Виктор Исьемини - За горизонтом

— Да, да, — кивнул граф, — доброта начала приносить плоды. И ведь отцы церкви учат именно так, за добрым делом обязательно следует награда… Кстати, мужичок, интересно, как ты обнаружил троллей, когда даже опытные солдаты сплоховали? Ну-ка отвечай.

— Мы, ваша милость, — робко заговорил болотник, — в здешних горах с товарищем моим всякого страху натерпелись. Так что теперь знаем — ежели что непонятное увидел в горах Страха, так лучше беги без оглядки… И не старайся узнать, чего там, лучше просто убегай…

— Ну и что ж ты увидел? — спросил Ингви.

— А вот, господин капитан, — указал рукой тот на кучку неестественно округлых камней, — камни какие необычные…

— А-а-а, — понимающе кивнул граф Гезнур и пояснил, — это троллиные какашки.

Гимелиус Изумруд рассеянно листал толстенный фолиант, содержащий кое-какие старинные формулы. Не секретные, разумеется, нет… Просто старинные. Он пытался вникнуть в тонкости способа, каким маги древности соединяли воедино несколько заклятий, добиваясь нового эффекта… Сегодня выдался свободный денек, его ни разу не потребовал к себе император — и магу удалось поработать как следует. Гимелиусу начало казаться, что он вот-вот постигнет искомое, вот-вот… мысли его прервал удар в двери.

Вход в кабинет придворного мага — это не просто дверь. Довольно хлипкие доски были усилены в ней сложной и многослойной магией, тем не менее, Гимелиус ощутил, что дверь содрогнулась под ударом! Это было не менее странно, чем, сам факт нападения — здесь, в глубине лабиринтов Валлахала… Придворный маг аккуратно закрыл книгу и тяжело поднялся из огромного кресла. Неизвестное лучше встретить стоя. Хоть какая-то свобода физического маневра — но какой прыти можно ожидать от этого одряхлевшего тяжелого тела?

А дверь трещала под ударами, летели щепки, вот в образовавшуюся щель провалилось лезвие здоровенной секиры, которую тут же извлекли из дерева сильные руки. Посыпались новые удары — то выше, то ниже проделанной дыры… Изумруд почти физически ощутил мощь наложенных на лезвие топора чар. Вот как? Что ж, старик Гимелиус готов…

С душераздирающим скрежетом и треском дверь развалилась надвое — Гимелиус швырнул в темный проем первую молнию. Это был легкий и простенький удар — для пробы. Рукотворная молния никого не задела, таинственные заговорщики понимали, с кем имеют дело и были настороже. Гимелиус сконцентрировался, пробормотал нужную формулу и нанес новый удар. Теперь магический огонь за дверью раздвоился и полыхнул вправо и влево — туда, где должны были укрываться злодеи. Послышались крики. Выждав секунду, Изумруд повторил удар и кинулся в проем двери изо всех сил, что еще оставались в его дряблых телесах. Снова в ответ на ослепительную вспышку раздались вопли, уже протискиваясь в дверь, маг запоздало сообразил, что в этих голосах скорее ярость и боль, чем отчаяние, его залпы не разили наповал… В коридоре толстяк выпустил самое лучшее свое заклинание — настоящий каскад холодного смертоносного огня — вправо и рывком развернулся влево. Перед ним оказалось несколько человек. Первый не растерялся и быстро метнулся к магу, выбрасывая вперед лезвие. С неожиданным проворством жирный Изумруд извернулся, однако меч все же распорол его бок. Хлынула кровь, маг ощутил холод заколдованного лезвия и ткнул ладонью, целясь в лицо противника. Тот увернулся, но кончики пальцев Изумруда слегка коснулись его плеча — и человек с диким воем метнулся назад, выронив меч… Метнув вслед ему несколько ревущих и сыпящих искрами заклятий, Изумруд с удивлением услышал позади себя шум. Невероятно, его удар должен был испепелить все живое в той стороне, включая тараканов под настенными гобеленами. Не рискуя оглянуться и потерять из виду оказавшихся слева от двери противников (более опасных как будто), Гимелиус зашагал к ним, сыпя с ладоней новые серии разящих искр. Очевидно вид разъяренного мага, истекающего кровью и освещаемого колдовским пламенем, был так ужасен, что враги бросились бежать. Тогда Изумруд тяжело повернулся и двинулся в другую сторону. Перед ним были четверо людей в доспехах — несомненно заколдованных доспехах. Удар мощной магии оглушил их, хотя и не прикончил. Во всяком случае, двое уже пытались встать. Гимелиус, кряхтя и истекая кровью, приблизился к ним, поднял топор — тот самый заколдованный топор, которым разнесли дверь — и принялся разить оглушенных противников. Оружием маг махал неумело, заколдованное лезвие скрежетало по заколдованным же латам, глаза Изумруда щипало от дыма — кое-где уже тлели подпаленные магическим пламенем гобелены…

Наконец Изумруд посчитал, что дело сделано и тяжело поплелся, опираясь о стену и оставляя на ней широкую кровавую полосу. Топор, который он так и не выпустил из рук, с лязганьем и дребезжанием волочился по полу… Несколько раз Гимелиус спотыкался о распростертые на полу тела. Слуги в камзолах с имперскими гербами. Сбежавшие от него убийцы не показывались на глаза, но колдун подозревал, что за ним следят. Пройдя несколько коридоров и не встретив ни одной живой души, маг выбрался в большой зал. Первой стрелы он не почувствовал (она легко и глубоко погрузилась в его жирное тело), только заметил, что перед глазами колышется оперенный хвост. Машинально скосив глаза, он увидел торчащее из собственной груди древко. Тут же рядом с первой воткнулась и вторая стрела. Теперь ледяной холод зачарованной стали пронзил его. Из последних сил Гимелиус рванулся через зал к другой двери… Еще одна стрела пронзила бок, другая с треском стукнулась в стену рядом. Чародей вывалился из зала в дверь и потащился, еще тяжелее наваливаясь на стену, по галерее, ведущей во двор…

ГЛАВА 17

Вопреки мрачным ожиданиям больше в пути происшествий не было. Ни легендарных чудовищ, ни даже разбойников — в горах было пустынно и как-то особенно тихо… Собственно, если бы не встреча с троллями — можно было бы сказать, что горы Страха не оправдали свое название. Естественно, единственное заслуживающее внимания приключение стало темой номер один в разговорах солдат. Впрочем, обсуждались лишь детали — по поводу главного все сразу пришли к согласию, посчитав, что видели остатки войска Гретыха, которого молодой наследник Верховного Тролля Йорунга все же разгромил и вышиб из Тролльхейма. Судя по тому, что повреждения на телах троллей выглядели свежими — можно было заключить, что генеральное сражение произошло относительно недавно… Кстати, забавный факт — все наперебой обсуждали дела Тролльхейма, каждый, кто что-либо знал, старался проявить осведомленность — но, как выяснилось, никто не знал, как зовут нового Верховного Тролля. Юный победитель вроде как совсем не имел имени…