Тринадцать эльфиек для ДРАКОНА 4 (СИ) - Алекс Голд

злейших врагов, которые бесцеремонно вторглись не куда-нибудь, а в Клановый Дом? Для этого должна была быть поистине веская причина и, судя по всему, отец решил ее узнать. Слава тебе яйца!

— Зачем вы сюда приперлись?! — прорычал я, вперив гневный взгляд в Кокио. Уж она-то точно все расскажет!

— Мы действительно, хотели дождаться тебя дома, — начала объяснять скорпиоша, но ее тут же перебил Владыка.

— Ты еще и живешь с ними?! — обратился он ко мне и его тон не предвещал ничего хорошего. Напротив, мне показалось, что если я скажу правду, то отец, не раздумывая, метнет в меня меч. Кабздец! Любое неосторожное слово приведет к моей смерти! Печально…

— Да подождите вы, папаша, — неодобрительно фыркнула Пиона. Хватит его провоцировать таким обращением! Неужели забыли, какого почтение требовали к себе их правители?! — Пусть Коко все расскажет, иначе мы так никогда до сути не доберемся.

Наглость огнявки ввела моего родителя в некий ступор, и этого времени хватило, чтобы мне наконец-то все объяснили. Как оказалось, после моего ухода, Венедим с трагической миной на мордофели, заверил девчат в том, что я к ним уже никогда не вернусь. Ведь мне уготована участь Наследника! Я буду обязан сменить своего отца на троне, и тогда мне уже будет не до забав с эльфийками. В случае если я откажусь, то суровый папа меня попросту казнит за неповиновение. Но, даже если до этого не дойдет, то я сам отброшу хвост и отправлюсь к праотцам из-за болезни — обряд-то не закончен, а домой меня уже никто не отпустит! Вот после таких его россказней, эльфийки и решили, что меня надо срочно спасать. И откуда такое благородство?! Я думал, они только рады будут, если избавятся от меня. Ну, по крайней мере, большая их часть… Благодаря Аюге и ее водным коням, они смогли добраться до столицы в кратчайшие сроки. А мой дурной братец помог им, окольными путями и без лишних жертв, проникнуть в Клановый Дом. Ну что за идиот?! Нет, с одной стороны мне было приятно, и даже льстило, что девчата отправились меня спасать, грубо говоря, в сердце вражеской территории и не побоялись рискнуть своими жизнями, но с другой… Как теперь выкрутиться из этой жопы?!

— Венедим! — позвал младшего сына Владыка, который все это время внимательно вслушивался в рассказ Кокио.

— Да, отец, — из коридора в тронный зал заглянул этот пакостливый паршивец.

— Это правда? — родитель указал мечом на эльфиек.

— Ну-у, отчасти, — протянул Веня, несмело входя в зал. Вот же гаденыш! Придушу собственными руками!

— Как ты посмел привести сюда эльфов?! — взревел отец, а в следующее мгновение мимо пискнувшего от страха брата, пролетел пылающий клинок и вонзился в стену позади него. А я бы ему все-таки подпалил попец, а не просто попугал!

Венедим заметно побледнел и будто впал в ступор, не сводя взгляда с меча в стене. Я даже мог представить, какие мысли в тот момент проносились в его сознании. Да, в этот раз смерть пролетела настолько близко с ним, что он наверняка даже смог разглядеть ее лукавую улыбку. Тем временем Андро, медленно поднял свой посох и замер соляным столбом, стараясь не отсвечивать и не привлекать к себе лишнего внимания. Мне даже показалось, что он мелкими и незаметными шагами продвигается к выходу из-за зала, намереваясь свинтить. Угу, и это Владыка еще не знает о том, что он был в курсе про мое сожительство с эльфийками. Может, стоило рассказать? А что? Отгребать, так всем троим!

— Венедим, — грозно прорычал отец, требуя ответа на свой вопрос. Брат вздрогнул, словно очнувшись от пребывания в забвение, и резко обернулся, затравленно посмотрев на сурового родителя, у которого, судя по пылающему яростью взгляду, заканчивалось терпение.

— Я не виновен! — воскликнул Веня и испугано шарахнулся, когда меч, повинуясь призыву, вернулся к хозяину. — Я сделал лишь то, что приказал прадед!

— Илиодар? — брови Владыки изумленно поползли на лоб. А он-то здесь, каким боком?!

Я был удивлен не меньше отца. С прадедом у меня всегда были хорошие отношения. Он был единственным, кто не осудил и принял мое решение покинуть Клановый Дом. Я был благодарен ему за поддержку, и мы даже, не часто, но виделись. Пожалуй, он был последним, от кого я мог ожидать такой подлости. А главное, как он вообще узнал о моих делах с эльфийками?! Ситуация становилась все более запутанной и абсурдной, что совсем не радовало…

— Стража! — пылающий взор отца упал на замерших воинов, которые тут же вытянулись по струнке, в ожидание приказа. — Передайте Илиодару, что я хочу его видеть! Немедленно!

— Бягу-бягу, внучек! — послышался голос прадеда из глубин коридора. Вот же старый черт, неужто подслушивал?

Владыка нахмурился, сделал шаг назад и уселся на трон, в ожидание появления предполагаемого виновника этого беспорядка. А ждать пришлось долго… Через несколько минут, я начал всерьез опасаться, что по пути родственника хватил удар или он свернул не туда и заблудился. А может, дедок попросту решил сбежать, а не явиться в тронный зал и попасть под лавину ярости нашего разгневанного родителя? Однако еще через пару минут, чуткий слух уловил шаркающие шаги и постукивание трости о каменный пол. Нет, все-таки идет. Только о-о-очень медленно!

— Слушай, Дракохмырь, — понизив голос, подергала меня за рукав Яська. — А ты мне какой-нибудь сувенир купишь? — на мой хмурый взгляд, она состроила невинную моську и надула губы. — Что? Когда еще мне доведется побывать в вашей чешуйчатой столице? Другой возможности может и не представится…

— Ты серьезно? — сердито прошипел я, глядя на мелкое исчадье ада сверху вниз. — Лучше бы о сохранности своей тушки побеспокоилась, а не о сувенирах!

— Да ты просто жмот! — возмущенно фыркнула Кобра, обиженно сложив руки на пышной груди.

Тихо зарычал, отчаянно борясь с желание придушить заразу! Понимая, что тронный зал, особенно в присутствии отца, не лучшее место для выяснения отношений, решил оставить разбор полетов на потом. Но, когда вернемся домой, я им все выскажу! И накажу! Если мы, конечно, вернемся…

— Я бы тоже не отказалась прогуляться по улицам вашей столицы, — как бы между делом заметила Паусеттия. И эта туда же…

— Угу, — поддакнула ей, как всегда, многословная Аюга.

— И правда, Драк, — согласилась