Фрэнсис Хардинг - Недобрый час

Мошка ничего не ответила. Слово «дева» в устах Клента царапнуло ее. Она вспомнила ночную девчонку с когтями, скачущую по морозным улицам. Она того же возраста и телосложения, что Лучезара. И жизнь у нее куда тяжелее. Почему ее не считают «девой в беде» — из-за когтей? Мошка прикинула, что, носи все «девы» перчатки с крюками, они куда реже попадали бы в беду.

— К счастью, ты работаешь на гения, — решительно продолжил Клент. — Этот Скеллоу с дружками сегодня ночью придет на замковое подворье за письмом, где будет изложен план похищения. И я придумаю план столь дерзкий и хитрый, что просто обязан сработать… но своевременно предупрежденная дева и ее охранники превратят его в ловушку для подлых заговорщиков.

— Мэр вроде бы обещал повесить нас, если мы его побеспокоим?

— О да, и он не бросает слов на ветер. Сами к мэру не пойдем. Уговорим очаровательную дочь передать весточку.

— Управимся до завтрашнего вечера?

— Пренепременно. Неизбежно. План мы составим сегодня. Потом убедим мэра и его домочадцев. Приготовим засаду. Я оставлю похитителям письмо и заманю их в ловушку. На рассвете она захлопнется. Одним словом… да.

— Лучезара будет отличной приманкой, — рыкнула Мошка. — Здорово, что план нужно придумать к вечеру, потому что я хочу насладиться процессом.

Побывав в Ночном Поборе, они взглянули на Дневной Побор по-новому. Мошка все время разглядывала дома, прикидывая, как именно город меняется. Оказалось, если знать, что искать, подсказки бросаются в глаза.

Дома покрыты белой штукатуркой и перекрещены черными балками. Некоторые фасады выдаются чуть вперед. Мошка заподозрила, что они фальшивые, их можно передвинуть с места на место. Днем виден один комплект окон и дверей, ночью — другой. В некоторых местах эти фасады перекрывают улицу, а в других уходят вниз, и за ними открывается улица или мост. Вся конструкция держится на скромных, но прочных замках.

Прямо сейчас за этими фасадами сотни человеческих существ сидят во тьме, дышат через раз и притворяются, что их не существует. Они послушно запирают двери изнутри и ждут, чтобы Ключники закрыли их снаружи. Даже захоти они сбежать, не смогут.

Заодно Мошка поняла, почему с первых же минут Дневной Побор показался ей игрушечным. На булыжной мостовой не валялся мусор, на стенах и памятниках не было грязи, а ведь их никто не чистил. Она не заметила ни одного трубочиста или дворника. Даже мальчишек, подбирающих конские яблоки,[5] и тех не было. Мошка вспомнила кандальную безнадегу исправительного труда и поняла, кто занимается черной работой.

Интересно, дневные жители в курсе? Или им плевать? Может, каждое утро их встречают чистые улицы и бузинное вино, а откуда что берется, они предпочитают не думать?

Клент изучал улицы таким же зорким взглядом. Скорее всего, он готовил планы и перебирал уловки, а городской пейзаж служил ему вдохновением.

— Давай по дороге заберем Сарацина? — предложила Мошка. Не стоит оставлять гуся надолго без присмотра, можно вернуться к разрушенной таверне.

Оказалось, Сарацин всего лишь ободрал фетровую обивку со стола. Хрупкие вещи Мошка предусмотрительно убрала в шкаф, там их гусь не нашел. Можно сказать, отделались легким испугом. Увидев хозяйку, Сарацин от радости попробовал сожрать ее значок, но Мошка успела выхватить брошь из клюва.

— Сарацин, это не камешек. — Мошка знала, что Сарацин, как всякий гусь, глотает камешки, те оседают у него в зобу и перетирают пищу. Вряд ли Комитет Часов благосклонно отнесется к вести, что ее значок находится в гусе и останется там навсегда.

Выходя из таверны, Клент зацепился взглядом за часы, моргнул и потер лоб.

— Уже десять! Зимой дни коротки. Давай сбегаем в Комитет Часов, а потом отправимся к Марлеборнам.

Они явились в Комитет Часов. Малиновый притворился, что не замечает их потрепанного состояния. Дальше их дорога лежала в замок. У входа на подворье Мошку бросило в дрожь. Она вспомнила ночь, огоньки в окнах и флаг Ключников на крыше.

К счастью, они застали Лучезару Марлеборн в саду около дома. Девица стояла у мольберта, набросив на плечи шерстяную шаль.

— Мистер Клент! Я знала, что вы вернетесь. Выяснили что-нибудь? — Лучезара взглядом, будто мягкой кисточкой, обмахнула и листья у Мошки на чепчике, и гуся у нее в руках.

Клент с таким энтузиазмом потащил шапку с головы, что чуть не прихватил парик.

— Выяснили! Я собственными глазами видел злодея Скеллоу и даже разговаривал с ним…

По ходу рассказа о ночных приключениях у Лучезары округлялись глаза. Причем свой героизм и хитрость Клент всячеки выпячивал, а о том, как они отчаянно бежали по городу и запугивали роженицу, умолчал.

Ветер разметал волосы Лучезары. Она осторожно смахнула их рукой, испачканной в краске. На светлом лбу остался легкий след.

— Выходит… вы согласились похитить меня?

— В определенном смысле да. Это ловушка, капкан, если хотите. Сверкающий крючок.

— А вы червяк на нем, — не могла не добавить Мошка.

И Клент, и Лучезара вздрогнули.

— Мистер Клент… Мне не по душе быть червяком…

— Надо изнывать от злобы и зависти, чтобы сравнить вас с червяком. — Клент с досадой посмотрел на Мошку. — Я бы назвал вас каплей меда, поймавшей гадкое насекомое, например муху.

Настал черед Мошки вздрагивать. Она зарычала себе под нос. Лучезару, похоже, новая метафора тоже не порадовала. Пригласив гостей в дом, девица дала уговорить себя на роль приманки. Но решительно высказалась вот по какому поводу.

— Отец ни за что не разрешит. Он прячет меня от малейшей опасности. Говорит, что я его сокровище, что в его жизни ничего дороже нет. — Эти слова, сказанные с детской серьезностью, в устах Лучезары почему-то не казались похвальбой. — Вдобавок от своих решений он никогда не отказывается. Боюсь, он уже решил, что похищение вы придумали.

— Но ведь появился новый свидетель, — влезла Мошка. — Мистер Клент говорил со Скеллоу. Мы оба слышали, что Эплтон увяз в заговоре по уши. Заметьте, у мистера Клента дневное имя.

— Да. — У Лучезары на лбу появилась озабоченная складочка. — Вчера бы этого хватило… но вы сообщили столько подробностей, и все они оказались пустым звуком. Страшно говорить, но я подозреваю, что теперь отец не поверит и мистеру Кленту. Хуже того, узнав, что вы остались на улице после горна, он прикажет бросить вас в тюрьму. Это, знаете ли, серьезное преступление.

Повисла мрачная тишина. Кошачьи черты Лучезары вновь исказились от попытки использовать мозг.

— А скажите… нам очень важно, чтобы отец был в курсе?