Виктор Шипунов - Большое средневековое сафари (СИ)

Я продолжал лежать. Интересно, что все роботы были по-своему уникальными. Ланс тяготел к войне и культуре, Перс к медицине и философии… Стоп надо загрузить им побольше разной информации, электронную библиотеку с моей птички. Нет, вся библиотека не войдет — придется выбрать, а еще проще пусть выберут они то, что им понравиться больше всего.

В дверь тихо постучали.

— Да, кто там?

— Дядя, это я.

— Входи, Питер, я уже не сплю.

Дверь тихо открылась, и появился Пит, а за ним бесшумно ввалился Титан.

— Доброе утро, там нам внизу в общем зале столик накрывают. Как в лучших домах Лондона и Парижа! — Он улыбнулся во весь рот.

— Значит пора завтракать.

— Здорово ты этого кабанчика прирезал, а Ти все на видео снял! Я не удержался и посмотрел раз пять!

— Ладно, идем есть, а потом нанесем визит во дворец, напомним о себе этому напыщенному гусю Дорси Дрю!

Мы спустились и быстро позавтракали, а потом пересекли площадь.

У двери нас опять никто не остановил, но за дверью нас встретил Дорси Дрю.

— Приветствую вас, милорды, — расплылся он в улыбке. — Теперь про вас, князь, говорит все высшее общество. Вы всех удивили, особенно своим выстрелом, точно в глаз вепря!

— Ну, что вы, милорд, даже то, что попал в самого вепря — это уже большое везение.

— Я помню, милорды, что вы хотели получить аудиенцию у нашего графа, сейчас я доложу о вас!

Мы стояли посреди большой прихожей, в которой дежурили не меньше дюжины гвардейцев.

Через несколько минут появился главный герольд и пригласил нас следовать за ним. Мы поднялись по лестнице на второй этаж и оказались перед резной двустворчатой дверью красного дерева непомерной ширины.

— Я должен объявить вас. Он скрылся за дверью, и я услышал его хорошо поставленный голос:

— Милорд князь Бенджамин Морли, владетель города Титсона и прилегающих земель, с милордом Питером Морли, племянником и наследником.

Створки распахнулись как бы сами собой, и мы двинулись вперед по широкой красной ковровой дорожке. Она упиралась в подножье деревянного резного трона из того же красного дерева, что и дверь. В зале было человек десять, по большей части, какие-то должностные лица.

На троне сидел крепкий мужчина, лет пятидесяти, с черной курчавой бородкой. Маленькая графская корона лежала на его голове, судя по цвету, она могла бы быть серебряной. Напротив трона по обе стороны, попарно, стояли четыре кресла. Мы подошли ближе и поклонились легким поклоном.

— Прошу вас садится, милорды, приятным баритоном сказал граф. Вы всех нас удивили позавчера, князь Бенжамин, — сказал граф, — рад приветствовать вас у себя. Не перевелись еще настоящие рыцари и воины, такой подвиг не каждому по плечу.

— Надеюсь, что на охоте я всех удивил приятно.

— Я так понимаю, вы в настоящий момент свободный правитель, получивший права совершенно законным путем. Так что мы с вами, в известной степени, равны по положению.

— Ваша светлость, я бы и дальше хотел бы сохранить право сидеть в вашем присутствии, — отвечал я, — а такое право дает мне мое свободное владение, название ему я еще собираюсь дать.

— Хотите дружеский совет?

— Да, ваша светлость, кто же от дружбы отказывается, тем более с таким человеком как вы.

— Дайте имя вашему владению поскорее!

— Это, и, правда, хороший совет. И я им воспользуюсь прямо сейчас! Я назову мое владение Княжество Альбион. И как князь Альбиона, обращаюсь к вам, ваша светлость, тоже с дружеским предложением: — предлагаю подписать договор о ненападении и договор о торговле. К тому же торговля уже фактически идет, и это ее просто узаконит.

— Это хорошее предложение, дорогой князь, и я с удовольствием принимаю такие предложения. А в ответ задам вопрос, та замечательная штука, из которой вы стреляли в кабана…

— Это арбалет, ваша светлость.

— Так эти арбалеты вы можете продать? Нас интересует большая партия.

— Точно такие не смогу — это очень старинная вещь, секрет изготовления которой давно утерян. Но думаю, что смогу изготовить партию арбалетов классом немного пониже, но все равно очень мощных и дальнобойных, по сравнению с луком, а так — же не сравнено более точным. К слову сказать, лучника надо воспитывать и обучать с детства, а арбалет может взять любой и, попрактиковавшись неделю другую, стрелять очень даже неплохо.

— Это замечательное известие, мне надо бы таких две сотни. Во что это мне обойдется?

— Если к первым договорам вы подпишите, соглашение о беспошлинной торговле на три года, то я их вам просто подарю.

— Я согласен, князь, с вами легко иметь дело!

— Итак, мы договорились по главным проблемам. Осталась одна маленькая.

— Так изложите ее.

— Я бы хотел иметь небольшую территорию в вашей столице, для нахождения здесь моего посла, с ограниченной свитой.

— Это можно устроить, мои люди подыщут подходящее здание.

— О, в этом нет необходимости, ваша светлость, здание уже имеется. Я купил его по случаю того, что мне негде было переночевать, как раз накануне вашей большой охоты.

— Вы меня заинтриговали, князь!

— Это здание весьма недалеко от вашего дворца — это гостиница «Золотая Козочка». Я бы хотел, чтобы оно, кроме своего прямого назначения, было так же признана суверенной и неприкосновенной территорией княжества Альбион и его посольством. А так же закрепить за посольством прилегающую территорию в размере семи метров от стен здания по окружности.

— Хорошо, я дарую вам такое право, о чем мы тоже подпишем договор. Это здание по праву принадлежит вам, и вы сможете его использовать и как гостиницу и как посольство с прилегающей территорией.

— Тогда у меня все, ваша светлость. В знак нашей дружбы позвольте сделать вам подарок, родовой кинжал, который переходит в нашей семье по наследству не одну сотню лет.

Я встал, снял с пояса простые ножны, с длинным кинжалом внутри. Рукоятка, тоже простая с виду, заканчивалась львиной головой. Это было мое собственное творение, я изготовил два десятка таких кинжалов пред отлетом. Я подошел, поклонился и двумя руками протянул подарок. Граф вынул оружие из ножен, тускло блеснул прямой обоюдоострый клинок ромбовидный в сечении и сужающийся к кончику лезвия.

— Ого! — воскликнул граф с пониманием знатока, — этот кинжал может прорвать любую кольчугу. Такая вещь заслуживает другой оправы, ей нет цены, и я велю своим оружейникам изготовить для него достойные ножны. Но я тоже хочу подарить вам свой кинжал.

Он снял его с пояса и протянул мне. Ножны его стоили целое состояние. Я вынул клинок, он сиял на солнце, отливая синевой. Два волнистых узора бежали вдоль кромок слегка изогнутого лезвия, которое было на два сантиметра длиннее моего кинжала.