Элеонор Бирке - Школа мечтателей

Чучеловед сжимал тонкую ладонь Элфи и вел ее к выходу не спеша, словно он слышал мысли Элфи, получая удовольствие от узлучаемого ей страха. Наконец Элфи ступила за порог кабинета. Тут же вырвав руку из пухлой ладони Ветхона и выдохнув, крикнула:

— Спасибо, — развернулась и помчалась даже быстрее, чем недавно убегала от внезапного выкрика Харма.

Глава 10. Бенайрис

На окраине Воллдрима на втором этаже старинного особняка почтенного возраста дама распускала волосы, заплетенные на ночь в две тугие косы. Обдумывая дела на весь день, она подошла к зеркалу и принялась расчесываться. За окном невысоко блистало солнце, и утро начиналось с приятных ощущений. Боль в шее, не унимавшаяся десяток лет, сегодня напоминала о себе не так ярко. Это радовало, так как обычно каждой утро ей приходилось делать холодные компрессы и заваривать чай из малиновых листочков, дабы уменьшить воспаление суставов и немного улучшить самочувствие. Брегантина посмотрела в зеркало и ахнула: среди серебряных волн, ниспадающих с ровного пробора, появилось пару десятков темно-каштановых ниточек:

— Это еще что такое? — Она наклонилась к своему отражению. — Не может быть! Откуда?

Седовласая мадам отошла прочь и уселась в мягкое кресло. Она стала перебирать свои длинные, почти до пят серебряные волны. Давно позабыв молодой цвет своих волос, сейчас она действительно испугалась.

— Как такое возможно? Это противоестественно… Виола! Виола, где же ты? Иди сюда!

Через минуту в комнату вошла ее старая знакомая в сорочке и мягких тапочках:

— Ты чего раскричалась с утра? Ничего не понимаю…

— Посмотри. Твоя работа?

Виола подошла и взяла волосы Брегантины в свои руки:

— Да ты скоро вновь красоткой станешь, — она рассмеялась, но Брегантину ситуация совсем не веселила, — Может так и было. С чего ты взяла, что они все были седыми?

— Конечно же все! Это ты? Что ты наделала? Люди заметят и как такое объяснить?

— Придется перекраситься в седовласку. Правда, я не знаю таких средств, — Виола не могла удержаться, ее разбирал смех от волнения давней знакомой, — или давай вернем твой природный оттенок, насыщенный каштан, а морщинки подчеркнут чудную красоту, — она рассмеялась, но вскоре продолжила более серьезным тоном. — Но вообще интересно. По законам этого мира такое не должно происходить. Может они действительно были и раньше, да ты не замечала?

— По-твоему, я свихнулась на старости лет? Не было их! Лет сто, наверное!

— Не горячись, разберемся. Думаю тут, кто-то из молодежи решил подшутить.

— Ну и шуточки. Что ж теперь делать?

— Попробуем бенайрис. Хотя это долго…

— Я вижу тысячи людей ежедневно. Прикажешь, каждому напялить бенайрис? Да и что, по-твоему, шутник признается сам? Скажет: «О да, вы седые в очках, а так чистая шатенка».

Виола улыбнулась:

— Это из ближайшего окружения. Кто-то из друзей. Думаю разумней притвориться, что ничего не происходит, так хулиган сам начнет волноваться и выдаст себя или же позабудет о проказе, и она постепенно растает.

— А если начнутся вопросы?

— Придумай что-нибудь. Скажи, например, что решила сменить имидж, — Виола рассмеялась.

— Очень смешно. Спасибо за поддержку. Сама придумаю правдоподобную историю.

— Не переживай ты так, Брегантина. Собирайся, а я пока заварю тебе малину. Я сегодня никуда не спешу, выпью и сама немного, что-то ноги ломить начало. Наверное чувствуют осень…

— Я не буду отвар. Некогда мне, много дел. А ты выпей, а-то скрип твоих костей мне всю ночь спать не давал, — Брегантина рассмеялась своей сладкой дружеской мести, а Виола недовольно поковыляла прочь.

Директриса причесала волосы, затем заплела нетугую косу и закрутила ту на голове. Плетение скрылось под широким кольцом аккуратного пучка, который закрепили двумя десятками шпилек и заколок. Черное платье с пышной юбкой без кринолина прикрыло тканевые туфельки на невысоком каблучке, сделавшие мисс директора на пяток сантиметров выше ее миниатюрного роста.

— Виола я ухожу!

— Хорошо! Удачи, старушка-молодуха…

Брегантина вышла в дверной проем комнаты и ехидный смех ее подруги оборвался.

Директриса стояла в холле Купола Природы: тишина, вокруг никого. Брегантина присела на мраморную скамью и задумалась. Перебирая в памяти всех мечтателей, она анализировала каждого. Кто придумал шутить над ее возрастом и статусом? А может это вышло случайно?

— Ох уж эти мечтатели. Трудно с вами, но без вас вовсе невозможно, — он ухмыльнулась и, топнув каблучками, вскочила, — сегодня она была полна энергии. Сделать предстояло немало важных дел.

Звонко отдавались эхом в просторном помещении снабженные набойками каблучки: Брегантина направлялась на важную встречу. Пока школа пустовала, надо было кое-что проверить.

Коридор «Саванны» вызвал дрожь от утренней прохлады, вливающейся из распахнутых окон. За летний период рамы заполонили вьюны, и теперь придется немало с ними повозиться, когда наступят настоящие холода. Но не сейчас, еще пару месяцев теплого времени порадуют обитателей Воллдрима, хотя в ранние часы становились немного прохладней. Дверь в кабинет мелких млекопитающих покачивалась, тонкий проем медленно сужался и расширялся от гуляющего по коридорам свежего воздуха. Брегантина открыла дверь:

— Доброе утро, Пенелопа. Ты уже здесь? Это хорошо.

— Здравствуйте, мисс Брегантина. Я тут вожусь с малышами Груньки. Скоро их можно будет выпустить.

— Ты молодец. Спасла малышей, когда их матушка погибла.

— Вы знаете, если б они были немного меньше, думаю, даже я не смогла бы им помочь. Но вместе мы их выходили. А вот эта — точная копия своей мамы морской свинки.

— Точно, похожа! — Брегантина подошла к аквариуму, где миниатюрная Грунька раскручивала, перебирая лапками, деревянное колесико, служащее для разминки грызунов, живущих в ограниченном пространстве. Ее братья и сестры, всего шесть малышей, занимались своими делами. Кто-то отдыхал на крохотном деревянном домике с прямой крышей, другие вынюхивали лакомства в тарелке с зерновой смесью, а один, полностью черный малыш, обхватив двумя лапками пестик от вертикальной поилки, толкал язычком шарик в отверстие, дабы отмерив живительную каплю свежей водицы, тот утолил его жажду. — Такие милые крошки, можно без конца наблюдать за ними.

— Да вы правы. Я столько с Грунькой возилась. Так жаль ее, — Пенелопа поджала губу готовая расплакаться.

— Так мисс Хайвон! Нам предстоит важное дело. Пока никого нет, мы должны разрешить одну задачу.