Элен Уайт - Пособие по выживанию

Увидев мужа таким, я действительно начала осознавать, кто стоит передо мной. Темный Властелин, не мужчина, а варвар, который способен без угрызений совести свернуть шею любому.

Наверное, в моих глазах отразился панический ужас, потому что Алекс, тряхнув головой, сделал шаг назад. Потом пару раз моргнул, и его глаза вновь стали нормальными.

Кинув на меня уже более спокойный взгляд, он развернулся и ушел, бросив на прощание:

— Тренировка окончена. Завтра в то же время.

«Что это было?» — ошарашенно думала я, глядя в его напряженную спину.

Вот и потренировались…

Придя в комнату и приняв душ, ощутила себя бодрее, чем вчера. Да и крепатуры такой не было… Может, тренировки дали эффект? Есть не хотелось, поэтому я некоторое время просто лежала, рассматривая потолок. Интересно, а где Кузя? Утром его уже не было.

Кот обнаружился на кухне, где рассказывал поварихам истории о своей нелегкой жизни, попутно откусывая от большой палки колбасы, которую держала служанка.

— Кузенька, а ты не лопнешь? — спросила я, присев на стул рядом. Сегодня работали другие девушки, поэтому они, испуганно зыркнув на меня, удалились.

— Ну вот! Весь кайф обломала! — проворчал кот, когда на кухне остались только мы и еще пара кухарок.

— Так ты, я вижу, местная знаменитость! Смотри, не ешь много, ходить не сможешь!

— Меня слуги носить будут!

— Да тебя ни один слуга не поднимет! Разве что лошадь какая-нибудь, — сказала я и, поболтав немного с женщинами на кухне о каких-то мелочах, отправилась к себе.

Скучен день до вечера, если делать нечего. Приказав принести мне в опочивальню чайку с шоколадным печеньем, чтобы восстановить душевное равновесие, улеглась поперек кровати и достала фолиант, одолженный у кухарки. Что ж, устав уставом, но можно же его хоть как-то обойти!

За чтением провела весь день, не заметив, как пролетело время. Занимательная книженция! Из множества страниц лишь процента два — это то, что можно. Остальные девяносто восемь — сплошные нужно и нельзя. Особенно меня умилил раздел про физические наказания. Оказывается, хозяин, то бишь этот напыщенный индюк, может выпороть своих слуг просто из-за плохого настроения. Не говоря уже о пересоленном супе или пыли под кроватью. Нет, ну я все понимаю, но бить людей за такое! Если плохо справляются, можно же вычесть из жалованья, уволить, но бить розгами?!

Отдельный раздел описывал одежду, в которой пристало ходить прислуге. Вот тут действительно было весело — любые украшения запрещены, разрешено носить форму длиной две ладони ниже колена. Черный элемент в одежде обязателен, и это при том, что запрещено носить еще что-то, кроме платья.

С отрядами воинов попроще — у них темно-серая форма, но разрешены зеленые детали. Это что-то типа их отличительной черты.

Да уж, Алекс, фантазии тебе не занимать. Тебе и тому, кто помог состряпать фолиантик. Заккери фон Фильс. Не слышала. Может, и помер уже, если судить по старости этого томика. Ну, ничего, брешь здесь должна быть, и я ее найду!

— Ваше величество, вы позволите войти. — В комнату заглянула Канила, девушка, имя которой я узнала еще в первый день пребывания в замке.

— Заходи. Что-то случилось? — села, приняв более приличную позу.

— Нет, просто его величество приказал передать вам записку. — Девушка протянула небольшой конверт из белой бумаги.

— Угу, приказал. Тоже мне, великий и ужасный, — тихо проворчала себе под нос, забирая письмо, а девушка подняла на меня глаза, в которых плясяли смешинки. — Спасибо, — сказала я уже Каниле. — Ты можешь идти.

Когда осталась вновь наедине со своими мыслями, открыла конверт. Да уж, похоже, Алекс предпочитает записки личному общению. И что ему стоило прийти и самолично это сказать?!

Запиской дорогой супруг оповещал меня о том, что семейная трапеза состоится в большой столовой в восемь вечера. Поборов в себе желание забежать в соседнюю комнату и высказать все, что я думаю о его предложении и об официальном тоне, в котором была написана записка, принялась выбирать наряд для вечера.

Помня про любовь Алекса к черному цвету, надела светло-персиковое платье. Фурор я уже произвела прошлый раз, осталось лишь закрепить результат, поэтому решила просто действовать на нервы.

У платья сзади имелся короткий шлейф, а спереди оно было чуть выше колена. Небольшое декольте очень выгодно подчеркивало грудь. Волосы я распустила, подколов их с одной стороны заколкой, нанесла легкий макияж, слегка подкрасила ресницы и мазнула губы «клубничным блеском». Его приобрела пару недель назад из-за какого-то особого рецепта травника, который его создал, «блеск» имел тонкий ягодный аромат, а на вкус тоже был сладким, как ягода. Я уже полтюбика съела из-за любимой привычки закусывать губу.

В назначенное время спустилась в зал, где уже был накрыт стол на двоих, и у двери стояло несколько слуг, исполняющих роли официантов.

— Добрый вечер! — поздоровалась я со всеми. Александр скрипнул зубами, но ничего не сказал. Ах да, он же просил вести себя со слугами холодно. Что же это я так не вовремя запамятовала…

Сделала гадость — и душе приятно.

— Ты вовремя, дорогая, — бросил он безразличным тоном, выделив последнее слово. Ну да, тут же публика. Это он только наедине ведет себя со мной как с дворняжкой, а ведь, по сути, я ему равна. Жена. На этот раз осознание того, что я жена этого мужчины, не вызвало привычного раздражения.

Почувствовала лишь горечь из-за того, что он никогда не будет считать меня ровней себе, что холоден он не только со слугами, но и со мной. Но у судьбы ведь не принято спрашивать о причинах. Вот и придется смириться, пытаясь получить как можно больше удовольствия.

— Да, дорогой, ведь если бы я опоздала, ты наказал бы меня. А я очень не хотела, чтобы мои крики слышал весь замок, — сказала с елейной улыбкой, присаживаясь.

— Ну что ты, я не настолько жесток. Поищу другой метод наказания.

— Дорогой, я уже боюсь, ведь прошлый раз я еле двигалась и руку не могла согнуть, — пожаловалась ему на свое состояние после тренировок, но слуги как-то испуганно переглянулись, видимо, подумали что-то не то.

— Не преувеличивай, я не очень тебя загонял, — сказал он. Губы Алекса плотно сжались, выдав степень бешенства мужа. Но уже через секунду он взял себя в руки, и мы начали ужинать.

Слуги поставили на стол тарелки. Перед Алексом оказалась большая отбивная с гарниром из запеченного картофеля, мой рот наполнился слюной в ожидании такой же порции, а перед моим носом возник салат из неаппетитных листьев и зелени. Может, еще одну тарелку забыли? Но слуги отошли, заняв дежурную позицию у дверей.