Александра Лисина - Холодные дни

       - Трис? - спас меня из неудобного положения Лех, неожиданно показавшись из-за деревьев. Мгновенно увидел нависшего надо мной тигра, рассмотрел мое странно неподвижное лицо, завороженный взгляд, который я лишь с огромным трудом смогла оторвать. После чего насторожился сам и напряженно спросил: - Все хорошо? Тебе помочь?

       Я помотала головой, избавляясь от наваждения.

       - Н-нет, спасибо.

       - Точно?

       Ширра недовольно рыкнул, убрал лапу, а затем медленно обернулся, нехорошо сузив глаза и выразительно приподняв верхнюю губу. Я немедленно вскочила и, ухватив его за мохнатое ухо, поспешно направилась прочь, надеясь, что ничего страшного не произойдет. Тигр с ворчанием подчинился, но на пристроившегося с другой стороны Леха покосился весьма недоброжелательно. Пришлось для верности прижать его к бедру и так вести, закрывая от не вовремя вмешавшегося воина, потому как зрело во мне смутное подозрение, что в нашей затянувшейся шутке этой самой "шутки" осталось крайне мало.

       Ворчание немедленно стихло.

       - Что он от тебя хотел? - небрежно осведомился Лех, не заметив, как опасно дрогнули губы у раздраженного тигра.

       Я криво улыбнулась.

       - Да ничего особенного. Замуж приглашал.

       - ?!

       Лех даже встал, когда до него дошел смысл моих слов, и уставился на Ширру ошалелыми глазами, а тот, в свою очередь, сурово сдвинул брови и снова недовольно рыкнул. Пришлось мило улыбнуться обоим, чтобы не стать причиной новой ссоры. Потому как один - сумасшедший ревнивец, из которого упрямство еще не один век выколачивать, а второй - чересчур любопытен по натуре, да к тому же имеет дурную привычку оказываться не в том месте и не в то время. Хотя сейчас, надо признать, его появление было более, чем кстати.

       - Гм... - первым отвел глаза Патрульный. - И что ты ему ответила?

       - Пока ничего. Но обещала подумать... а что? Собираешься тоже рискнуть? Тогда учти: я - девушка нерешительная, нецелованная и полная всяческих сомнений. Могу полжизни думать, но ничего определенного так и не скажу. Оно тебе надо?

       Наверное, это от усталости меня так развезло. Совсем перестала следить за языком, мелю что попало и едва отдаю себе отчет в том, что творю. Совсем плоха стала. Уже на второе предложение напрашиваюсь, но так, что поневоле хочется отказаться от этой глупой идеи.

       Лех, наконец, сообразил, что его просто напросто разыгрывают, и махнул рукой на наши шуточки. После чего покачал головой, буркнул под нос что-то невнятное и отправился вперед, догонять караван. Проводив его настороженным взглядом до ближайших зарослей, я воочию убедилась, что осталась одна, и лишь тогда облегченно вздохнула, а тигр озадаченно наморщил нос. Правда, глаза у него снова стали спокойными.

       - Шр-р?

       - Да, - отозвалась я как можно беспечнее. - Куда ж я от тебя денусь? Но вариант с тигрицей все равно держи про запас: вдруг у тебя не получится меня очаровать?

       Он насмешливо фыркнул и несильно куснул меня за палец, словно сетуя на несерьезность в таком важном вопросе. После чего грациозно развернулся и тоже ушел, лениво помахивая хвостом - не слишком довольный моим ответом, но уже не злой. Ну, и слава Двуединому. А что еще я должна была ответить, интересно? Намекнуть на разницу видов? Затеять диспут о совместимости живых существ? Или всерьез обсуждать проблемы выхода замуж за четвероногих представителей какой-то там древней расы? Нет уж, один раз я уже наблюдала Его Оскорбленное Высочество в гневе и как-то не желаю повторения. И вообще, все больше склоняюсь к мысли, что у Ширры тоже бывают неудачные шутки, неясные мне порывы и совсем уж непонятные стремления. Главное, чтобы они не заходили слишком далеко, а во всем остальном с ним вполне можно иметь дело. Если, конечно, не заострять внимание на некоторых странностях его поведения и откровенно завышенные запросы. Хотя, если бы он был статным мужчиной (а мужчина из него должен получиться действительно статный), я бы сильно призадумалась над случившимся. И еще более серьезно отнеслась к сделанному почти по форме "предложению".

       Однако повторяю: Двуединый не допустил такого безобразия - Ширра человеком никогда не был и (хвала небесам!) уже не будет, к заколдованным принцам он тоже не относится, благодарить ему меня вроде бы больше не за что. Так что остается лишь порадоваться тому, что я его сегодня не обидела. Чего, в общем-то, и добивалась. А потому позволила себе немного расслабиться, сорвала по пути веточку жасмина и, закрепив белоснежный цветок в распущенных волосах, бодрой походкой направиться следом.

       Надо отметить, Лех сдержал обещание - до самого вечера заставил меня сиднем сидеть в трясущейся повозке, на корню пресекая все попытки размяться или перебраться на свободную лошадь. Правда, пару раз пройтись по травке позволил, но все время цепко следил, чтобы "заболевшая" не вздумала хитрить и набиваться кому-нибудь вторым седоком. Однако я не слишком сильно сопротивлялась, благо довольно скоро в нашу повозку перебрался счастливый Лука и весь путь с завидным упорством просидел у меня на коленях, теребя длинные косы, а то и мирно посапывая в плечо, когда утомительная тряска и однообразный пейзаж навевали совсем уж невозможную дрему.

       Пришлось смириться с неизбежным и держать пацаненка на руках, чтобы не свалился. Тихонько намурлыкивать под нос старую колыбельную, когда он засыпал, и терпеливо ждать, когда в нем проснется прежнее буйное нутро. Однако, к собственному удивлению, ожидаемого всплеска эмоций я так и не дождалась: в последнее время Лука был подозрительно тих и послушен. Каким-то поразительно спокойным и по-взрослому рассудительным. Необъяснимо покладистым и совсем не шебутным, абсолютно не похожим на того постреленка, каким мне показался поначалу. Он только старался не отпускать меня из виду ни на минуту, словно боялся, что я куда-то исчезну, а если мне доводилось неловко пошевелиться, немедленно открывал глаза и настороженно косился. В общем, был ненормально смирным и молчаливым. За исключением, может быть, того утра, когда эльфы привели меня прямиком к каравану.

       Кстати об эльфах: ушастые, к моему нескрываемому удовольствию, держались от нас с мальчиком подальше. Большую часть дня стойко проболтались в самом конце обоза, добросовестно глотали пыль и не нарушали тишину своими мелодичными голосами. На коротком дневном привале почти сразу исчезли в лесу, настреляли каких-то тощих куропаток и снова беззвучно растворились в зеленых зарослях. Потом упорно пылились где-то на границе моего поля зрения, на удивление ни разу не попытавшись завести старую песню. Будто опасались, что вездесущий Ширра, от одного вида которого они откровенно цепенели, вспомнит о своей угрозе и закончит их моральные терзания самым решительным способом.