Александр Хомяков - Весенние заморозки (СИ)

Эрви поднесла руку к лицу Мальтори и ощутила легкое движение воздуха. Он все еще был жив.

-Какие же вы сволочи, - прошептала она. - Какие же вы все-таки сволочи. Зачем было вмешивать нас в свои склоки? Чем мы вам помешали, я не понимаю...

-Не суди нас слишком строго, Эрви. Я не могла противостоять Элбису прямо. Ты просто не представляешь, что могло произойти, сойдись боги в схватке. Даже Амунус не хотел разрушения мира, а ведь никто из нас не мог ему противостоять. И даже Элбис не хочет, чтобы наш мир прекратил существование. Ему нужен этот мир целым и невредимым.

-Почему ты говоришь об Элбисе в настоящем времени? - вмешался Эрик.

-Потому что бога убить нельзя, - ответила ему Лайта. - Вы повергли его и ослабили, но он жив и вернется. Кастаю в свое время не удалось убить Амунуса, не смогли и вы. Только сами мы можем уйти из мира, если захотим.

-Вот и шли бы, - Эрви смотрела на лицо Мальтори, бледное и неподвижное. - Без вас этот мир был бы светлее.

Лайта приблизилась, опустилась на камни рядом с Эрви.

-Скоро все кончится, Эрви. Осталось немного. Способ остановить Элбиса, конечно же, есть. Таким способом когда-то воспользовался Кастай, что по сей день охраняет сон Амунуса.

-Что, вам мало?! - вскинулась Эрви. - Вам все еще мало? Вам нужны еще жертвы? Да когда же вы наконец напьетесь нашей крови?!

Богиня молчала. Гнев покинул Эрви, в душе осталась лишь горечь и боль.

-Сначала я предполагала, что на страже Элбиса встанет Эрик. Но он встретил тебя, и с того момента путь к героическим поступкам был для него закрыт. Ты ведь не согласишься, Эрик? Я права?

Эрик резко мотнул головой.

-Ни за какое счастье для этого мира, Несущая свет.

-И Эрви не согласится. Не спорь со мной, - она подняла руку, останавливая возражения, готовые слететь с уст Эрви. - Я же вижу, что ты не хочешь. Не так сильно ты любишь людей, дочь Верховного прорицателя. Когда я поняла, что Эрик в герои не годится, я предназначила эту роль Лорбаэн. Девочка-полукровка, отринутая всеми, она единственная среди всех вас была одинока, как только может быть одинок человек. Но в ее душе сохранилось достаточно тепла, чтобы ненависть к себе могла найти выход в самопожертвовании. Она - могла, она бы справилась. До сегодняшнего утра все говорило о том, что Лорбаэн выберет именно такой путь.

Я не властна над судьбами. Что бы ни говорил Элбис, я могу лишь развеять тьму, облегчить выбор вариантов. Я не способна сбить человека с пути, если он твердо на него встал. Лорбаэн сама шла к своей судьбе, но почти добравшись до цели, остановилась и пошла назад.

Я недооценила ни ее, ни Верховного прорицателя, ни тебя, Эрви. Я даже и предположить не могла, что ты станешь его жизнью после смерти, его последним орудием, припрятанным в рукаве кинжалом.

-Смешно мне тебя слушать, Лайта, - Эрви откинула с лица светлую прядь и посмотрела на богиню. - В ком же еще живет человек после смерти, как не в собственных детях? Или ты думала, что развеялся дым над погребальным костром, и все?

-Вы сотворены Катааром, Эрви. Мне вы всегда нравились, но я толком никогда не понимала, что движет вами.

Над ложбиной повисла тишина. Солнечные лучи, проделав в тучах прореху, падали на сидящую на камнях женщину в белом платье. На обезглавленное тело в бордовом плаще. На воина, стоявшего на осколках сверкающего камня. И на темную сталь кольчуги человека с каштановыми волосами, что лежал у подножья скалы неподвижно, и голова его покоилась на коленях девушки в меховой куртке.

Лайта повернула голову, глядя куда-то в толщу окруживших их скал.

-Все. Дигбран тоже выбрал свой путь, и здесь мы его не увидим.

Кивнув в сторону поверженного бога, Эрви спросила:

-Это надолго?

-К полуночи он восстанет, - голос Лайты был ровным и спокойным. - Конечно, ему потребуется время, чтобы восстановить силы. Десять лет, двадцать, сто - никто не знает. Но рано или поздно он вернется и снова возьмется за свое. Какое-то время вы выиграли. Вам - тем, кто однажды встал на его пути, - бояться нечего. Я знаю Элбиса, он осторожен и своих ошибок не повторяет. Никогда больше вы его не увидите, не осмелится он еще раз вступить с вами в бой. Есть ведь много других людей. Не таких знающих, не таких сильных, как вы. Не таких глубоких, с бедными чувствами и весьма слабым представлением о том, что им в этой жизни надо.

-Ну и пусть убирается хоть к Амунусу на скалу, - усмехнулся Эрик.

-Было бы неплохо, если бы он так и поступил, - Лайта серьезно посмотрела на Эрика. - Катаар смог бы погрузить Элбиса в сон, как однажды усыпил Амунуса. Но кто-то должен его охранять, не позволить ему пробудиться и вернуться в мир.

-Кто бы это мог быть? - Эрик обернулся по сторонам. - Я на такие подвиги не способен.

-Знаю, Эрик. Ни ты, ни Эрви. И Дигбран тоже не согласился. А Лорбаэн уже почти добралась до моста над пропастью, и назад не вернется. Мальтори же...

Она запнулась. Взгляд богини был прикован к лицу нерберийца, который лежал с открытыми глазами. В серых глазах его был туман боли, и чуть заметно шевелились губы.

-Если... - с трудом расслышала Эрви, наклонив голову к самому его лицу. - если я еще... гожусь на что-то... все равно умирать...

Лайта кивнула, решительно встала и подняла над головой руки.

Громоподобный звук прокатился над скалами и расщелинами, ударил в противоположный склон пропасти и отразился эхом. Словно лавина сошла с гор, и накрыло мир этой лавиной. Свет померк, и в наступившей кромешной тьме Эрви ощутила присутствие кого-то, кто прежде не спешил появиться в ложбине, но все это время наблюдал за развитием событий.

Она знала, что то был сам Катаар. Ведь остановилось на какое-то мгновенье время, и в мире что-то неуловимо изменилось.

А потом снова выглянуло солнце. Все осталось, как и прежде. Но не было уже на камнях тела бога, и отсеченной головы, взиравшей в небеса с обидой и разочарованием.

Фигура в белых развевающихся одеждах спустилась со скалы. Синрик подошел к Эрви, встал над ней. Она последний раз посмотрела на лицо Мальтори. Нербериец еще был в сознании, но глаза его уже ничего не видели. Коснувшись кончиками пальцев его губ, она позволила Синрику взять его на руки, а сама поднялась и подошла к Эрику, и наконец обняла его и спрятала лицо у него на груди, а он прижал ее к себе так крепко, что никаких сомнений у Эрви не осталось - не отпустит. Уже никогда не отпустит.

Ей не надо было оглядываться. Она видела, как уходил Синрик, унося тело Мальтори прочь.

-А как же мы? - спросил Лайту Эрик. - Что еще мы можем сделать?

Эрви все же обернулась, чтобы посмотреть на богиню.