Елена Козак - Предсказание

В какое-то мгновение, я уже не замечала в какое именно, пытаясь глухой стеной отгородиться от происходящего, все изменилось. Призраки исчезли, но на меня начали давить стены. Казалось, еще мгновение и я исчезну вслед за привидениями. Появилась ужасающая слабость, безразличие, дикие галлюцинации… и, наконец, я начала задыхаться. Истекали последние капли воздуха, а вмести с ним и моя жизнь…

А потом на лестнице раздались шаги, и я заголосила. Какая угодно смерть лучше, чем этот кошмар…

— Извини, — примирительно сказал Фред.

— Да чего уж там, — голос прозвучал немного хрипло. Я еще раз пережила те события, о которых хотела забыть навсегда. Премного благодарна тебе, Грэг. Я этого не забуду!

Но мне не хотелось показывать свое истинное состояние. Спасибо, конечно, этим людям за то, что они спасли мне жизнь, но не сегодня-завтра мы расстанемся. А они могут рассказать мою историю кому-то не тому, например, человеку, который это все затеял. Он ведь все еще жив. Опасно верить в обратное пока ты не увидела тело. Хотя порой так и хочется погрузиться в сладкую иллюзию, овеянную безопасностью.

— Тогда твоя очередь рассказывать, — вновь напомнил Фред.

И на что ему мой рассказ? Ведь не отцепится. А я не хочу в очередной раз обо всем вспоминать. Итак, благодаря Грэгу пришлось. Ладно, для начала:

— Конечно, конечно, — новая улыбка, немного грустная в этот раз. Какое счастье, что на лице можно изобразить все, что угодно помимо истинных мыслей и чувств — но можно сначала еще один вопрос?

— Всегда, пожалуйста, — бросил Грэг.

Да, вот он точно не страдает излишним любопытством. Хоть в чем-то повезло.

— Вы не находили моих подруг? Селестин, Леси, Марианн — я начала перечислять имена девчонок, с которыми меня некоторое время назад связала судьба. Сомнительно, почти невероятно, ведь смерть Леси я видела собственными глазами. Но вдруг им повезло, так же, как и мне.

Парни переглянулись:

— Как выглядели твои подруги? — осторожно спросил Фред после недолгого молчания.

— Выглядели? — переспросила я — да все по-разному: Селестин — невысокая голубоглазая блондинка, Шер… — нас было пятнадцать человек. Вам описывать каждую? — Вот я и сказала первые слова о своем прошлом, которое должно было оставаться тайной для всех.

— Не стоит, — Фред посмотрел мне в глаза — я видел тело одной девушки. Она странно выглядела: очень худая, по виду — лет 25, но седые волосы. Так странно…. Она была мертва.

Последнее можно было не добавлять, он ведь начал с того, что видел тело, а не живого человека.

— Да еще, у нее вот здесь, — парень прикоснулся к виску — была родинка.

Родинка? — у кого из наших была родинка. Внезапно пришло воспоминание: Элен Виера закидывает прядь иссиня-черных волос за ухо и ненароком касается маленького красного пятнышка. Значит, все-таки она. Предчувствия не обманули маркизу. Странно только, что у нее были седые волосы, да лет ей никак не 25. А всего 17…. нет — 16. 17 уже не исполнится никогда…. Но все остальное сходится: болезненная худоба, родимое пятно на виске.

Я встала.

— Извините, мне нужно подумать, — я быстро развернулась и побежала вглубь леса, не реагируя на прозвучавшие в след голоса.

Мне хотелось отбежать подальше, поэтому я не щадила себя. Все время двигаться только вперед, не останавливаться… Но усталость вскоре взяла свое: я выдохлась. Пришлось постоять, прислонившись к дереву и думая о том, что моя физическая подготовка желает лучшего. Наверное, раньше я вела совсем иную жизнь. А, возможно, просто отвыкла от нагрузок за пятнадцать дней безделья. Наконец мне удалось отдышаться, и я побрела дальше.

Мои слова о желании побыть в одиночестве и подумать были ложью. На самом деле, в глубине души я была давно уверена, что девушки мертвы. Да и не одна я, мы все так думали. Просто не знали почему, ради чего нас досрочно отправляют на встречу к Моргане?

Так что, слова Фреда не стали ошеломляющим известием. Просто на миг стало грустно оттого, что все, кого я знала, погибли. Мне не забыть лица девчонок, с которыми мы прожили пол месяца: разговаривали, шутили, дулись друг на друга, и плакали, когда считали, что никто не видит.

Но жизнь продолжается, и я не хочу ее терять. Это слишком глупо: спастись от обезумившего мага, управляющего людьми, как марионетками, и попасться в третьесортную ловушку. Я и ушла по этой причине. Мне не нравилось, как мои спутники переглядывались, не нравилась история, которую они рассказали (как Фред мог на таком расстоянии меня услышать, зачем они вообще пошли в лес, о котором ходит такая дурная слава?). Мне постоянно чудились недомолвки, и что-то, что ускользало от моего сознания. С Грэгом все понятно — простой рубаха-парень, но Фред… не знаю. Он вызывал у меня странное чувство фальши. Как будто, парень играл роль, но иногда забывал сценарий.

А, возможно, я это только что придумала, пытаясь объяснить свое нелогичное поведение. Ну, или у меня развивается паранойя. Хотя она ничем не хуже, чем излишняя доверчивость. Лучше даже: меньше шансов попасть в ловушку.

Как бы там ни было, я не хочу рисковать. На себя всегда можно положиться, а на кого-то еще — увольте. Будем играть сольную партию.

Я отдалялась все дальше и дальше. Теперь и огонька не видно и тишина вокруг стоит. Я остановилась: странно, только недавно слышалось пение птиц, ветер шелестел листьями, а сейчас лес накрыло странной, мертвой тишиной. Это было неправильно, более того — жутко. Мне внезапно пришло в голову, что я не представляю, куда иду. Этот лес пользуется мрачной славой. И очень мало шансов встретить кого-то здесь. Я имею в виду, кого-то живого, а не призрачного с желанием поразвлечься со смертным.

Мое мнение резко изменилось. Это была плохая идея выбираться своими силами. Захотелось повернуть назад. Вот только я не представляла куда идти. Внезапно с глубин памяти пришли рассказанные кем-то страшные истории о том, как лесные призраки водили людей за нос, мешая им покинуть свои владения. Нет бы, чего хорошего вспомнить! Кто я такая, например.

Но тут стало не до воспоминаний и жалости: пришел страх. Я не могла сдвинуться с места и так и стояла, прислонившись к дереву. А потом подул ветер страшной силы…

— Никогда не понимал женщин. Смерть друга — это ужасно, но убегать неизвестно куда так надолго — просто глупо. Заблудится ведь.

— Девушка могла просто сбежать от нас куда подальше. Не захотела рассказывать о себе — вот и повод нашла, — Фред безразлично вертел в руках небольшую побрякушку.

— Глупости, — Грэг с удивлением поглядел на друга — откуда в тебе такое неверие к людям?