Нина Хоффман - За гранью снов

— Рита сейчас подойдет, чтобы принять у вас заказ на напитки. — С этими словами хозяйка уплыла, а Дейдра, Эдмунд и Мэтт уселись за столик у самого окна.

— Тут в меню написано «Специальное блюдо „Убей дорогу“». Это что, серьезно? — спросил Эдмунд.

Дейдра заглянула в меню.

— Да. Но я никогда его не заказывала, духу не хватало. Вдруг это и правда так?

Мэтт посмотрела, сколько это стоит. Блюдо оказалось самым дорогим в меню. Она выбрала говядину по-техасски.

— Будете что-нибудь пить? — спросила у них семнадцатилетняя официантка с жвачкой во рту и залакированными вихрами черных, как смоль, волос. Глаза были обведены черной тушью. Выглядело это, будто ее украсили двумя огромными фингалами. На ней была традиционная форма официантки: белое платье с красным передником, но платье было куда короче, чем у остальных официанток.

— Молоко, — заказал Эдмунд.

— Воду, — попросила Мэтт.

Дейдра отложила меню.

— Диетическую колу. Рита, как дела у Фифи?

Рита перестала жевать и улыбнулась:

— Очень хорошо, док. Я сейчас принесу ваш заказ.

На некоторое время за столиком воцарилась тишина, так как все изучали меню. Потом все разом подняли головы.

— Ди, — сказал Эдмунд.

— Эд, — сказала Дейдра.

— Ты первая.

— Где ты был? Чем занимался? Куда и почему ты так быстро уехал тогда? — Первые два вопроса были заданы обычным тоном, как при светской беседе, но в третьем прозвучала грусть и скорбь.

Эдмунд отложил меню и дотронулся до ее руки, потом отдернул свою руку.

— Я совершил нечто настолько ужасное, что не знал, как мне дальше с этим жить. Поэтому я сбежал и стал совсем другим.

Дейдра нахмурилась, и ее брови сошлись на переносице.

— Что такого плохого ты мог сделать? Это на тебя не похоже.

— Я наложил проклятье на отца Сьюзен.

Дейдра откинулась на спинку стула. Она смотрела в окно, как сгущались сумерки, и нервно сжимала руки.

— Так это ты сделал? — спросила она немного погодя. Она медленно покачала головой, все еще не глядя на него. — Все это было так странно. Сначала похороны матери Сьюзен, потом… Еще накануне мы все вместе после школы встречались в доме, как всегда, а уже на другой день только я и Джулио, да еще Натан. А ты и Сьюзен больше так и не появились. Мы с Джулио пошли к нему домой, начали всем звонить. У Сьюзен никто не брал трубку, а твоя мама сказала, что ты еще не вернулся. Потом мама Джулио вернулась с работы и сказала, что все кончилось. У отца Сьюзен был удар. Сьюзен переезжает в Сан-Франциско. А Хуаните больше не придется работать в этом ужасном доме.

Дейдра медленно повернулась к Эдмунду, и в ее глазах читалось изумление.

— Я была…

— Вот, ребята, — Рита расставила перед ними напитки и приготовила блокнотик. — Уже решили, что будете заказывать?

Дейдра моргнула и тряхнула головой, будто просыпаясь.

— Говядину по-техасски, — сказала Мэтт.

— С ней идут два гарнира. Какой вы будете, дорогая?

Мэтт еще раз глянула в меню.

— Французские булочки и салат из капусты.

— Отлично. А вы, док, решили?

— Мне как обычно, — сказала Дейдра.

— Свиная отбивная с салатом из капусты и жареными бобами, — записала Рита. — А вы что будете? — Рита глянула на Эдмунда, хлопая ресницами.

— Запеканку из сыра, красный картофель и салат.

— Хорошо. Скоро принесу. — С этими словами она удалилась.

Дейдра пристально посмотрела на Эдмунда.

— У отца Сьюзен был удар.

— Да. Я наложил на него проклятье, и он умер.

— Ух ты, — прошептала Дейдра. — Это было здорово.

Глава девятая

Что? — Эдмунд уставился на Дейдру.

Она подняла на него сияющие глаза.

— Я и сама хотела убить этого ублюдка. Сьюзен почти ничего не рассказывала, но время от времени кое-что проскальзывало. Не то чтобы она искала сочувствия, просто говорила, мол, со мной сегодня утром случилось то-то, поэтому я опоздала. Однажды я сказала, что, будь я на ее месте, я бы прокралась к нему, когда он заснет, и перерезала бы ему горло. Она пришла в ужас и не разговаривала со мной целую неделю. Я ее никогда не понимала.

Эдмунд отпил немного воды, потом сказал:

— Ну, у меня к этому было совсем другое отношение. Я наложил проклятье и свел отца Сьюзен с ума. После этого я пошел домой. Я все время думал о том, что теперь я такой же плохой, как и он. Злой и порочный. И я убежал. От всего. Я ушел далеко от дороги, в глушь, просто уселся и стал ждать, когда умру.

— Но ты не умер, — пробормотала Дейдра.

— Нет. Я сидел в лесу, боясь пошевелиться. Я думал, что любое мое действие могло навредить кому-нибудь, а я этого не хотел. И вот я ждал. Стало совсем тихо. И тогда я услышал голос. — Он улыбнулся. — Это был дух.

— Дух?

— Я его так называю, во всяком случае. Он сказал мне, что я должен есть, пить, жить. Это для начала. Еще он сказал, что прошлое нельзя изменить, но в счет пойдет то, что я буду делать дальше. И он сказал мне, как я мог бы помогать вместо того, чтобы вредить. Я так и сделал. Я вычеркнул свое прошлое и последовал за голосом. Я много путешествовал, отыскивая людей, кому бы я мог помочь.

— Так вот ты куда уехал…

— Да.

Дейдра сняла серебряное кольцо с салфетки.

— В Гуфри был такой переполох, когда ты сбежал. Твоя мама звонила мне и Джулио, спрашивая, не видели ли мы тебя. Мы перевернули весь город, но нигде не нашли тебя. Мы спрашивали Натана, не видел ли он тебя. Я даже заставила Джулио… в конце концов заставила его… заставила… — ее голос совсем стих.

— Что? — спросил Эдмунд.

Она какое-то время молча хмурилась, потом сказала:

— Ты помнишь эту историю с демоном? Где-то за год до того, как все это приключилось с отцом Сьюзен.

— Конечно.

— И после этого Джулио делал вид, что ничего не произошло.

— Правильно.

— Но я знала, что что-то случилось.

— И я знал.

— Тебе было страшно? Он притворялся, что он остался прежним, но он мог творить все эти дикие штучки с огнем. Он не часто это делал, и уж точно, когда этого никто не видел. Но он так и не стал нормальным. Я из-за этого с ума сходила. То есть я любила его. Он был одним из моих лучших друзей. Я так радовалась, что нам удалось спасти его, но я знала, что те люди причинили ему вред. Он очень страдал. Потом он завязал с магией, но я все еще… — Она стукнула кулаком по столу. — Я так расстраивалась. Но сейчас я уже должна вести себя, как взрослая.

Подошла Рита и подала им ужин.

— Вот соусы, — сказала она, расставляя тюбики на столе. — Те, что с желтыми крышками — сладкие, с красными — острые, с коричневыми — обычные. Приятного аппетита.