Олеся Шалюкова - Пустыня смерти

Поэтому убедившись, что мальчишки в безопасности я занялась транспортом. Нарисовала прямо на борту повозки ключ утяжеления. Теперь её не унесёт, и соответственно наши верховые ящеры останутся у расщелины. Сами ящеры, подчиняясь моим командам, легли на землю, и я натянула на них общий большой тент, который раньше закрывал повозку. Маленький плотный тент, которым укрывались раньше мальчишки, я забрала с собой. Прихватила корзину с нехитрой едой, бурдюк с водой и яйцо и решительно вошла в расщелину.

Костер уже разгорался, хотя огонёк то и дело прятался от чудовищной песни ветра, забирающейся вовнутрь.

Было холодно.

Закрыв тентом вход, я сообщила:

— Сейчас станет значительно теплее. Но спать все равно будем вместе, иначе ночью замёрзнем. Завтра с утра продолжим движение. Но задерживаться не будем, поедем сразу в город. Али, куда тебя доставить?

— Лучше не в город, лучше сразу к шаману. Да и брат должен будет именно там оставить оплату.

— Шаман живёт под куполом?

Али отрицательно помотал головой.

— Неа, ему в городе не нравится. Он в стороне живёт, в небольшом ауле.

— Как называется?

— Аул… — подросток замолчал, перебирая в памяти названия. — Пичуг. Точно, аул Пичуг!

— Слышала и знаю, где он находится. В принципе нам даже через город ехать не нужно, сразу в аул поедем.

— В этот аул можно попасть только через город, — заупрямился Али.

— Это ты так думаешь, — улыбнулась я ему. — Змеиные проводники время от времени заглядывают в тот район по личным делам. А мы города не жалуем, поэтом и двигаемся до аула по тайным, да безопасным тропинкам. Или под землёй.

— Там же…

— Змеи у них нет уже два цикла.

«Вот и появится, кстати. Одну змею я отправила именно туда», — подумала я, занявшись корзиной.

— Зеон.

— Да? — удивлённо воззрилась я на Ена. Муравьёнок все это время предпочитал отмалчиваться, а тут вдруг заговорил. — Что-то не так?

— Здесь кто-то есть. Я не слышу дыхания, запаха, биения сердца. Я его ощущаю вот здесь, — показал мальчик на голову.

Если не ошибаюсь, в этом месте у муравьёв располагались усики-антенны. Что значит, Ен уловил не человека, он уловил отблеск мыслей.

Об этом мне ещё дед рассказывал, даже до того как мы побывали в их ауле. Рассказывал о них вообще и о королеве в частности. Раньше не поверила бы, кто бы мне это ни сказал. Но дед мне объяснял долго, а королева потом подтвердила, поэтому не верить мальчишке не вижу повода.

Здесь кто-то есть. В руку скользнул сам собой катар.

— Эй, кто здесь прячется, выходи! Сам найду — хуже будет!

Камень в углу дрогнул и сдвинулся в сторону. На меня смотрел человек в длинном шаосе.

— Как вы меня почуяли? — голос был приятным, мужским, в меру властным, в меру деликатным.

— У нас свои способы. Кто вы?

— Я Рамир. Змеиный охотник. Спрятался здесь от бури, а тут вдруг шум. Мало ли кто, мог приехать, дни нынче неспокойные, вот я и предпочёл спрятаться. А потом показаться не успел.

Я кивнула, собираясь сделать вид, что поверила, но до этого случилось кое-что ещё.

«Он врёт. Он был здесь с самого начала, и он — не живой!»

Мысленный голос Ена был чуть глубже и немногим взрослее, чем его голос в реальности. Голова отдалась осколком стреляющей боли. Ен был прав. Но я не знала, нужно ли нам показывать это знание.

— Я Зеон, змеиный проводник, — представилась я в ответ. — Эти двое, мой заказ, говорить имена их не буду.

— А ты значит, Зеон.

— Да.

Глаза хозяина пещеры полыхнул огнём безудержной ярости и чистого незамутнённого счастья. Он ринулся ко мне, растопырив пальцы:

— Значит, я приказываю тебе, отдай своё тело, Зеон!

В воздухе соткалось размазанное изображение, и мужчина собрался возле меня. Попытался запустить руки в моё тело, и у него ничего не получилось. А следом, довершая разочарование хозяина пещеры, ему в лоб прилетело рукоятью катара.

Запаса инерции не хватило, мужик просто рухнул на пол. Присев рядом с ним на корточки, я упёрла лезвие катара ему в горло.

— Не дёргайся, Рамир, это будет с твоей стороны глупо. У меня, да, не надо строить такого испуганного взгляда, оружие особенное. И то, что ты мёртвый, тебя от него не спасёт.

— Откуда?!

— Я знаю? О, у меня хорошие друзья, я успел много попутешествовать, побывать в местах закрытых. А как мне повезло с наставником — словами не передать.

— Ты!

— Ну, да, я-я. Итак, Рамир, что ты выбираешь? Хочешь, жизнь, хочешь — смерть. Я, скорее, буду очень рад, если ты выберешь окончательную смерть, это позволит разобраться с тобой сразу и не терять понапрасну время.

— А как насчёт жизни? И последующего погребения?

Я молча смотрела на Рамира.

— Зеон? Он что такое? — раздался из-за моей спины подозрительный голос Али.

— Он мёртвый, был главой одного из аулов, — сказала я негромко, не сводя с Рамира изучающего взгляда. — Его убили, забрали медальон вождя и не похоронили как следует. Но в те три дня пролилась кровь, и он вырвался от врат обратно на землю. Даже успел захватить тело убийцы. А потом убили точно так же убийцу. И он теперь мёртвый и неприкаянный.

— Ты меня знаешь? — спросил мёртвый изумлённо.

— О нет, мне просто объяснили на твоём примере, к чему может привести человеческая глупость. Так, ты сражаться не разучился?

— Конечно же, нет.

— Тогда слушай мои условия. Три цикла ты будешь моим напарником. Потом год на то, чтобы отыскать твои кости. Не найдём, снова три цикла на работу и год на поиск. И так, пока нужное не будет в наших руках. Согласен?

— Три цикла работы?

— Да, — кивнула я. — Три цикла, а потом год поисков.

— Это… много.

Я пожала плечами.

— Ты можешь отказаться, как я уже сказал — убить тебя гораздо проще.

— И какой тебе будет прок от мёртвого напарника? — осведомился иронично хозяин каньона.

А пользуясь тем, что под шаосе не видно, я торжествующе улыбнулась.

«Все! Он мой! С потрохами, сердцем и отсутствующим телом!»

Дед действительно говорил про этого Рамира много, потому что именно этот мёртвый в своё время помог моему деду и даже кое-чему научил.

— Мне не нужны мёртвые напарники, поэтому я позабочусь о том, чтобы ты казался живым и ощущал себя таким.

— Невозможно, если только…

— Свиток. Шаманский ключ изменения, в силах которого сделать из ребёнка взрослого, из мужчины женщину, из мёртвого — живого.

Я ещё не закончила, а Рамир не думал ни минуты, и именно на это я рассчитывала.

— Я согласен! — выпалил он торопливо.

Ещё бы ты был не согласен, голубчик! Как будто, спасибо деду, я не знаю, что предложить мёртвым.