Инна Зинченко - Жизнь без правил

— Ты чего? — Обиделся Степан.

— Да ничего. Просто подумала, что бог-разрушитель и повелитель исчадий умеет успокаивать истеричных дамочек очень умело. Где ты успел этому научиться? Вот уж чего никак не ожидала! Я думала, что рядом с тобой всегда тревожно и страшно.

— Только тем, кто мне неприятен.

Сет улыбнулся каким-то своим мыслям и вдруг спросил резким и требовательным голосом:

— А теперь, киса, отвечай мне, и не вздумай врать!

Баст вздрогнула от такой резкой перемены. «Он действительно чудовище!»: — подумала она.

— Чего ты хочешь? — Она попыталась встать и уйти, но сильные руки Степана вжали её в кресло. Он, не мигая, смотрел её в глаза и настаивал на своём:

— Признавайся, кошка, что тебя ко мне привело? Просто так в гости ты бы ко мне никогда не явилась. Я ведь не являюсь твоим другом, товарищем и братом, верно?

«Ах, как скверно всё получилась! — Испуганно подумала Баст, понимая, что обмануть его не получится. — Нельзя доверять ему, ни в чём нельзя!». Она с тоской посмотрела на большое зеркало. Сет перехватил её взгляд и тихо, но очень чётко произнёс:

— Даже не думай, киса! Никуда я тебя не пущу, пока ты мне всё не расскажешь.

Гром последний раз пьяно икнул и замолчал надолго. Гроза постепенно сошла на нет и лишь дождь уныло барабанил по стеклу. Вскоре дали электричество и комната наполнилась мягким приглушённым светом настольной лампы. Степан взял её за горло и слегка придушил.

— Говорят, что у кошек девять жизней, — усмехаясь спросил он, — у тебя которая по счёту? Или ты тоже веришь в эти сказки о том, что боги бессмертны?

Баст испугалась по-настоящему. Она и сама не знала, верит она в это или нет. Но ходили слухи, что, если бы периодически богов не отправляли в безвременье, многих их них уже давно не было бы на свете. Проверять на своей шкуре это она не хотела. Выход у неё был только один: она вновь превратилась в кошку, грозно зашипела, словно капли воды на разогретой сковородке и ловко выскользнула из его рук. Сет попытался удержать её, но получил в ответ глубокую царапину через всю руку. Проступили капельки крови, похожие на ягоды рябины. Кошка готова была сопротивляться до последнего, но надеялась, что и так пронесёт. Её растопыренные пальцы с хорошо наточенными когтями, прижатые уши и оскаленная пасть внушали уважение. Такое маленько животное, а умеет нагнать страху, если сильно прижмёт!

— Ах ты дрянь! — Вырвалось у него. — Я тебе когти-то повырываю! Шмакодявка ты такая!

Кошка яростно сопротивлялась, выкручивалась всем телом и, наконец-то освободилась! Он завыла страшным голосом и сорвалась с места. Вот оно — её спасение! Остался последний рывок. Степан попытался удержать ей, но прыткое животное выскользнуло из его рук.

— Ах, зараза! Где ты этому научилась?! Шею сверну! — Пригрозил Степан. — Ты у меня попрыгаешь!

Кошка ловко впрыгнула в зеркало и растворилась в нём. Она была счастлива, что её удалось обмануть страшного Сета. Любопытство, любопытством, но жизнь-то дороже! Конечно, боги стареют медленно, некоторых вообще эта скорбная участь минует, но они не бессмертны, теперь Баст в этом не сомневается — всё это сказки для глупых людишек.

Оставшись один, Сет улыбнулся своему отражению, его развеселило, что кошка поверила в то, что он может её убить. Он даже не собирался делать ничего подобного, просто захотелось её немного попугать и это ему удалось. Не смотря на то, что в своё время Баст приняла сторону Осириса, Сет относился к ней с симпатией. Пожалуй, это одна из немногих богинь, которая не вызывает у него раздражения.

— И всё-таки, — сказал он сам себе, — что-то затевается. Я это чувствую! Опасность, словно кобра, встала на хвост, развернула свой капюшон и приготовилась к броску. Он чувствовал это каждой своей клеткой! Вот только пока ещё не мог разобраться, от кого эта самая опасность исходит и это ему не нравилось. И, что самое неприятное — он не знал у кого спросить. Да и ведает ли вообще кто-либо о том, что происходит в этом суматошном мире!

Он подставил кресло к зеркалу и устроился в нём поудобней.

— Ну-ну, посмотрим, чем дышит наш бывший друг, — буркнул он себе под нос.

В зеркальном стекле отразилась комната Танатоса. Так, братья в сборе. Но, что это у них там происходит? Вот Анатолий нагнулся и стал кого-то звать.

— Мыши у него, что ли завелись?

Спустя несколько минут из-под кровати выбрался крылатый волк. По его шерсти пробегали языки пламени и был он великолепен! Волк встряхнулся, разбрасывая по полу яркие искры. Вдруг его охватила густая пелена и вот уже вместо волка появился пожилой мужчина с белыми, как первый снег волосами и пронзительно синими глазами.

— Сёма! — Вырвалось у Сета. — Семаргл собственной персоной. Что за сборище убийц?

А между тем Семаргл вежливо протянул Анатолию руку, но тот не спешил её пожать. Между этими двумя всегда существовало соперничество. Поколебавшись немного, Танатос, всё-таки пожал протянутую ему руку и это неприятно поразило Степана. Болезненный укол ревности пронзил его сердце. Когда-то они были друзьями, но что-то разладилось и теперь Анатолий старается его избегать. С некоторых пор Танатос не спешит протягивать при встречи руку для приветствия, потому что не уверен в ответной реакции. Выглядеть дураком он не любит. Друзей у него почти не осталось. А тут на тебе — Семаргл!

— И откуда ты выискался, чёрт старый?

Но то, что происходило по ту сторону зеркального стекла меньше всего походило на встречу старых друзей. Анатолий выглядел растерянным, если не сказать, рассерженным.

— Что ты здесь делаешь? — Спросил Танатос недовольно.

Сёма смутился, но тут же взял себя в руки и произнёс с вызовом:

— Хотел выяснить, почему ты закрыл зеркало. Здесь была Лилит, а от неё можно ждать любых неприятностей. А уж если Лил закрыла зеркало, то могу со стопроцентной уверенностью заявить, что она задумала какую-то гадость! Вот т решил выяснить, что тут происходит.

Гипнос испуганно посмотрел на брата. Он не мог ничего сказать, но взгляд его говорил: «Он хоть что-нибудь слышал, как ты думаешь?». Вот уж верно, кто свяжется с Лилит, обязательно об этом пожалеет! Если их разговор дойдёт до верховных, то ссылка во вневременье им гарантирована и это, как минимум. А, если по максимуму, то могут и убить. «Нет, не убьют! — успокоил он сам себя, — хорошими специалистами не разбрасываются!». И всё же это было слабым для него утешением.

— Сёма, а ведь ты не надсмотрщик, верно? — Язвительно заметил Толик. — Так какого же рожна ты суёшь нос не в своё дело? Мало ли почему она ко мне заходила!