О. Шеремет - Время надеяться

Ряд колонн вел к алтарю, собор изнутри совещался алыми и голубыми лампадками, мечущийся свет которых выхватывал из мрака лица монахов и монахинь. Жутко.

И так, век за веком, напевные и невнятные слова молитв, смиренно опущенные глаза, слезы просветления или раскаяния, мирра, ладан и воск. Бог есть любовь. И Смерти нет.

Чувствую себя такой одинокой среди этих людей. Я знаю то, чего не знают они, но мне от этого ни капли не легче… Сессен, Алхаст, как мне не хватает вас!

Хоуп потянула меня за плечо, возвращая в реальный мир. Зашептала на ухо, обдавая горячим дыханием кожу на шее.

— Смотри, смотри, это отец-настоятель!

Усилием воли я заставила себя заинтересоваться происходящим. Отец-настоятель был благообразным седым мужчиной средних лет, с сединой на висках, но без залысин.

Чересчур благообразен — как с картины. Я чувствую переигрывание… Сколько демонов скрывается в твоей душе, священник?

Словно прочитав мои мысли, настоятель обернулся в сторону новых послушниц. Хоуп и вторая девушка ахнули и опустили глаза, трепеща от благоговейного восторга. Я же, оправдывая репутацию жирафа, до которого всё доходит на третьи сутки, только начала догадываться о том, что следует вести себя чуть скромнее, когда священник приблизился.

Строить из себя скромницу-эльфийку было уже поздно, поэтому лишь слегка поклонилась.

— Зачем ты здесь, дитя? — вопросил хорошо поставленный баритон церковника.

— Ищу истину, — и это была чистая правда.

— Ты не боишься, что её величие не сможет вынести обычный человек?

— Бог есть истина. И Бог есть в каждом человеке… разве не так говорится в Книгах, Отец?

— Верно, — его взгляд задержался на моем лице, скользнул в сторону.

Из-за этого неуловимого взгляда, равнодушно-мягкого тона священник начинал мне активно не нравиться.

— Дитя, я бы хотел поговорить с тобой.

Всё. На костер хамку…Давно пора, а то что-то подмерзаю я в этой рясе.

— Я буду счастлива испить чашу вашей мудрости, господин.

— Нет-нет, — возразил настоятель, — Господин у нас только один, Господь Бог. Мне нравится твое рвение и твоя чистая душа — я вижу её свет в твоих очах.

Амур захихикал.

— Чистая душа у магички! Старик, да ты поехал крышей.

В общем, хорошо, что кроме меня, цыпленка никто не слышал.

— Дочь моя, я буду ждать тебя завтра после утренней службы, здесь, у входа в собор.

Вместо ответа поклонилась. Коварный, злобный план начал зреть в моей чистой душе.

Ночью я тихо выскользнула из кельи, надо было провести военный совет с Амуром, подальше от чужих ушей.

— Амурчик, мне нужна твоя помощь.

— Ах, вот как? Чуть что — "цыпленок", а если нужна помощь, так Амурчик! — запыхтело дитя.

— Не обижайся, я же любя. Дело касается настоятеля….

— Он ни о чем не знает, — поторопился сообщить мальчишка. — Сегодня я побывал у него в келье, там нет ни единого подозрительного клочка бумажки.

— Это еще не показатель. Твой лук ведь еще работает?

— Да, только слабо. Чувство нестойкое, быстро пропадает. Ты кого-то хочешь приворожить?

— Настоятеля, — брякнула, собравшись с духом. — Не смотри на меня так, Амур! Он знает что-то о детях Мимира; я готова поспорить на свою душу, что знает! Мой план, конечно, отвратительный, но другого пути не вижу — и потом, когда верну себе магию, сниму все последствия с церковника, обещаю! Но…

— Если ты еще не поняла, — обстоятельно начал дух, — мои стрелы здесь не помогут. И, кстати, твой план вовсе не отвратительный — если ты поймешь, к кому он относится. Лаэли, это старик — глава Инквизиции! И не настолько он добродетелен, как кажется.

— Я догадалась.

— А ты не догадываешься, что тот, кто учит других людей, как жить, никогда не пользуется своими же правилами? Проще говоря, распоследняя кухарка в монастыре более чиста и искренна, чем отец-настоятель.

— Возможно… Но почему ты сказал, что твои стрелы ничем не помогут?

— Эх, ты… магичка. Что, без своих чар вообще ничего не можешь?

— О чем ты?

— Завтра узнаешь, — мрачно каркнул ангел любви.

ДАРМ'РИСС

Прошло двое суток с тех пор, как Лаэли отправилась в монастырь. Я ощущал странные перемещения своих внутренних органов, или, проще говоря, сердце было не на месте. Кто знает, в какие неприятности она там влипнет, без меня?

Но демон-Скупец не могу проникнуть на территорию Церкви, поэтому мне оставалось только ждать.

За полчаса до назначенного времени я уже болтался неподалеку от ворот. Скрип двери, легкие шаги — слава богам, с ней всё в порядке! Подавил желание со всех ног броситься к девушке, подошел медленно.

Она выглядела бледнее, чем обычно, отчего на коже проступили веснушки. Прятала глаза.

— Лаэли?

— Д-да. Знаешь… у нас есть информация. Мы узнали, где — возможно — находятся Дети Мимира. Значит, там и Зеркало.

— Где? — нетерпеливо спросил я.

— Если направиться от города по западной дороге, там будет долина, окруженная холмами. Она охраняется. В долине — озеро, на берегу озера жилище "ангелов" — думаю, сектантов, которые так успешно избавляют этот мир от магии и магов.

В восторге подхватил девушку на руки — легенькая! — закружил, пока на её лицо не вернулась улыбка.

— Лаэли, да это же удача! Ты просто умничка! Сегодня же отправлюсь в долину, наведу переполох в стане врага, и вернемся в МУМИ праздновать победу.

— Я пойду с тобой.

— Нет. Ты продолжишь делать то, что так хорошо получается — собирать информацию на пару с Амуром. Да и потом, здесь ты будешь в безопасности. Когда вернется магия… если со мной что-то случится, Детям Мимира в последнюю очередь придет в голову искать тебя под крылышком у церковников.

— Да, ты прав, — она вздохнула, снова погрустнела. — Просто мне здесь активно не нравится. Ты справишься один?

Но ведь я буду не один — и это одна из причин, по которой не хочу брать тебя с собой. Ты и так не лучшего мнения обо мне, а, уж если узнаешь о договоре с демоном…

— Справлюсь. Веришь?

— Верю. Возвращайся поскорее.

— Через три дня вернусь. Жди, — напоследок сжал её прохладную, чуть дрожащую ладонь, с сожалением выпустил.

Так многое может быть сказано — но я оставляю это на потом.

П р и м е ч а н и я:

(1)Эринии — в Греции, богини мести.

(2)let it be — англ. Да будет так.

(3) Существует примета, что, если нагар на восковой свече склоняется в сторону человека, то это "саван", и этот человек вскоре умрет

(4) Ваал — один из Принцев Ада.

Глава 14