Джулия Смит - Зов безумия

— Не уверена, — ответила она, удивленно пожимая плечами.

А ведь раньше ей и в голову не приходило задуматься над подобными вещами…

— Кельвин — мой отец, но я плохо знаю его. Иногда это просто поражает меня саму.

— Такое часто случается. Кстати, то, насколько хорошо ты знаешь окружающих тебя людей, нередко является показателем того, знаешь ли ты самого себя.

Атайя открыла было рот, чтобы сказать что-нибудь в ответ, но не произнесла ни слова. Столь неожиданное замечание Джейрена привело ее в смятение. Мысль о проникновении в собственную душу буквально пугала ее. Она очень боялась откопать в себе что-либо такое, о существовании чего не хотела знать.

На протяжении довольно долгого времени Джейрен молчал. Он слушал крики чаек, успокаивающую мелодию прибоя и наслаждался свежим воздухом и резким запахом моря. Атайя погрузилась в раздумья.

— Разговор о Кельвине кое о чем напомнил мне, — заговорил наконец Джейрен. — Тебя можно только похвалить за то, как ловко ты обнаружила меня в монастыре и заставила сдаться. А ведь это не каждому удалось бы. Никогда не думал, что ты носишь с собой корбаловый кристалл. Ведь твой собственный отец является одним из представителей моего народа.

— Естественно, не является, — резко ответила Атайя. — В Трелэйнах нет и никогда не было ни единой капли зараженной крови лорнгельдов.

Когда последнее слово слетело с ее губ, девушка вдруг осознала, что обидела Джейрена, причинила ему боль. А ведь она совсем не собиралась этого делать.

Щеки принцессы вспыхнули от стыда.

Джейрен подмигнул ей.

— Все в порядке. Закоренелые предубеждения невозможно уничтожить в одночасье. Но я тебе уже говорил: это не связано с кровью.

— Хорошо, хорошо, с чем бы это ни было связано, у Кельвина ничего такого нет, — решительным тоном заявил Атайя. — Корбаловые кристаллы не оказывают на него никакого воздействия. Архиепископ Вэнтан всегда носит на пальце кольцо с корбаловыми камушками. Отец никогда не сказал ему ни слова по этому поводу. Кроме того, ему почти пятьдесят, а проявлений у него мекана не наблюдалось. Он не может быть лорнгельдом.

Джейрен нахмурил брови и задумался.

— Кельвин не был рожден с даром колдуна, — бесхитростно объяснила Атайя. — Волшебству его обучил Родри, друг Хедрика.

В то же мгновение принцесса поняла, что сказала нечто ужасное. Лицо Джейрена стало вдруг мертвенно-бледным. Он закачался в седле, как будто кто-то только что ударил его по голове, и схватился за поводья с совершенно растерянным видом. Его нижняя губа задрожала.

— Джейрен, что случилось? Тебе плохо?

— Ты уверена в том, что рассказала? — выдавил он из себя еле слышно.

Атайя покачала головой, абсолютно сбитая с толку.

— Да, если мне не солгали. Совершили там какой-то ритуал, и все… Я не знаю подробностей, ведь это произошло еще до моего рождения. А что такое? В чем дело?

Джейрен закрыл лицо ладонями и настолько ушел в свои мысли, что, казалось, забыл о присутствии принцессы. Он выглядел отвратительно и скорее всего пребывал в ужасном, как будто предобморочном состоянии.

— О Всевышний! Дела обстоят намного хуже, чем ты предполагал, Хедрик, — пробормотал Джейрен себе под нос. — Намного хуже, чем все мы предполагали.

— В чем дело? — не отступала Атайя, совершенно ошарашенная его реакцией. — Пожалуйста, расскажи мне!

Она умоляла и упрашивала его, в конце концов даже приказала ответить, но потом вспомнила, что рэйкский гражданин вовсе не обязан подчиняться кайтской принцессе. Джейрен ничего так и не сказал. Он вел себя неестественно тихо и отрешенно до конца дня, говорил что-нибудь, только если возникала необходимость, и даже тогда ограничивался лишь краткими односложными репликами. На предложение Атайи догнать остальных Джейрен не отреагировал, и ей пришлось оставить его позади наедине с таинственными проблемами, причинявшими ему столь явные страдания.

— Как он? — спросил Тайлер, когда она догнала его, и, повернув голову, окинул колдуна беглым взглядом.

Джейрен ехал сзади все на том же расстоянии от них.

— Ты имеешь в виду — после вчерашнего вечера? — Атайя постаралась придать голосу оттенок равнодушия. — О! Церемония отпущения грехов произвела на него сильное впечатление, но, думаю, он скоро полностью придет в себя.

О том, что теперь, после разговора с принцессой, колдун пребывал в еще более подавленном состоянии, сама Атайя не упомянула.

Ведь причиной его расстройства была уже не бедная крестьянская женщина, а сам король Кайта.

Глава 7

Последний день путешествия близился к завершению, и волнение Атайи возросло до невероятных пределов.

Девушка потеряла аппетит и не могла ни о чем думать, кроме как о предстоящей встрече. Джейрен, почувствовав состояние принцессы, беспрестанно болтал о чем-то, пытаясь успокоить ее и убедить в том, что бояться Осфонина вовсе не стоит. Это в какой-то степени помогло: во время обеда Атайя съела приличный кусок сыра.

Джейрен продолжал развлекать ее, рассказывая о достопримечательностях страны, мимо которых они проезжали, и об истории городов, в которых останавливались. Сердце Атайи переполнялось благодарностью за оказываемое им внимание и поддержку. После пересечения границы Джейрен заметно оживился и лишь время от времени впадал в задумчивость. Но и в эти моменты он выглядел не настолько несчастным, как после их разговора на побережье, и Атайя решила, что ему удалось найти решение проблемы, так обеспокоившей его тогда.

Когда небосклон на горизонте окрасился в пастельные тона, оповещая о скором закате солнца, Тайлер придержал коня и поравнялся с Атайей.

— По словам Джейрена, мы прибудем в Ат Луан примерно через час.

Принцесса нехотя кивнула, ощутив вдруг неприятную пустоту в желудке.

— Все будет хорошо, не волнуйся, — произнес Тайлер и ласково улыбнулся. Его улыбка — именно такая — всегда действовала на нее успокаивающе. — Осфонин окажется полным идиотом, если посмеет прогнать такую красавицу со двора. И я скажу ему об этом.

— Обещаешь?

— Обещаю. Постараюсь успеть. Если они захотят захлопнуть ворота перед нашим носом, я помешаю им при помощи своего клинка. Но все равно скажу им все, что о них думаю.

Атайя звонко расхохоталась. Она была уверена: что бы ни случилось, Тайлер придет на помощь. Принцессе всегда казалось это просто поразительным: он мог угадывать ее настроение с полувзгляда, с полуслова. И постоянно знал, как поддержать ее, какие подобрать слова, каким образом утешить. В трудные моменты Тайлер неизменно был рядом.