Евгений Шепельский - Имею топор — готов путешествовать

Втащив тело в переулок, я оглядел беглецов. Два карлика держались теперь в отдалении от гнома, а сам Олник, давясь чихами, отошел подальше от эльфов. Те замерли подобно статуям, положив мешки с вещами к ногам. Кто из них кто? Гритт, у обоих одинаковые волосы и стати. А вот это точно принц — больно язвительное у него лицо, хотя язвы у нас у всех одинаковые — Джабар постарался, но этот вздернутый подбородок и взгляд, который словно обращен внутрь себя...

Я посмотрел на другого эльфа:

—Добрая фея?

—Я здесь, господин Джарси, — отозвался язвительный «принц», тряхнув пегими волосами, которые Морган скрутил в замысловатую прическу.

—Гм-м... Мнэ-э... — В ее голосе мне послышались нотки разочарования. Гритт, как будто я ее мама, которая может различить чадо даже под тонной грима! Но уже хорошо, что она отзывается на «фею», гм, очень хорошо... Плохо, что она называет меня по фамилии, очень плохо. — Как все прошло?

—Благодаря выдумке вашего товарища нам удалось ускользнуть. А наши благородные проводники, — жест в сторону коротышек, — прекрасно знают город. Скажите, куда мы отправимся теперь?

Я бросил взгляд на карликов, которым Джабар пририсовал темные очки с дужками, отчего они стали похожи на сов, глядящих из дупла в полночный час, и сказал едва слышно:

—В Ночную Гильдию.

—Простите?

—В Гильдию воров, иначе говоря.

Тут даже принц задрал брови. Эльфы быстро перекинулись несколькими фразами на дивном языке (Олник в отдалении выпустил целый залп чихов), и Виджи сказала строго:

—Мы туда не пойдем.

Чистюли! В белом! О нет, нет, нет!

—Едрическая сила!

А ведь я догадывался, что так и будет.

Я сделал глубокий вдох и, прикрыв глаза, посчитал до десяти. Милые, изящные эльфы... Все замечательно, я их люблю, нет, зачем их топить? И бить морды тоже не надо. Милые, изящные эльфы... От Виджи исходит дурманящий аромат, не знаю, это духи или так от природы пахнут все эльфийские женщины? Милые, изящные эльфы...

Я слегка успокоился и начал подыскивать нужные слова (жаль, матерные были противопоказаны), чтобы убедить строптивцев.

—Учтите следующее. Гильдия — это единственное безопасное для вас место. Вы понимаете смысл выражения «Горит земля под ногами»? Так вот у вас горят под ногами все улицы Харашты!

Вид у эльфов оставался суровый и непреклонный, насколько его возможно было изобразить под фальшивыми язвами. Виджи ответила твердо:

—Мы не пойдем туда, Фатик Джарси! Это скверное место разврата, место нищеты людского духа, место тьмы и порока. Мы туда не пойдем.

Я скрипнул зубами. Мне захотелось перебросить Виджи через колено, содрать штаны и хорошенько отшлепать по непреклонному и, несомненно, эльфийскому заду, а принца, чтобы не вмешивался, прибить двухдюймовыми гвоздями к кирпичной стене. Интересно, как там все устроено, в эльфийских черепушках? Они не сумасшедшие, нет, они не глупцы, не болваны, не идиоты, — они просто выходцы из эльфийского леса.

—Ага, а еще в Гильдии вышивают бисером и продают реповый соус.

—Соус из репы? — уточнил принц, свистнув носом. — Я млею от мысли! Это несъедобно!

К нам сунулся какой-то прохожий, судя по голубому хитону и благообразной лоснящейся харе, пророк с лицензией. Увидев нас, сотрясся всем телом. Я сделал страшное лицо и взмахнул клинком:

—Свалил отсюда во имя Великой Друуны! Он ретировался.

Я обернулся к эльфам. Они стояли незыблемо, принц переплел на груди руки. Картина — «Невинные в язвах». Чудесно!

—Поймите же, Гильдия — это не Управление Налогов и Сборов, это не Мэрия и не Главное здание Синдиката, — вот там воистину стены плачут от боли, ужаса и бесстыдства сидящих там воров. Что, если человек называет себя вором явно, он хуже того, кто является вором по сути, а сам рядится в белые одежды? Кто из них дальше ушел по стезе добродетели? Великая Торба! А сами, вы сами разве не давали взяток судьям, чтобы прихватить нашу с Олником собственность?

Это подействовало, я даже разглядел, как щеки Виджи начали легонько розоветь. Принц опустил руки и что-то неодобрительно произнес на эльфийском.

—А Бренк, на вилле которого вы жили? Вы знаете, что он подавлял крестьянские бунты и наемничал в дальних странах? Вся его вилла построена на крови! Но вы же ею пользовались! Так у кого белее панталоны? Вы порицаете очевидное, но даже кончика носа не хотите сунуть в глубь вещей!

Они переглянулись, принц опустил руки и что-то вполголоса сказал. Он был похож на желтый марципан, покрытый разноцветной плесенью. Виджи замедленно кивнула, не сводя с меня взгляда. До них, кажется, дошло. И слава богу!

—Не упустите редкую возможность совершить экскурсию по местам, которые недоступны простым смертным... и бессмертным! — поднажал я. — В Гильдии интересней, чем в цирке, поверьте.

—Что такое... цирк? — невинно поинтересовалась Виджи.

Воистину, эльфийская принцесса! Когда-нибудь она меня вконец доконает.

В этот миг в переулке нарисовался Джабар, за которым пыхтел загримированный Твитто. Дворецкий решил сам участвовать в деле, не из-за монет, подозреваю, он хотел убедиться, что мы уйдем и, не дай карликов бог, не вернемся, чтобы поджечь виллу. Да, пришлось его припугнуть именно этим, такие уж мы кровожадные, вор и варвар.

Джабар оглядел нашу компанию и усмехнулся.

Много эльфов собиралосьВ славном городе Подонске... —

обронил он.

—Простите? — не расслышала Виджи. Ох, эти острые эльфийские уши!

Но Джабара было не пробить:

—Я говорю:

Много эльфов собиралосьВ славном городе подраться!

Я ухмыльнулся про себя. Морган кинул на меня взгляд:

—Приключение что надо, никогда так не развлекался! Все гладко сошло, я и не ожидал. — Он бросил взгляд на гоблина, который начал шевелиться у стены, и отвесил ему жесткого пинка. — А я обрезал свой «хвост». — На воровском арго это значило, что он убил соглядатая. — Все, двигаем. Брысь отсюда во имя Великой Друуны! — гаркнул он на прохожего. — Не видишь, тут съезд партии великанов!

Я быстро рассчитался с карликами. Не ножом под ребро, как вы могли бы подумать, а полновесными реалами. Твитто взял свою долю лишь после того, как я пригрозил, что в противном случае вернусь, сожгу виллу, а его посажу голым задом на тлеющие угли.

Я жестокий варвар.

Мы подхватили манатки и двинулись в путь растянутым, чтобы не бросаться в глаза, караваном оборванцев. Джабар указывал дорогу, я и Олник шли замыкающими. Виджи двигалась передо мной, и я представлял, как плавно покачиваются ее бедра под бесформенным балахоном. Увы, эльфы проявляли скверную артистичность: даже в облике нищебродов их походка была горделива, хоть им и пояснили, что ноги следует приволакивать.