Евгений Шепельский - Имею топор – готов путешествовать!

Я посмотрел на второго эльфа:

– Добрая фея?

– Я здесь, господин Джарси, – отозвался язвительный "принц", тряхнув пегими волосами, которые Морган скрутил в замысловатую прическу.

– Гм-м… Мнэ-э… – В ее голосе мне послышались нотки разочарования. Гритт, как будто я ее мама, которая может различить чадо даже под тонной грима! Но уже хорошо, что она отзывается на "фею", гм, очень хорошо… Плохо, что она называет меня по фамилии, очень плохо. – Как все прошло?

– Благодаря выдумке вашего товарища, нам удалось ускользнуть. А наши проводники, – жест в сторону коротышек, – прекрасно знают город. Скажите, куда мы отправимся теперь?

Я бросил взгляд на карликов, которым Джабар пририсовал темные очки с дужками, от чего они стали похожи на сов, глядящих из дупла в полночный час, и сказал едва слышно:

– В Ночную Гильдию.

– Простите?

– В Гильдию воров, говоря иначе.

Тут даже принц задрал брови. Эльфы быстро перекинулись несколькими фразами на дивном языке (Олник в отдалении выпустил целый залп чихов), и Виджи сказала строго:

– Мы туда не пойдем.

Чистюли! В белом! О нет, нет, нет!

– Едрическая сила!

А ведь я догадывался, что так и будет.

Я сделал глубокий вдох и, прикрыв глаза, посчитал до десяти. Милые, изящные эльфы… Все замечательно, я их люблю, нет, зачем их топить? И бить морды тоже не надо. Милые, изящные эльфы… От Виджи исходит дурманящий аромат, не знаю, это духи или так от природы пахнут все эльфийские женщины? Милые, изящные эльфы…

Я слегка успокоился и начал подыскивать нужные слова, чтобы убедить строптивцев (жаль, матерные были противопоказаны).

– Учтите следующее. Гильдия – это единственное безопасное для вас место. Вы понимаете смысл выражения "Горит земля под ногами?" Так вот у вас горит под ногами каждая улица Харашты!

Вид у эльфов оставался суровый и непреклонный, насколько его возможно было изобразить под фальшивыми язвами. Виджи ответила твердо:

– Мы не пойдем туда, Фатик Джарси! Это скверное место разврата, место нищеты людского духа, место тьмы и порока. Мы туда не пойдем.

Я скрипнул зубами. Мне захотелось перебросить Виджи через колено, содрать штаны и хорошенько отшлепать по непреклонному и, несомненно, эльфийскому заду, а принца, чтобы не вмешивался, прибить двухдюймовыми гвоздями к кирпичной стене. Интересно, как там все устроено, в эльфийских черепушках? Они не сумасшедшие, нет, они не глупцы, не болваны, не идиоты – они просто выходцы из эльфийского леса.

– Ага, а еще в Гильдии вышивают бисером и продают реповый соус.

– Соус из репы? – уточнил принц, свистнув носом. – Я млею от мысли! Это несъедобно!

К нам сунулся какой-то прохожий, судя по голубому хитону и благообразной лоснящейся харе, пророк с лицензией. Увидев нас, сотрясся всем телом. Я сделал страшное лицо и взмахнул клинком:

– Свалил отсюда во имя Великой Друуны!

Он ретировался.

Я обернулся к эльфам. Они стояли незыблемо, принц сложил на груди руки. Картина – "Невинные в язвах". Чудесно!

– Поймите же, Гильдия – это не Управление Налогов и Сборов, это не Мэрия, – вот там воистину стены плачут от боли и ужаса и бесстыдства сидящих там воров. Что, если человек называет себя вором явно, он хуже того, кто является вором по сути, а сам рядится в белые одежды? Кто из них дальше ушел по стезе добродетели? Великая торба! А сами, вы сами разве не давали взяток судьям, чтобы прихватить нашу с Олником собственность?

Это подействовало, я даже разглядел, как носик Виджи начал легонько розоветь, а принц опустил руки и что-то неодобрительно произнес на эльфийском.

– А Бренк, на вилле которого вы жили? Вы знаете, что он подавлял крестьянские бунты и наемничал в дальних странах? Вся его вилла построена на крови! Но вы же ей пользовались! Так у кого белее панталоны? Вы порицаете очевидное, но даже кончика носа не хотите сунуть в глубь вещей!

Они переглянулись, принц опустил руки, и что-то вполголоса сказал. Он был похож на розовый марципан, покрытый разноцветной плесенью. Виджи замедленно кивнула, не отводя от меня взгляда. До них, кажется, дошло. И слава богу!

– Не упустите редкую возможность совершить экскурсию по местам, которые недоступны простым смертным… и бессмертным! – поднажал я. – В Гильдии интересней, чем в цирке, поверьте.

– Что такое… цирк? – невинно поинтересовалась Виджи.

Воистину, эльфийская принцесса! Когда-нибудь она меня вконец доконает.

В этот миг в переулке нарисовался Джабар, за которым пыхтел загримированный Твитто. Дворецкий решил сам участвовать в деле, не из-за монет, подозреваю, он хотел убедиться, что мы свалим, и, не дай карликов бог, не вернемся, чтобы поджечь виллу. Да, пришлось его припугнуть именно этим, такие уж мы кровожадные, вор и варвар.

Джабар оглядел нашу компанию и усмехнулся.

Много эльфов собиралосьВ славном городе Подонске…

– обронил он.

– Что-что? – не расслышала Виджи.

Ох, эти острые эльфийские уши!

Но Джабара было не пробить:

– Я говорю:

Много эльфов собиралосьВ славном городе подраться!

Я ухмыльнулся про себя.

Морган кинул на меня взгляд:

– Приключение что надо, никогда так не развлекался! Все гладко сошло, я и не ожидал. – Он бросил взгляд на гоблина, который начал шевелиться у стены, и отвесил ему жесткого пинка. – А я обрезал свой хвост. – На воровском арго это значило, что он убил соглядатая. – Все, двигаем. Брысь отсюда во имя Великой Друуны! – гаркнул он на прохожего. – Не видишь, тут съезд партии великанов!

Я быстро рассчитался с карликами. Не ножом под ребро, как вы могли бы подумать, а полновесными реалами. Они остались весьма довольны. Твитто взял свою долю лишь после того, как я пригрозил, что в противном случае вернусь, сожгу виллу, а его посажу голым задом на тлеющие угли.

Я жестокий варвар.

Мы подхватили манатки и двинулись в путь растянутым, чтобы не бросаться в глаза, караваном оборванцев. Джабар указывал дорогу, я и Олник шли замыкающими. Виджи двигалась передо мной, и я любовался ее точеной шеей, поскольку талию и бедра скрывала балахон. Увы, эльфы проявляли скверную артистичность: даже в облике нищебродов их походка была горделива, хоть им и пояснили, что ноги следует приволакивать. Не думаю, что им удалось бы ускользнуть из виллы, оставайся она в осаде, так что нам повезло.

Эльфийка так плавно покачивала бедрами, что во мне возникло горячее и несколько противоестественное для варвара Джарси желание нарядить ее в костюм наложницы – шальвары, браслеты с бубенчиками и полупрозрачный лиф. Стройные ножки, разумеется, оставить босыми. На шею – жемчужное ожерелье в форме ошейника… Идьи сьюда, жэнщина! О, нет!