Роджер Желязны - Лорд Демон

– А как Ходока туда занесло? – поинтересовался я. – Не слишком ли удачное совпадение?

– Да нет, не слишком. Ходок пробрался туда, чтобы понаблюдать, как Девор будет играть в ма-джонг с Ночной Невестой, Голубиными Глазками и Снеговиком. Потом он заскучал и решил прогуляться по горам – он все мечтает отыскать еще несколько тоннелей между измерениями.

Да, я что-то об этом слыхал. Несколько новых тоннелей, ведущих в другие измерения (по большей части – совершенно бесполезные), нашел именно Ходок.

– И он оказался рядом с Висс как раз вовремя, чтобы помешать ей прицелиться.

– Но почему он не сказал мне об этом?

– А ты бы ему поверил?

– Я бы мог проверить, действительно ли он говорит правду.

– А за это время Висс вполне могла прикончить вас обоих. Ходок бросился наутек, по мере возможностей дав тебе понять, что он причастен к твоему спасению. Он надеялся, что это заставит тебя внимательнее прислушаться к его словам, когда выпадет случай рассказать тебе побольше.

– Но он так ко мне и не подошел!

– После этого случая, ты стал проводить слишком много времени в обществе Висс. А Ходок ее боялся, – И не без оснований, – резко заметил я. – Тогда скажи мне, почтенный, если Висс желала моей смерти, почему она попросту не убила меня? Как ты уже заметил, в последнее время мы с ней часто встречались.

– На самом деле, – отозвался Тот, – Висс не нуждалась в твоей смерти как таковой. Ей нужен был политический скандал. Смерть лорда Демона от выстрела из теронического ружья наверняка повлекла бы за собой такой скандал – в этом она могла не сомневаться. Твое стремление расследовать это происшествие лишило ее такой возможности. Тогда она предприняла вторую попытку.

– Но она сама дала мне тероническое оружие!

– Да. Я полагаю, что Рабла-йу должен был отнять у тебя это оружие и им же тебя и прикончить. А она потом, мстя за тебя, убила бы Рабла-йу, – пистолеты такого типа рассчитаны только на два заряда, ты же знаешь.

– Но если она хотела, чтобы Рабла-йу убил меня из этого пистолета, зачем же она дала пистолет мне?

– Полагаю, она собиралась выставить тебя одним из организаторов кражи из Арсенала Перемирия. Она бы потом «нашла» большую часть похищенного оружия в твоей бутылке и под фанфары вернула его на законное место. И ее бы чествовали как героиню.

– Вы хотите сказать, что это она организовала кражу из Арсенала?

– Она, она. Это дало ей возможность прибрать к рукам несколько мечей духа и некоторое количество тероники. Даже если Висс вернет девяносто процентов похищенного, а себе оставит всего десять, она все равно будет отлично вооружена. А если Висс испортит то оружие, которое вернет…

– Зачем?

– А зачем нам перевооружаться, если мы уверены, что полностью обеспечены оружием? – Тот пожал плечами. – Здесь мы переходим в область предположений.

– Мне кажется, мы уже туда перешли.

– То есть ты мне не веришь?

Я легонько побарабанил когтями по дивану.

– Вы предоставили мне массу пищи для размышлений, – но, как вы сами сказали, многое из этого – всего лишь предположения. Мне нужно самому поговорить с Висс.

Тот, из Башен Света, недовольно взглянул на меня.

– Я могу сказать тебе, почему был убит твой слуга.

– Почему?

– Ему предложили предать тебя. Он отказался. Поскольку он слишком много узнал, ему пришлось умереть.

– Если бы к Олли обратились с таким предложением, он бы мне об этом рассказал!

– Полагаю, ты как раз в это время трудился над каким-нибудь изделием и находился в разгаре работы.

Перед моим внутренним взором возникла чудная оранжево-зеленая бутылка. Я был ею так доволен! Как много всего произошло с тех пор… Я хоть вынес ее из мастерской!

– Я подозреваю, – продолжал Тот, – что О'Киф собирался поговорить с тобой как раз в тот вечер, когда его убили, возможно, после ужина.

Я медленно кивнул. Это было вполне в духе Олли.

Он действительно мог решить, что дело пока что терпит и не стоит из-за него портить мне удовольствие от хорошо выполненной работы.

– Но для чего понадобился такой безумный план убийства? Они же вполне могли обставить дело таким образом, чтобы казалось, будто Олли убил человек-грабитель! Зачем было впутывать в это Тувуна? Я же мог его убить!

– Не думаю. Они были очень осторожны. Разве Висс не прервала дуэль еще до того, как та стала по-настоящему ожесточенной?

– Да, – признал я. – Но что, если бы я просто принялся охотиться на Тувуна, вместо того, чтобы вызвать его на дуэль?

– Как ты сам сказал, Висс весьма опасна. Она бы остановила тебя, а возможно, и убила бы. Так или иначе, но дуэль состоялась, и из тебя получилась отличная пешка.

– Но зачем делать из меня пешку?

– У тебя есть много чего ценного, Крапивник. Среди прочего – и две последние в мире собаки фу.

– Больше нету, – с горечью отозвался я. – Что они сделали с собаками?

– Я точно не знаю, но зато мне известно, что фу – создания силы. В самом начале изгнания они внушали демонам больший ужас, чем любые другие творения богов.

– И потому боги отказались от этих псов, как только мы были изгнаны… – пробормотал я, раздумывая вслух.

– Похоже на то.

Я обдумал все то, что сказал мне Тот, из Башен Света. В этом прослеживалась определенная схема, но я не был уверен, что верю ему. Я располагал лишь его словами о том, что сказал Ходок и…

– А откуда вам известно, что Олли предложили предать меня?

– Ходок кое-что слышал от Девора. Откуда об этом узнал Девор – не знаю.

– Я могу сам расспросить его, – сказал я и поднялся, чтобы уйти. Тот, из Башен Света, остановил меня величественным жестом.

– Кай Крапивник, что ты теперь намереваешься делать?

– Я собираюсь поговорить с Висс.

– И передать ей мои слова?

– Возможно. А что, вас это беспокоит?

– Только потому, что этим ты можешь повредить себе.

Я улыбнулся.

– Я не так уж глуп, как вы, похоже, решили. Я приму меры предосторожности. Даже если Висс ни в чем не виновата, она вполне способна взбелениться, когда я перескажу содержание нашего разговора.

– Так значит, ты все еще веришь в ее невиновность?

– Я верю в объективность. Все, чем я располагаю против Висс, – это ваши слова: дескать, Ходок то-то видал и то-то слыхал. Это недостаточно веское доказательство, чтобы на его основании обвинить своего друга.

– Воспользуйся магией, Крапивник, и проверь мою честность. Я говорю правду.

– В той мере, насколько она вам известна, почтенный. Я должен сам обо всем разузнать.

Тот, похоже, ушел в себя, и я понял, что у старого демона пропало всякое желание спорить со мной. Я вежливо постоял рядом и подождал, пока он не обратится ко мне.