Елена Смирнова - Лунный путь

— Ты ничего никому отдать не хочешь? Слэр, тебя поймали за руку.

Наследник вздохнул. Покачал головой и, порывшись в кармане, вытащил оттуда все, что стянул. Протянул предметы мужчине.

— Кинжал не отдам, я его выиграл.

— Могу я поинтересоваться, зачем наследнику Правящего Дома Ар-Илраша понадобилось красть вещи? — ехидно спросил наемник, слегка прищурив глаза. Слэрейн ослепительно улыбнулся.

— Ты тоже ничего не понимаешь в жизни… но я могу тебя просветить…

Я мысленно застонала, догадываясь, как именно Слэрейн будет просвещать. Стихии, за что я согласилась с ним прогуляться?!!

Ну да, все примерно так и оказалось.

— Друзья! Как же прият-т-тно с вами общаться! — главарь Коршунов, которого, как выяснилось, звали Элтор, пустил скупую мужскую слезу и умильно посмотрел на пузатый кувшин, вино в котором плескалось уже на дне. Впрочем, рядом стоял такой же, только полный.

Слэрейн, на которого обычно вино практически не влияло, пьяно расхохотался, я попыталась собрать мысли в одну кучу. Мы пили уже третий час, и за это время Слэрейн и Элтор несколько раз поклялись друг другу в вечной дружбе, чуть не скрепив клятву кровью. Правда, тут уже вмешалась я, хотя и с трудом держалась на ногах. Благородная, тоже мне… никогда ведь не любила такие посиделки, сбегая от них под любым предлогом еще в Высшей Школе.

Пол качался, как палуба корабля во время шторма, но, несмотря на это, настроение у меня было просто замечательное, а все окружающие люди казались милыми и хорошими.

Слэрейн со второго раза поймал кубок, сделал из него затяжной глоток и вдруг посерьезнел.

— Ладно. Пора… ик… заканчивать. Мне завтра вс-вс-вс-вставать рано.

— Мне тоже… — с трудом выговорила я, поднимаясь. Стены покачнулись, а вместе с ними и пол куда-то поехал.

— А далеко идти? — Элтор посмотрела на меня косым взглядом, пытаясь не допустить съезжания глаз к переносице.

— Не оч-чень…

— Так я провожу! — Элтор попытался вскочить, но ему это плохо удалось, поэтому он оперся рукой о плечо наследника, шатнувшись в сторону.

Слэрейн дернул наемника вниз, едва не порвав ему плащ.

— Так давай еще выпьем! Напоследок!

Я только вздохнула. Элтор тоже. Но отказываться, естественно, никто не стал.

Если почти весь вчерашний день мне было просто плохо, то сегодня с самого утра я чувствовала себя ужасно, я поняла это, еще не открывая глаз.

И лучше бы я их не открывала вовсе… поморщившись, я чуть приподняла голову. Да-а-а… судя по всему, вчера мы все-таки дошли до моей комнаты… что странно, потому что вчера сначала проводили меня, затем мы (все!) пошли провожать Слэрейна. У места, где остановился на ночлег Слэрейн, парни вспомнили, что не проводили меня, и мы снова двинулись к «Гранатовой слезе». И так раз пятнадцать. Значит, все-таки последней точкой стала моя комната.

Определить это было несложно — мы втроем, даже не раздеваясь, лежали прямо на моей кровати. Точнее, почти не раздеваясь, поскольку на мне из одежды были только невесть зачем закатанные до колен штаны и тонкая майка, а наследник и наемник штанами и ограничились, остальную одежду свалив в малоприглядную кучу около двери. Кажется, проснулись мы одновременно, но парни предпочли погрузиться в дрему снова.

Я с трудом поднялась, ощущая себя совершенно разбитой. Голова гудела нещадно, а на всем теле не осталось живого места, так оно затекло в слишком неудобной позе.

Кое-как растолкав парней и проводив их за дверь (честно говоря, взглянув сначала на меня, а потом в зеркало, они сразу убежали), я подошла к кадушке с ледяной родниковой водой и просто окунула в нее голову. Стало гораздо лучше.

Да, пить с непривычки — плохое дело и того не стоит. Наверное, похмелье — это худшее, что может случиться с человеком, да и не с человеком тоже, а я в жизни не припомню того, чтобы могла выпить столько за один вечер. Если честно, я раньше просто слабо представляла, как это вообще можно сделать. Теперь представила, и радости почему-то не испытала.

За этими мыслями воздух в легких начал подходить к концу, и я с сожалением распрощалась с кадушкой, вынув голову. На поверхность воды, подернутую волнами, тут же обрушилась звенящая капель с моих прядей и лица. Отжав волосы, я разогнулась. Кисло улыбнулась своему отражению, признать в котором себя было довольно сложно. Ничего, это пройдет. Но мне было плохо, и почему-то я была твердо уверена в том, что это не последствия вчерашнего, а продолжение той странной вещи, которая со мной творилась. Наверное, это результат того Призывания, когда я встала на место камня Лунной Стихии. Знала же, что этого не нужно делать… ничего, пройдет, а если не пройдет, то обращусь к лекарю. В Лартиэйме, пожалуй, поскольку ни одного приличного лекаря в Ирвингэйле, знающего о Серебряных детях хоть что-то, кроме общепринятых сведений, я еще не встречала.

С наслаждением вымывшись и переодевшись в чистое, я вздохнула, глядя на содержимое неприглядной бутылочки, которое кто-то по недоразумению назвал энергетиком, причем лучшим. Конечно, тонизирует организм это зелье хорошо, но вкус, но запах! Из узкого горлышка несло так, что жидкость хотелось вылить в помойное ведро, а еще лучше — на голову заклятому врагу. Как назло, врагов рядом не наблюдалось, а помойное ведро было далеко, да и организму больше не хотелось пребывать в таком чудном состоянии, когда невольно начинаешь задумываться о том, где бы найти веревку. Именно поэтому я зажмурилась, подобралась, стараясь не дышать испарениями из флакона, и героически отхлебнула прямо из горлышка. Теперь главное — перебороть рвотные порывы, поскольку вкус у энергетика был еще тот.

Но это того стоило: уже через несколько мгновений самочувствие резко улучшилось и я почувствовала себя относительно бодрой. Что ж, чудесно. Значит, сегодня я смогу все-таки выехать из города… правда, сначала выполню кое-какое дело в Долине. А для этого нужно связаться с отцом.

Мысленно я проверила свои силы. Должно хватить, плюс перемещение в Долину и обратно… прикинув, я поняла, что к моменту выезда из Ирвингэйла останусь практически без силы и максимум, что смогу сделать — выпустить одно какое-нибудь заклинание средней мощности. Ну ничего, зачем мне магия в этих землях? Против разбойников я могу вполне справиться и клинком.

Заперев дверь (чтобы случайно кто-нибудь не помешал, разрушив спокойствие в комнате), я достала аметистовый обруч и осторожно надела его на голову. В принципе, обруч этот — лишь дань традиции и вещь практически бессмысленная, но не совсем бесполезная: как известно, аметисты являются лучшими проводниками телекинетических импульсов (после алмазов, конечно), а разбрасываться даже крупицами силы в моем положении было бы неразумно.