Валерий Иващенко - Чёрная вьюга

А коль скоро блюст, которому по должности положено было проявлять недоверчивость и ко всему цепляться, признал, что никакого покушения на жизнь этих раздолбаев и в помине не было, и отвалил не солоно хлебавши, то жизнь стремительно поползла к лучшему.

– Тэ-экс, ну что ж, – лекарь отодвинул в сторонку очаровательно засмущавшуюся эльфку и занялся своим пациентом.

Снятие всякой магической дряни с ног и осмотр ничем особенным не ознаменовались. Лекарь непринуждённо заметил, что голеностоп кое-кого, вознамерившегося изображать из себя домкрат, хоть затрещал вовсе не малость от непомерной нагрузки – но более-менее выдержал.

– С руками похуже, но… – тут уже дядечка осматривал куда более сосредоточенно, да и колдовал вовсе не слабо – так, что эльфка расчихалась и вынуждена была ретироваться подальше.

Лёха хоть и не чувствовал по-прежнему рук от места чуть выше запястья, но к заверению лекаря, что всё будет в порядке, отнёсся вполне терпеливо и с пониманием. Если этот колобок обещался к послезавтрему на ноги поставить, тут уж и вовсе пустяковый случай…

– М-да! – резюмировал после своих манипуляций целитель, лоб которого прорезала неожиданно глубокая морщина. – Придётся вам, голубчик, ещё сутки поскучать здесь. Регенерация и адаптация идут отменно – так что, уже завтра вы почти и следов не заметите. Опять же, отдохнуть надо, организм потерял много сил.

Он снова обернул кисти своими прибамбасами, безжалостно воткнул в светящееся марево несколько волшебных, торчавших оттуда наподобие спиц палочек, и после короткого обдумывания с сожалением вздохнул.

– И хотелось бы с вами ещё пообщаться, молодой человек – есть тут разговор… но, не след и других пациентов забывать. Сегодня двое на трассе разбились, таки добавили мне работёнки. Да-с!

Ободряюще похлопав парня по плечу, чуть осунувшийся лекарь снова живым вихрем умчался из палаты. А обретавшаяся в уголке комнаты эльфка чуть выждала, а затем со смущённой и одновременно довольной мордашкой продемонстрировала Лёхе извлечённые из-за спины сигареты.

– Из кармана у дядечки дока утянула, – похвасталась она.

– А что это он? И что за разговор-то? – и хотел бы Лёха в задумчивости почесать нос, да вот, с перевязанными руками никак.

С другой стороны, это не та привычка, за которую неукоснительно цепляться следует?

– Да кто его знает… – как-то неубедительно буркнула Иллена, подсаживаясь опять поближе и покладисто почесав парню переносицу.

При этом она так заметно вильнула взглядом, так фальшиво-искренне затем посмотрела в глаза, что в другое время парень попросту рассмеялся бы.

– А вот врать ты не умеешь, – заметил он.

Эльфка в ответ опять стрельнула глазками, но как-то колюче и настороженно. Призналась нехотя, что почти никто из эльфов того не умеет – да и в других они этого не переносят – затем она дёрнула щекой и неумело закурила выуженную из пачки сигарету.

– Не спрашивай, сэр Алекс, и я не буду врать. Придёт время, сам узнаешь – даю слово, – чуть хрипло заметила она и слегка удивлённо уставилась на выдохнутую ею струйку дыма.

Лёха смотрел во все глаза и тихо обалдевал. Он уже немного разобрался в здешних нравах и обычаях, но вот то, что происходило здесь и сейчас, решительно ни в какие рамки и ворота попросту не лезло. Курящая эльфка, согласитесь, такое же невозможное дело, как ленивый гном или трезвый в субботу вечером гоблин… «Неужели тот здоровый Гугль тут каким-то боком опять замешан?» – обжгла эта мысль так, что парень непроизвольно дёрнулся. – «Если так, то его и маг-реанимация не спасёт!»

Пристально и с каким-то непонятным чувством он рассматривал эльфку, впервые проявившую какие-то настоящие, близкие и понятные чувства. На этот чуть виновато опустившийся точёный профиль с упавшей на нос золотой прядкой. А та ощущала на себе изучающий взгляд парня, отчего сильнее отворачивалась, а обречённо поникшие плечи её вдруг начали отчего-то легонько подрагивать.

– До завтра, сэр рыцарь, – упавшим и немного чужим голосом вдруг отозвалась Иллена.

Она мрачно утопила окурок в забытой доком склянке с какой-то мазью и вышла, не одарив на прощанье даже ставшим уже почти традиционным поцелуем, от которого Лёха сейчас не сумел бы и отбиться. Отпад…

Да уж, что бы там за новость ни пришлось узнать завтра, но виновные здорово о том пожалеют – вот в этом опять уставившийся в потолок парень уверен был на все сто. Кто б ни были те паразиты, но кровушкой их умыться заставят крепенько!

И с такими вот вовсе не пацифистскими мыслями Лёха прикрыл глаза и неожиданно для себя почувствовал, как начал погружаться в дремоту. Он ещё вздрогнул пару раз освобождёнными от магическоё опёки и чуть зудящими ногами, легонько улыбнулся чему-то быстро забывшемуся – и с чистой совестью уснул.

– Я приношу свои извинения, сэр Алекс!

Наверное, этих паразитов таки обучают основам психологии или как там оно называется – Лёха не успел толком что-то и сообразить, а не то чтобы возразить – как уже обнаружил себя пожимающим в знак мира руку главному блюсту посёлка.

– Видите ли, коль в вашем мире есть только одна раса людей, то подозревать вас в возможной ксенофобии было вполне естественно. Да и тот случай в первый же день… гм! Уровень агрессивности у вас вполне на высоте, – чуть более живым и почти человеческим голосом объяснил главполицай.

И настолько искренним и даже доверительным воспринимался этот разговор на крыльце, что Лёха собеседнику едва не поверил. И всё же, строгие и колючие глаза выдавали тёртого калача напрочь.

– Ну хорошо. У нас говорят: кто старое помянет, тому глаз вон, – примирительно и чуть раздосадованно протянул Лёха.

Свои ладони он ещё в палате уже осмотрел и ощупал самым пристальным и недоверчивым образом. Руки как руки, прекрасно ощущались и слушались – разве что кожа на них более нежная, мягкая, прямо тебе загляденье и мечта девчонок. Согласитесь, таковое внимание вовсе не удивительно после нехотя промямленных пухленьким эскулапом слов, что ладони себе кое-кто просто сжёг напрочь. Ведь чисто физически поднять такую тяжесть одиночке невозможно – вот один сэр неосознанно и выплеснул через руки хорошую порцию магии.

– При этом совершенно не умея ею пользоваться! Случай беспрецедентный, пришлось принимать меры и даже помощь со стороны, – лекарь погрозил было пальцем, но тут его в соседнюю палату срочно вызвала заглянувшая в палату вполне сексапильного вида медсестричка с перепуганным лицом. Целитель тут же скомканно распрощался, велел выматываться и пожелал им двоим если и встретиться когда снова, то уж не в качестве доктора и пациента.