Валерий Иващенко - Маленькая ведьма

- Вот придём к тётушке, соберутся ещё пара-тройка наших. Тогда можно будет проверить твои способности, заодно и провести инициацию.

Однако оказалось, что было весьма опрометчиво с её стороны дать неугомонной Линн такую пищу для размышлений и такую обширную тему для лавины вопросов. В конце концов эльфийка сдалась, шутливо подняв руки вверх.

- Давай придём сначала, отдохнём, а потом уж всё своим чередом и выяснится. Не ставь телегу впереди лошади, в общем.

Если в оставшуюся часть пути Линн и не умерла от любопытства, помноженного на нетерпение, то только потому, что твёрдо вознамерилась всё как следует выяснить. С последующим обдумыванием и раскладыванием по полочкам - несомненно, для дальнейшего, более пристального рассмотрения.

В далёкой степи, в заброшенной кибитке умирал шаман. Ещё вчера это был крепкий, дотемна выдубленный солнцем и всеми ветрами старик. Власть его - не призрачная, коей так кичатся вожди и зелёная молодёжь - была воистину огромна. Неистовые степные суховеи, несущие в себе жар и песок пустыни, унимались, стоило шаману обратить на них пристальное внимание и заняться своей нелёгкой работой.

Изрубленные на куски воины, по коим уже тайком плакали матери, исцеляли полученные в жарких схватках смертельные раны - и вставали, молодые и полные сил. И даже святая святых - источники, истощившиеся и полузасыпанные, засолившиеся или блуждающие неведомыми подземными путями, вновь начинали исправно давать самое благословенное, самое ценное, что есть в этих ровных как стол степях - ВОДУ.

А сегодня он умирал. Призрачные тени погубленных врагов запросто приходили из тьмы в треплемую ветром кожаную кибитку. И кривлялись, глумясь над тем, от одного только взгляда которого прежде содрогалась предвечная тьма. И не было сил, не было… Как песок меж пальцев ушло былое могущество, и даже воды было некому подать тощему, мечущемуся на ложе из свалявшихся шкур старику. Лишь маленький золотистый шарик света, крохотный лоскут магии трепетал и испуганно подмаргивал, подслеповато освещая заброшенное жилище.

- Архай, сын мой! - сквозь унылое завывание ветра и лопот трепещущих шкур старческий голос был едва различим.

На зов этот лишь ветер заунывно рассмеялся да бросил в незакрытый проём горсть пыли. Она улеглась тонким слоем поверх углей погасшего очага. Словно показывая - всё, всё покроется прахом! Да и то, какой там очаг. Так, ямка посередине, выложенная камнями и ими же обложенная по кругу.

- Симла, Бери! Где вы, мои верные ученики? - жалобный стон сорвался с искусанных, истерзанных жаром губ.

Но только вой степных волков вплёлся в неумолчный голос ветра. Ещё вчера серые хищники удирали бы, поджав хвосты под тощее брюхо - а сегодня, осмелев, бродили по окрестностям заброшенного стойбища, с каждым кругом смелея и подбираясь всё ближе.

Тяжело умирал шаман, трудно. Словно рука умелого мастера пришила крепкой кожаной тесьмой невидимую душу к этому иссушённому телу. И теперь они никак не могли расстаться. Хмурились пролетающие поверху тучи, корчась от боли. Покрывалсь гнилью и зеленью вода небольшого озерца поблизости, и обречённо в нём всплывали кверху пузом рыбёшки.

В муках уходила жизнь из степняка, в страшных терзаниях. Невидимые демоны хохотали всё ближе, и горячий, иссушающий злой ветер вместо жара приносил леденящий холод иного мира.

Городок Тиренолл оказался маленьким, ладным и, к вящему удивлению Линн - очень чистым. Как завороженная, девушка шла за Каной по мощёной голубовато-серым булыжником улочке, всё более не в силах скрыть своё изумление.

Ну скажите на милость - где, как не в сказке, можно встретить этакую прелесть? Ровные, красивые и опрятные дома. Покрашенные в весёленькие розовые и зелёные цвета низкие решётчатые заборчики с затейливыми, вычурными, словно соревнующимися друг с другом изяществом калитками. А за ними не свирепые сторожевые псы с обрезанными ушами и хвостами - дабы не за что было лишний раз ухватиться в сваре - а яркие клумбы и цветники.

И встречные - чистые, нарядные, весёлые. Без затравленных безнадёжных взглядов, без испуганно вжатых в плечи голов. А когда встреченный по пути молочник забесплатно угостил обеих холодным молоком, Линн так растерялась, что не сразу сообразила сказать "Спасибо".

Началось же это с того, что красивый как рисунок в книге или детский сон городок оказался лишён даже намёка на защитную городскую стену. Шагая по дороге, что сама собой перетекла в мостовую, девушка тайком ущипнула себя - но окружающее от этого отнюдь не стало менее реальным или более правдоподобным.

- Да как же его до сих пор не разграбили и не спалили ко всем чертям морским? - сама себе проворчала Линн, засмотревшись на большую, почти во всю стену дома, витрину кондитерской.

Однако эльфийка услышала и весело рассмеялась.

- А вот так. Потому что здесь живёт тётушка Фло. И её имя бережёт Тиренолл куда надёжнее стен или войск.

Трудно себе это представить, но Линн удивилась ещё сильнее.

- Ну вааще! Прямо тебе пахан в законе…

На точёное эльфийское личико набежала тень.

- Фи, как грубо. Привыкай-ка, милая, изъясняться почище. Я ведь правильно поняла твоё стремление завязать с позорным прошлым?

Огорошенная и сбитая с толку Линн молча кивнула, прикидывая - не слишком ли её затрапезный вид огорчит неведомую, но становящуюся с каждым ангом всё более интересной тётушку Фло. Словно уловив её сомнения, волшебница одобряюще улыбнулась.

- Между прочим, она когда-то преподавала в Университете Магии. Лет десять тому здешние колдуны нажали было на неё - мол, так и так, старая, рассказывай свои секреты да передай нам своё мастерство.

- И что? - любопытство Линн уже начало переполнять все известные и мыслимые пределы.

- А то. В Универе как прослышали, да как прислали сюда представительную делегацию. Ого-го, что было! Наших в обиду давать никому не позволено. В общем, колдуны потом долго извинялись да подарками откупались, - Кана хохотнула, поворачивая в такой же чистенький и аккуратный переулок.

И почти сразу же отворила украшенную затейливо вырезанными дракончиками калитку, ведущую в небольшой сад, в глубине которого виднелась черепичная крыша симпатичного двухэтажного домика. Проходя вслед за эльфийкой, Линн наконец сообразила, кого же ей напомнили эти дракончики. Точь-в-точь Синди!

Беззастенчиво сдёрнув с плеча сонно восседающую там дрорду, она поднесла ту к украшению и сравнила. Ну, так и есть - те же пропорции, те же остренькие ушки и заканчивающиеся "стрелкой" хвостики. Ага!