Анастасия Волк - Моральные принципы Тёмных

— Просто случайно встретились, — я постаралась придать голосу максимальное равнодушие, — так что меня его любовные дела не волнуют. Буду даже рада, если он найдет себе жену, — но не эту тварь с веревкой на голове.

— Элади у нас — золото! Жаль только, муж у нее месяца два назад умер. А до этого, за неделю, у нее выкидыш случился. Говорят, что муж с горя и напился, утонув рядом с мельницей. Там течение сильное и коварное, раньше часто дети гибли.

— Да, это тяжело. Кстати, она мне показалась не похожей на остальных. Приехала что ли? — я отправила в рот ложку с картошкой и мясом, едва не замурлыкав от удовольствия. Да уж, в умение готовить Малите не откажешь. Как и в любви к болтовне.

— А, да, было дело. Давно правда. Где-то год назад ее покойный муж, который раньше и был хозяином таврены, отправился в город за алкоголем. У нас же тут как — сюда все в основном выпить ходят, ну и выпечку купить. Ну, значит, вернулся он и привез с собой Элади. Он ее в городе встретил и сразу влюбился. Сделал предложения, она его и приняла.

Год? Для деревни год — это как-то совсем уж мало, если учесть, что Малита Элади фактически местной считает. Ну не могут они все быть настолько добрыми! Не верю. Не хочу верить.

— А что насчет мельницы. Той, где дети гибли. Маг ее не проверял?

— Старейшина вызвал в свое время, после смерти мужа Элади, — хм, почему она его не называет по имени? — да только сказал, что если и было там что, его уже нет.

— Он в деревню заходил? Или так — глянул и ушел, собрав плату? Эти маги те еще шарлатаны.

— Не заходил, — кивнула девушка, — сказал, что ему без надобности, и так все ощущает.

— А как, кстати, мужа Элади звали? — вопрос был вроде между делом, но его важность стояла на первом для меня месте.

— Ой… толи Гвир… толи Глар… а не помню. Давно было.

Давно? Он же вроде два месяца назад умер, и его имя уже забыли? Вот интересно, я так цепляюсь ко всем этим мелочам потому, что мое подсознание кричит об опасности, или потому, что мне просто не нравится Элади?

— А где эта река, кстати? И мельница?

— Да на севере деревни. Совсем не далеко — мимо не пройдете.

Я кивнула и продолжила есть под щебет служанки, которая, найдя благодарного слушателя в моем лице, решила вывалить все, что хранилось в ее хорошенькой, кучерявой голове.

Желание убивать усилилось.

В общем, прогулка до мельницы стала для меня почти спасением. Избавившись от внимания Малиты, я вышла на улицу и, здороваясь со всеми встречными и улыбаясь от уха до уха, но не открывая клыков, пошла в указанном направлении. На самом деле, чем дольше длилась моя экскурсия по деревне, тем больше я убеждалась в том, что место на самом деле чудесное. Просто у меня аллергия на подобное, потому, что из-за некоторых моментов прошлого, я слишком привыкла искать подвох. И, когда я его не нахожу, мне становится как-то… неуютно в общем. Словно я оказалась в книжке, и вот-вот прозвучит фраза: жили они долго и счастливо, а после настанет конец.

Насчет еще одного момента, слишком чудесного для данного места, надо немного уточнить деталь. Сейчас было лето, самый разгар. Почти все деревни мучились засухами, а тут трава выглядела неестественно зеленой, и урожай на полях внушал уважение. В отличие от предыдущего места, где благодать зарабатывалась ценой жертвоприношений, жители Ярги не служили темным богам. Тогда в чем дело?

За тяжелыми мыслями о том, дура ли я с паранойей, или все же не все так просто, я дошла до мельницы. Вообще подобные места всегда притягивали к себе кучу страшных историй, но, стоит признать, обычно начиналось все не на пустом месте. Местный источник муки выглядел вполне стандартно по меркам деревни — высокое деревянное здание с огромным колесом, приводимым в движение быстрой рекой. Мельница скрипела, журча вода, но смех парочки на берегу это не заглушало. Я спустилась по каменистому откосу вниз, скрываясь в ветках разросшихся ив, и с этой позиции прислушалась к разговору. За десять минут наблюдения я окончательно утонула в сахаре и испытала навязчивое желание выпить чего-нибудь, что хорошо горит из-за градусов. Никогда не думала, что Альгар может быть таким… милым. Хотя, что я вообще о нем знаю, кроме краткой истории жизни и того, что он неисправимый оптимист? Мысль о том, что за одно свидание эта самая Элади стала ему ближе меня, взбесила.

И вот тут пришло озарение…

Я едва не подпрыгнула на месте, когда в голове сложилась новая головоломка. Однако, увы, бежать прямо сейчас к парочке, неся слово истины, было бессмысленно. Альгара я подловлю отдельно и, если догадка подтвердится, то уже буду разговаривать с Элади.

Аккуратно ступая по мягкому берегу, я направилась обратно к таверне. Надеюсь, парочка не решит перенести приятное утро в приятный день и приятную ночь. Я же не умею ждать, особенно когда речь идет о том, чтобы сообщить всему миру, что я в очередной раз права.

Кто самая умная ведьма?

У кого раздутая самооценка? Так, откуда эта мысль? Она явно никак со мной не связана!

В общем, сев на кровать к комнате Альгара, я сложила руки на груди и принялась ждать. Благо много времени это и правда не заняло. Мужчина с радостной улыбкой открыл дверь фактически через час. Он был довольным, как кот, слопавший стаю канареек, политых сметаной.

— О, Нарина! Что ты тут делаешь? — сварг закрыл дверь и подошел ко мне.

— Да так, хотела спросить, когда дальше отправимся? Я уже здорова.

— Отправимся? — мужчина, кажется, на секунду задумался, морща лоб, — а…. извини… но я наверное останусь здесь. Мои родители были правы, когда сказали, что каждый сварг должен сам решать свои проблемы. Но наш договор в силе.

— Естественно — тебе его не расторгнуть. Альгар… послушай себя. Ты вчера был готов без отдыха нестись в порт, а сегодня уже не хочешь спасать сестру. Тебе не кажется это странным?

— Нет, — мужчин сжал губы и сложил руки на груди, — и, в общем и целом, это не твое дело. Я нашел женщину, которую полюбил и иначе взглянул на свою жизнь.

— Ты знаешь ее меньше двух дней! — я отчаянно пыталась достучаться до сознания сварга, — и ты готов ради нее бросить сестру?!

— Элади была права, — мне показалось или я услышала скрежет зубов? — она предупреждала, что ты откажешься меня отпускать. Что тебя мучает? То, что я не влюбился в тебя, темную ведьму, которая привыкла тащить в постель все, что двигается? Или что не исполняю все капризы маленькой, избалованной дряни? Какая-то деревенская девочка тебя обошла и теперь ты бесишься, срывая злость? Предупреждаю, если с ней что-то случится, я сверну твою шею. Из-под земли выкопаю, если придется и тебя ни одна нечисть не спасет.