Максим Субботин - Ключ к искуплению (СИ)

   - Да что же с тобой делается?! - в голосе Дарины звучали беспокойство и возмущение. - Зачем ты туда полез? А это еще что?! - она вытащила из его руки сохраненный трофей. - Где ты это взял?

   - Там, - только и смог пробормотать Сергей. - Услышал крик. Думал, на тебя напали. Вышел помочь.

   - Помог? - она говорила с какой-то непонятной горечью.

   - Не успел. Они убили ее. Но я убил их.

   Капли дождя падали на лицо. Боль отступала все дальше. Тело стало легким, невесомым. Только почему-то тяжелела голова.

   - Делай что хочешь, а надо встать и идти, - зло сказала Дарина, пытаясь приподнять Сергея. - Помогай мне, я тебя не дотащу.

   И он помог. По крайней мере, ему показалось, что он смог подняться. Неуверенно, будто во сне. Но сознание не особенно отметило этот факт. Следующее воспоминание, которое он смог более-менее сформировать в мыслях: что-то мокрое и противное на лбу, дощатый потолок и алые блики на темных стенах. Они все же добрались до лачуги. Победа.

   А потом была лихорадка. Или горячка, или черт знает, как оно называется. Сергей ненадолго приходил в себя. Иногда в поту, иногда дрожа от холода. Иногда его мучила страшная жажда, иногда тело выворачивало жестокими судорогами, рождающимися в животе. Но большую часть времени он плавал в тягостном, липком ничто. Больному телу - больные образы. Они приходили, чтобы снова и снова терзать его разум. Живые мертвецы тянули к нему свои руки, их когти впивались ему в кожу - и по венам начинала бежать черная, загнивающая кровь. Горбатые твари с желтыми глазами ходили рядом, что-то вынюхивали, чего-то ждали. Они не боялись, чувствовали себя хозяевами. От них исходил холод - мертвенный холод вечных снегов. Но никакой чистоты в них нет. Холод мог убить, мог лишить воли, расколоть тело на части. В гнетущей темноте витали неосязаемые призраки. Они что-то шептали, что-то спрашивали, что-то хотели услышать. Но Сергей не мог разобрать слов в сплошном шелесте их голосов. Правда, их это не останавливало. Они продолжали говорить, пока сознание не взрывалось от сводящего с ума шепота.

   Наверное, прошел не один день, пока организм справился с болезнью. Сергей проснулся оттого, что просто выспался. Он не ощущал ни жара, ни холода. Только голод. Страшно хотелось есть. Приподнялся на локтях - тяжело, тело заметно обессилело. Он лежал у знакомого камина. Рядом стояли какие-то плошки. Некоторые плотно закрытые, другие открыты. Мази, настойки, сухие травы.

   Через всю грудь проходила свежая, чистая повязка. Такая же повязка на бедре.

   - Сходил за хлебушком, - проговорил сам себе.

   Он осмотрелся. Рядом, свернувшись калачиком, спала Дарина. В длинном простом платье с разрезами до бедер. Ее волосы спутались, а в руках она зажала кусок бинта. Лицо выглядело спокойным и умиротворенным. Хотя и немного осунувшимся.

   Это что же, девушка все это время за ним ухаживала?

   Стараясь не шуметь, Сергей попытался встать. Опираясь на руки, сел - и тут же зажмурился. Перед глазами замелькали черные мошки, комната пошла кругом. На лбу выступила испарина. Тяжело дыша, Сергей откинулся на жесткую подушку.

   Дарина вздрогнула, резко поднялась. В заспанных глазах еще плавали тени недавних снов.

   - Извини, разбудил, - сказал Сергей.

   - Как себя чувствуешь?

   - Есть хочу.

   - Это хорошо, - улыбнулась девушка. - Ну и напугал ты меня, Сергей. Думала, не выживешь.

   - Сам напугался, - усмехнулся тот. - Ты забрала руку, которую я вытащил из дома? Я же ее вытащил?..

   - Не переживай. Ею занимаются адепты Золотых башен. Очень странная рука. Но, скорее всего, принадлежит Воскрешенному.

   - Вам, конечно, виднее, но эти твари чуть не загнали меня в угол. Действовали слаженно, с умом. И вообще мне кажется, что это была ловушка.

   Дарина нахмурилась. Не верит? Ничего удивительного. Сергей и сам не особенно верил себе. Но паранойя продолжала развиваться, разрастаясь подобно поднимающемуся тесту.

   - Держи, только осторожно - горячо, - Дарина протянула Сергею глиняную миску с густым, наваристым бульоном, в котором плавали небольшие кусочки хлеба.

   Сергей снова попытался сесть. На этот раз медленно. Голова кружилась, но несильно.

   - Спасибо, - проговорил он. - А тела этих тварей нашли?

   - Нет, - девушка покачала головой. - Пока нет.

   - Почему?

   - Нечего искать, - Дарина поднялась, прикрыв глаза, потянулась. - Не знаю, что ты там сотворил, но дом выгорел дотла. До фундамента, даже камень оплавился. Если бы не дождь - выгорел бы целый квартал.

   - Вдруг все же что-то уцелело? Кости?

   - Я долго искала место, где меня никто не станет искать, - глаза Дарины сузились. - Я его нашла. И не собираюсь рассказывать о нем никому. Даже Малому Собранию. С них достаточно и руки.

   - И они не спросили, откуда она?

   - Спросили. Я сказала, что ты принес - избитый и расцарапанный. Сейчас лежишь без сознания.

   - А ваши зомби... - Сергей замотал головой. - Воскрешенные. Они никогда ни на кого не нападали?

   - Нет, ты что. У них нет такой потребности. Только выполняют команды. Несложную работу.

   - И никогда не было срывов?

   - Нет. Сергей, пойми, они мертвы: не думают, не чувствуют.

   - А те твари чувствовали, - Сергей отставил опустевшую миску на пол. - Чувствовали боль. Мне так показалось.

   Дарина пожала плечами.

   - Отличные работники по низкой цене? - спросил Сергей. Поев, он почувствовал себя гораздо лучше. С выпитым бульоном по телу растекалось приятное тепло и силы.

   - Кто тебе это сказал? Далеко не все способны скопить достаточно денег на покупку помощника из Дома Жизни. К тому же каждый Воскрешенный нуждается в особом уходе. И чем он старше, тем сложнее становится содержать его в приемлемом виде.

   - Гниет что ли?

   - Да, процесс разложения продолжается. Замедляется, но не останавливается. Иногда таких работников перепродают за половину или даже четверть от начальной стоимости. Их используют на тяжелой работе, вдали от людей.

   - А как же договор? Ведь по нему человек даже после смерти может помогать своим родственникам.

   - Сам придумал? - усмехнулась Дарина. - При заключении договора действительно выплачивается небольшая сумма. С этих пор тело человека, после его смерти, полностью принадлежит Дому Жизни. И только он решает, кому его продать после воскрешения.

   Сергей почесал затылок.

   - Но ведь мертвецов должно быть много. Откуда такие цены?

   - Поднимаются далеко не все. Процесс долгий и сложный. Основная часть обрабатывается особым образом и захоранивается в Могильниках.