Альвина Волкова - Стальная 3 (СИ)

  -- Он мне - я ему. Макс занимался Падирой - я яйцом. Иначе, кто-нибудь бы пострадал.

  -- Н-да. Дела, - задумавшись, Вей начал потирать подбородок, - Шагира как-то обронила, что Максенсор уже не тот... совсем не тот, но я и не думал, что все настолько плохо. По правде говоря, я не застал тех времен, когда Максенсор был еще в силе - давно это было. Могу судить только о том, что рядовой бог создателем стать не может - для этого нужны определенные знания и Сила. Это тебе не дождь вызвать - тут особый подход нужен.

   Мы оба усмехнулись, вспомнив тот самый дождь.

  -- Ты что-нибудь знаешь о том, что произошло?

  -- Немного. Шагира у нас особа неболтливая, но порой ее так и тянет поболтать по душам. Он тебе рассказывал, что был создателем других рас на Орни'йльвире?

  -- Впервые слышу, - вытаращилась я на вампира.

  -- Скромник, - усмехнулся Вей, - Но так и есть. По крайней мере, еще три расы могут назвать его своим богом-создателем, и с десяток - вторым по старшинству в основном пантеоне.

  -- Ничего себе!

  -- Впечатляет, не так ли?

  -- Еще как! Но почему тогда Макс говорит, что у него нет своего святилища?

  -- У него его и нет.

  -- Не понимаю.

   Вейранар поставил кружку с отваром ближе к огню.

  -- Не совсем удачное время для такого разговора, но скажу тебе вот что - темная это история. Деталей не знаю. Но от Шагиры слышал, что каждый раз, когда наступал момент призыва божества, и нужно было явиться своим созданиям и назвать свое имя, Максенсору постоянно что-то мешало: то старшие вызовут, то другой проект потребует срочного вмешательства, то оборотни позовут. Так и получилось, что все расы признавали кого угодно, только не своего истинного создателя. Многие даже не знают о его существовании.

  -- Бедный Максик, - искренне расстроилась я за свое непутевое божество.

  -- Не бедный, - фыркнул Вей, - И сам хорош. Ни одной красивой самки мимо себя не пропускал. А так как по сути Максенсор оборотень-полиморф - сильнейший в любой стае, то и отказа, как ты понимаешь, он не знал. С таким ветреным богом на стабильность и процветание надеяться не приходится, так что в случае выбора, выбирали естественно не его.

  -- Ну, это они зря. Не так уж Макс и плох. Ему просто не дали шанса показать себя с другой, лучшей, стороны.

  -- С какой, Иш? Максенсор ветряный мальчишка.

  -- Ты не прав, Вей, - поправила съехавший край куртки, - Макс, не смотря, ни на что, очень заботливый.

   Вей пожал плечами.

  -- Спорить не буду. О тебе Максенсор действительно заботится, и даже во вред себе.

   Последняя фраза ударила по больному.

  -- Это ты о Шазуре?

  -- И о ней в том числе.

  -- Я надеюсь, они не разругаются из-за меня в пух и прах, - вздохнула я.

  -- На твоем месте я бы на это не рассчитывал.

  -- Почему? - поставила свою кружку к кружке Вея - Я смогу ей все объяснить. Я все продумала.

  -- Иш, детка, все не так просто.

  -- Думаешь, мне не хватит красноречия? - усмехнулась и толкнула вампира в бок.

  -- Хм-м, - Вей притянул меня к себе и уткнулся носом в волосы.

  -- Вей, не пугай меня, - заерзала, подозревая, что Вей хочет уйти от разговора.

  -- Боюсь, твой великолепный план по воссоединению их семьи обречен на неудачу, - вампир подбородком надавил на макушку, от чего я поморщилась. Больно ведь!

  -- Ве-ей?!! - капризно заныла я.

   Вампир опомнился, и убрал подбородок. Вот так - моя макушка не подставка для его головы. Но я ошиблась, Вей и не собирался менять тему разговора.

  -- Иш, в отношениях Максенсор - Шазура много неясностей.

  -- Они любят друг друга.

  -- С этим утверждением моя богиня бы поспорила.

  -- Но...

  -- Поверь, Максенсор только делает вид, что любит Шазуру. Он даже себя убедил, что любит ее. Но, как и говорила Шагира, настоящей любви бог-оборотень так и не познал. Он играет роль, но эту роль ему навязала Шазура.

   Я вырвалась из объятий вампира и возмущенно тряхнула головой.

  -- Не верю!

  -- Я и не прошу тебя верить.

  -- Тогда зачем говоришь такое, - приподнялась я, чтобы смотреть на него сверху вниз. Сплошное ребячество, но его слова задели меня.

  -- Иш, твой план... Я все слышал. И я просто хочу уберечь тебя.

  -- От чего?

   Вей прикоснулся к моему локтю, но насильно усаживать поостерегся. Правильно, я сейчас на взводе.

  -- От разочарования. Ты у нас девочка чистая, честная, властью неиспорченная. Ты не видишь того, что вижу я.

   Я запыхтела. Не люблю такие комплименты, когда не знаешь, то ли возгордиться, то ли обидеться. Я покосилась на Вея и увидела, что он смотрит на меня с мягкой отеческой улыбкой.

  -- Иш, я беспокоюсь за тебя. Ты не видишь этого, но боги Орни'йльвира стараются втянуть тебя во что-то очень скверное, а ты идешь у них на поводу. Иш, тебя здесь некому защитить. Максенсор, если то, что говорила мне Шагира, правда, тебе не защитник, хотя ради тебя он и готов пожертвовать многим.

   Я зябко поежилась. Показалось, что воздух вокруг нас начал звенеть от напряжения, словно вот-вот должно случиться что-то... но что? А Вей продолжил, внимательно следя за моей реакцией:

  -- Шазура? Не рассчитывай на нее, Иш. Вспомни, что говорил тебе Грандирэль о глиртах - им нельзя доверять. Но правильнее было бы сказать не "им", а "ей". Шазура не защищает свой народ, она умело им манипулирует.

   Струна натянулась. Звук стал просто невыносим. Я умоляюще посмотрела на Вея, но он, морщась от боли, сиплым голосом закончил:

  -- Ни одно ее создание не обладает свободой воли - они все марионетки.

   Звук достиг своего придела, и я вскрикнула от пронзительной боли пронзившей голову - из носа потекла кровь. В глазах резко потемнело и я начала падать. Так закончился мой еще не самый тяжелый день на Орни'йльвире, и, судя по всему - это только начало. Будущее обещало быть нескучным.

Глава 8

   Видящие говорят, что будущее туманно, и только избранные способны разогнать туман и узреть истину.... Однако, для тех, кто остался в этом самом будущем, все обстояло несколько иначе.

   Начать можно с того, что всех без исключения наследников насильно выгнали из храма, игнорируя их требование объяснить, как это все понимать. Спорить с иддами было бесполезно. Каменные девы, объявившиеся сразу после возмутительно-дерзкой речи наследницы, начали молча выпроваживать посетителей храма, не разделяя их ни по расам, ни по сословиям. Все идды одинаково равнодушно требовали идти за ними, а выполнив свой долг, просто исчезали, оставляя просителей богини в полном замешательстве.