Джин Вулф - Воин тумана (сборник)

Держа посох в одной руке, он вторую прижал к груди и низко поклонился, как это делают на Востоке, но мне показалось, что в его повадке есть нечто шутовское – насмешка чудилась мне в его глазах, в его высокой тощей фигуре и всклокоченных волосах и во всех его словах и поступках.

– Не уделишь ли ты мне несколько мгновений, добрый мой господин? Я был бы бесконечно благодарен даже за самые пустяковые сведения. Могу ли я спросить, кому понадобилось столько различных ваз и цветов? Это, разумеется, не мое дело, но, право же, никакого вреда не будет, если ты скажешь мне. И кто знает? Вскоре, возможно, мне тоже удастся оказать тебе какую-нибудь небольшую услугу, господин мой. В конце концов, именно мышь прогрызла ту прочную сеть, в которую попался могучий лев, как некогда говаривал один мудрый раб с Востока.

– И цветы и вазы – все для Каллеос, моей хозяйки, – ответил я.

Рот незнакомца так широко открылся в улыбке, что мне показалось, будто у него, по крайней мере, сто зубов.

– Каллеос, дорогая старушка Каллеос! Я прекрасно знаю ее! Мы с ней добрые друзья; Ах, Каллеос! Но я и не думал, что она вернулась.

– Она вернулась только сегодня утром, – сказал я.

– Замечательно! Можно ли мне пойти с тобой вместе? – Он огляделся, словно пытаясь восстановить в своей памяти тот город, который знал когда-то и который теперь лежал в руинах. – О, конечно, ее дом всего в нескольких шагах отсюда, верно? Скажи ей, мой дорогой, что один старый ее поклонник весьма желает выказать ей свое почтение и с нетерпением ждет, когда у нее найдется для него свободная минутка. Имя мое – Эврикл Некромант.

Глава 14

ЧТО ЗА СТРАННЫЙ ПРАЗДНИК!

– Ну разве видели вы что-либо подобное? – вопрошал Пиндар, рукой обводя ряды ваз с цветами и уже отчасти восстановленные стены. – Вот это действительно город великой Афины, Латро! Люди снова вернулись сюда, хотя ее совам [80]приходится пока гнездиться в развалинах. Ах, какую поэму я напишу обо всем этом!

У него за спиной Гиперид заметил:

– Когда станешь писать, не забудь, что вместе с тобой здесь был я, и тоже пил вино, и, как прежде, обнимал юную девицу.

– Ну, ты для высокой поэзии объект неподходящий, – заявил ему Пиндар. – Впрочем, ладно, так и быть. Пусть еще тысячу лет имя твое связывают с именем Ахиллеса.

Когда они входили в дом, я пересчитал их; всего гостей оказалось шестеро: Пиндар, Гиперид, кибернет, Ацет и еще двое, которых я не знал, – капитаны "Эйидии" и "Клитии". Ацет протянул мне сверток, который принес с собой:

– Вот, Латро, Гиперид велел непременно передать тебе.

Я развернул парусину; внутри была бронзовая кираса и серповидный меч на отделанном бронзой поясе. Странное чувство вызывал у меня этот клинок – я, ничего не помнивший, был уверен, что меч и опояски мне хорошо знакомы, хотя и не мог бы сказать, где и когда надевал их и когда потерял. Я опоясался мечом, облачился в доспехи – делал я это в комнате, отведенной мне Каллеос, – и вернулся во внутренний дворик, где хозяйка принимала гостей, усаживая их на купленные лишь сегодня диваны.

– Гиперид, – сказала она, наливая ему вино, – у меня есть к тебе одно деловое предложение.

– Кто может сказать, что Гиперид когда-либо отказывался от деловых предложений? – улыбнулся он.

– Я ведь обещала тебе, что сегодня вечером здесь не будет других гостей, кроме тебя и твоих друзей? Погляди, я свое слово сдержала.

– Тебе и так удалось меня провести, – притворно простонал Гиперид. – Вон, смотри, уже загораются звезды. Но ладно, так и быть, я своего раба назад не попрошу. Потребую назад только чернокожего, которого ты забрала безо всякой купчей и вообще без спросу!

– Ну разумеется, забирай, – сказала Каллеос. – Я думала, он свободный моряк, когда нанимала его. Если хочешь, он вернется вместе с тобой утром.

Однако послушай, Гиперид: сегодня ко мне заходил мой старинный друг – он случайно узнал, что я вернулась в город. Это самый веселый человек на свете, ты таких не встречал; он знает множество шуток и историй, так что скучно не будет, это я тебе обещаю. Впрочем, если не хочешь, чтобы он присоединялся к нашей компании, только скажи – и ты никогда его не увидишь. Но если не возражаешь, я буду век тебе благодарна. Ну и, разумеется, платить ничего не придется ни тебе, ни ему. Его имя Эврикл из Милета.

В эту минуту ко мне подошла одна из женщин и сообщила, что прибыл ужин.

Я пошел к задней двери, чтобы помочь владельцу харчевни и моему чернокожему приятелю разгрузить тележки.

Каллеос зашла на кухню, когда мы уже почти закончили.

– Вот и отлично! Все страшно голодны. Ты в кушаньях разбираешься, Латро?

– Не знаю, – сказал я.

– Ах да, конечно. – Она взглянула на блюда, которые я украшал для подачи на стол. – Впрочем, по крайней мере для начала, у тебя получается очень неплохо. К столу кушанья пусть подадут девушки, понял? А ты больше туда пока не заходи, если не случится каких-либо беспорядков. Сегодня я, правда, ничего дурного не ожидаю, однако никогда нельзя знать заранее.

Постарайся не заснуть и не пей вина, тогда все будет хорошо. И учти: иногда девушка визжит просто так, а иногда – по-настоящему. Ты понимаешь, что я имею в виду?

– По-моему, да.

– Ну и отлично. Значит, не заходи, пока кто-нибудь не завизжит по-настоящему, понял? Если же завизжат все девицы разом, беги со всех ног.

Меч свой без крайней нужды не обнажай, а уж пускать его в ход не нужно ни при каких обстоятельствах. Где ты его взял, между прочим?

– Получил от Быстрого бога, – сказал я и, лишь сказав это, осознал, что не понимаю смысла сказанных мною слов.

– Ах ты, бедолага. – Каллеос легонько поцеловала меня в щеку. – Фая, милочка, позови сюда этих ленивых нерях, пусть несут подносы и блюда гостям, а то мужчины мои уже заскучали. Да настрой свою лиру, если еще не успела, и скажи флейтисткам, чтоб приготовили свои дудки. Однако играть не начинайте, пока не накроют столы.

– Да знаю я, знаю, – проворчала Фая.

Вновь обернувшись ко мне, Каллеос покачала головой:

– Вино, музыка и женщины – разве мужчине нужно что-то еще? Этот вопрос задал мне твой друг, поэт. И, знаешь, я чуть не сказала: "А как же! Мясо!

Телятина, молодая баранина…" Между прочим, они мне стоили немало, хотя я, конечно, этого никогда своим гостям не скажу, это невежливо. А ведь я заказала еще и отличную рыбу, три сорта сыра, свежий хлеб, спелые смоквы, виноград и мед! Причем завтра тебе по меньшей мере половину всего этого придется выбрасывать, когда будешь убирать дворик. К сожалению, ты пришел в мой дом не как свободный человек, Латро… – Она помолчала, внимательно глядя на меня. – А знаешь, ведь и я когда-то была рабыней. Я с севера.