того рваную футболку и сняла ее очень аккуратно. К ней присоединился и Сергей, видимо вспомнив, что давал клятву Гиппократа.

— Кровь остановилась. — Прошептал он.

Они старались говорить шепотом. Можно подумать, я их не услышу! Чудаки. Уж мне-то о моем состоянии было известно больше. Я уже все понял.

— Так, что с ним будет? — Продолжила прерванный разговор Настя.

Саж был краток. Но его слова были очень емкими, тут уж не прибавить, ни убавить.

— Никто не знает точно, как пойдет реакция. Он будет… мутировать. Все зависит оттого, что окажется сильнее, наши микротела или его иммунитет. Он либо умрет, либо переработает чужие организмы и изменится. Человеком он уже не будет. Мне очень жаль.

Не очень искренне прозвучало. Сестра молчала. Я знал, что ее губы дрожат, она сжимает пальцы в кулаки, так всегда было, когда она нервничала.

— Только сделайте так, что бы он не умер! — Застонала сестра, стараясь не смотреть на меня.

Видимо, я действительно хреново выглядел. Саж нашел что-то среди ампул, собираясь сделать мне укол.

— Что это? — Скорее просто для очистки совести решил уточнить Сергей. Вряд ли он стал бы возражать против каких-либо действий Сажа. Тем более что все наши возражения до сих пор в расчет не принимались.

— Что-то типа обеззараживающего. Препарат должен нейтрализовать действие инородных тел. Но, думаю, мы уже опоздали.

Уколов я не чувствовал. Но действие их практически сразу. Вернее их отсутствие. Новые клетки, мутирующие под воздействием римпвийской крови, выстраивали защиту в виде пленки, не позволяющую лекарству проникнуть дальше в организм. Вакцина вспенилась на поверхности и, задымившись, испарилась.

— Что за чертовщина? — Взвыла Настя.

Ну, хоть что-то положительного во всей этой галиматье — моя сестра вспомнила, что любит меня не смотря ни на что! Саж бессильно покачал головой, отошел от меня, махнув рукой. Он был мастером по 'обнадеживанию', просто-таки ас!

— Нет смысла обманывать. Мы опоздали. — Он смотрел на Настю, показывая всем видом, что сожалеет. — Теперь уже никакое противоядие не поможет.

— Теперь мой брат станет монстром!

Сейчас она задела не столько меня, сколько самого римпвийца. Может, он наконец-то поймет, что они не пара? Но, похоже, не мне теперь воротить нос от зятя римпвийца. Э-эх…

Я следил за собственными ощущениями. Наконец-то начал рассеиваться туман перед глазами, голова не кружилась, а самое главное, рана уже так не беспокоила. Не будучи точно уверенным, сколько часов прошло с момента укуса, я все же понимал, что не больше суток. Как же быстро происходят изменения… В голове набатом ударила мысль, неотвратимая реальность, сбывающийся кошмар! Я не хотел становиться не человеком!!! Мне стали так дороги мое мышление, мои человеческие эмоции, даже мои человеческие слабости! Я запаниковал, зажмурив глаза, что бы сестра не видела в моем взгляде этот дикий страх.

— Я должен теперь отправиться на поиски Ренаты и Маши. — Произнес спокойно Саж. — Надо помочь тем, кому еще в силах.

— Я с тобой! — Сергей вскочил с места.

— Вы, — На этот раз Саж указал только на двоих. На счет моей способности передвигаться он иллюзий не питал. — Вы остаетесь здесь, пока я не вернусь. И ни шагу из этой комнаты.

На какое-то время я отключился. Потом опять пришел в себя. Настя сидела рядом, тупо уставившись в стену. Я изо всех сил старался оставаться в сознании. Я мог больше не очнуться, но кто-то вместо меня проснется в следующий раз. Дрожь ужаса слилась с моим сердцебиением. Часто дыша, я боялся делать глубокие вздохи, боль сразу же возобновлялась, взрываясь новыми мучениями. В голове стучал пульс. Он все учащался и становился громче, достигая мощности удара кувалды по бетонной стене. Как бы заткнуть уши… Но, открыв глаза и посмотрев на сестру, я понял, что это ее сердце так ухало о мои барабанные перепонки. Я слышал, как ее кровь шумит в дуэте с кровью Сергея. Жидкость быстро протекала по венам, не задерживаясь. Красивый процесс, в нем есть само совершенство. Ничего лишнего, нечего незавершенного в человеческом организме. По секундам все рассчитано великим ваятелем. Мозг опять отключался, я впадал в транс, слыша только музыку крови. Я растворился в ней беспрепятственно, не уловив момента, когда кто-то посторонний, тот новый влез в сознание.

Поднявшись, я смотрел изнутри себя, как из центра управления. Новая буря ощущений затопила мозг. Зрение в полутьме комнаты стало другим, стало неотъемлемо зависеть от слуха. Звуки сканером показывали окружающую картинку до мелочей. Мерно сияли светящиеся фигуры людей. Я поднял руку. Звук от нее отталкивался, как от стены, а не от живого организма. Тело сосредоточилось в одной точке, между бровей, ожидая команды. Но отчетливее всего выделялся треск. Я оглянулся в поисках того, что разрывалось по швам, расползалось на куски. Только осознав этот звук до конца, я едва не оглох. Заткнул уши руками, но это не заглушило его ни на децибел. Нужно срочно предотвратить! Внутри поднялось смятение, я не знал, как заглушить треск. Я заметался по комнате.