Анна Алмазная - Целитель судеб

   - Что на самом деле ты ищешь в моей стране?

   - Возможно, справедливости?

   Мир провел пальцем по ободку чаши и продолжил:

   - Я прошу так немногого, чтобы ты, вождь Виссавии, помог мне справиться со собственным отродьем.

   Элизар бы в удовольствием, вопрос только как?

   - Алкадий - брат моего учителя.

   - Алкадий - убийца, который захотел моего трона.

   - Не верю, - выдохнул Элизар. - Ни один виссавиец не захочет какого-то трона какой-то страны.

   - Кассия для тебя "какая-то"?

   - Ты просто не знаешь, что такое на самом деле единение в богиней, мой друг, - усмехнулся Элизар. - И никогда не познаешь, потому что это убьет в тебе всякое желание возвращаться домой. А твое место не тут, там, и ты об этом великолепно знаешь.

   - Возможно. Но вы все равно ошибаешься. Твой Алкадий пытался меня убить. Полгода назад мои телохранители почти до него добрались... Алкадий как раненый зверь уполз в Темные Земли. А он магический вампир, да ты лучше меня знаешь, набрался от местных тварей сил... и вновь вернулся в Кассию.

   - Дальше.

   - Ты был не первым виссавийцем, который убил моего целителя судеб. И не первый раз его воскрешали.

   - Вот как? - Элизар бросил взгляд на застывшую за спиной Мираниса фигуру телохранителя и задумался.

   Отец отпустил Алкадия, это правда. Пожалел Акима, и это правда. Но не пожалел самого мага. Для виссавийца, пусть даже для вампира и отверженца, жить за пределами клана - это мучение. Алкадий наверняка бесился от боли, сходил с ума от обиды, вот и творил глупости, как недавно творил их и Элизар. Сумасшедший маг, это ведь никогда не было подарком.

   Несмотря на то, что все закончилось, Элизар по-прежнему чувствовал страх своих подданных. Даже сестра его боялась, только раньше Элизару это даже нравилось, а теперь... убивало.

   Но если Алкадий действительно набрался чужой магии в Черных Землях, то у вождя нет такой силы, чтобы встать против него за пределами клана. И, значит, помочь Миранису он не может. Значит, и обещать не будет...

   - Я бессилен, прости.

   - Я знаю, - прошептал Миранис.

   - Могу лишь... попробовать вновь вызвать целителя судеб. Но сомневаюсь, что это поможет. И ты об этом знаешь, не так ли? Или мне продолжить?

   Миранис знал. Элизар читал это в его глазах и немного жалел этого телохранителя-мальчишку, что по глупости, да по молодости влез в болото... где в скором времени и завязнет.

   - Но даже попытаться тебе помочь я могу только при одном условии - ты отдашь мне наследника...

   - Отдашь? Как вещь? Вы, виссавийцы, иногда меня поражаете.

   - Этот мальчик принадлежит нам.

   - А ты думаешь, я его держу? - осторожно спросил Миранис. - Ты сильно ошибаешься...

   - Отдай мне наследника, - повторил вождь. Этот разговор действительно давался нелегко. С Элизаром редко разговаривали на равных, ему никогда не отказывали. И ощущение от отказа было совсем неприятным.

   - Я не буду его неволить, - твердо ответил Миранис. - Даже Виссавия этого не делает. Доверься своей богине хотя бы на этот раз.

   - Отдай мне наследника, - в третий раз повторил вождь, не понимая, почему Миранис сопротивляется - наследник клана принадлежит Виссавии. В клане он и останется.

   Принц прикусил губу, и глаза его слегка потеряли смысл... Элизар вдруг понял, что Миранис советуется со своим целителем судеб. Это слегка удивило. Вождь даже не думал, что телохранители так же и советники наследного принца Кассии. Что же... значит, убеждать надо не только Мираниса, но и его окружение. Эту четверку, которую на приемах ни видно и ни слышно.

   Хотя целителя судеб не спрячешь. Куда он не придет, а выделяется сразу. Это судьба его быть всегда на виду. Опасный, но в то же время интригующий. Такого рода силу вождь еще никогда раньше не встречал.

   Его бы хранителям знаний, те были бы счастливы дополнить свои трактаты новыми наблюдениями... Все несущие силу одиннадцати необычны и интересны, да вот только Миранис телохранителей бережет, виссавийцев к ним близко не подпускает. Бережет, как государственную тайну.

   - Все что я могу, это устроить вам встречу, - сказал, наконец-то, принц Кассии. - И ты сам с ним поговоришь. Сам убедишься, что я сказал правду.

   Элизар не возражал. Что же, пусть будет и так - он встретится с наследником. И посмотрит в глаза тому мальчику-кассийцу, которого избрала для себя Виссавия. Жаль только, что очередная династия вождей на Элизаре и закончится. Впрочем, он это заслужил.

   - Я могу забрать его и сам, - возразил вождь. - Могу найти в твоей свите... вычислить. Достаточно только Араму... он так похож на меня... почему-то.

   - И почему-то никто из виссавийцев этого до сих пор не заметил? - зло парировал Миранис. - Это не моя вина, что наследник предпочитает прятаться. Это ваша вина. И вашей богини. Но если ты сам не в силах разобраться с Виссавией, то как ты убедишь его? А, Элизар?

   - Я попытаюсь. Когда?

   - Сегодня на закате. Это твое любимое время для встреч, не так ли? Моего телохранителя ты тоже встречал на закате...

   - Пусть будет на закате, - нетерпеливо прервал его Элизар. - Где?

   - Он сам придет.

   - Я буду ждать.

   - И ты поможешь мне с Алкадием.

   - Я сделаю, что смогу, - уклончиво пообещал вождь.

   - Нет, мой друг... - прошипел Миранис. - Ты сделаешь все возможное, уж поверь моему слову.

   Снова глаза Мираниса резко утратили смысл: наследный принц вновь говорил со своим телохранителем. Кажется, даже ссорился. Кажется, Эррэмиэль недоволен. Кажется, потому что глаза его все так же холодны и, только пухлые губы вдруг сжались, и между бровями показалась небольшая морщинка.

   Рэми волновался с самого начала этой встречи. Но даже не из-за разговора с вождем Виссавии, а из-за темного облака, которое он явственно видел и над головой Мираниса, и над головой вождя.

   Он хотел бы спросить, что это такое, он чувствовал, что это важно, но слова застывали в горле. Однажды он уже такое встречал, в далеком детстве... но почему-то не мог восстановить в памяти где и когда, как не пытался.

   А потом вождь заговорил о наследнике, и Рэми забыл обо всем на свете.

   - Ты дал мне клятву, Рэми, - напомнил Миранис. - Но выбирать - остаться с вождем или пойти со мной ты должен сам.

   - Я уже давно выбрал...

   - Как знаешь...

   Разговор не был приятным. И хотя вождь и наследный принц улыбались, телохранитель чувствовал повисшее между ними напряжение. Так не должно быть. Элизар это хлопоты Рэми, не Мираниса, и Рэми сам с ними разберется. Потому и согласился на встречу, хоть принц, сразу было видно, не очень-то был решением телохранителя доволен.