Марина Милованова - Волчьей тропой

Он уверенно направился в заросли. Как ни странно, после получасовой ходьбы запах привел в город.

— У твоей хозяйки рассудок помутился? — озадачился охотник, рассматривая узкую улочку, на которой с обеих сторон расположились лавки ремесленников. — Зачем она сунулась в город?

Поправив мешок и перехватив крепче копье, он неторопливо зашагал вдоль домов, делая вид, что присматривается к выставленным в витринах товарам. Возле неприметной лавки портного запах оборвался. Пройдя на всякий случай вперед, он вернулся к двери с вывеской, изображавшей ножницы, и вошел внутрь.

Определив с первого взгляда, что хозяин лавки бывалый воин, охотник оставил пса за дверью и, прислонив к стене копье, учтиво попросил костюм, ткнув для убедительности в один из выставленных манекенов. Терпеливо позволил снять все необходимые мерки, а потом, когда портной удалился в кладовую в поисках подходящего костюма, принялся осматривать помещение. За примерочной ширмой отчетливо ощущался знакомый запах, значит, девушка приходила недавно и провела здесь немало времени. Ощупав гардины, словно ледана могла спрятаться за ними, охотник вышел и завернул за ближайший стеллаж. Неожиданно на голову обрушился сильный удар. Сознание незамедлительно погрузилось во тьму.

— За девочкой пришел, гад? — склонился над распростертым телом мрачный портной. Сунул к лицу внушительный кулак с зажатым в нем молотком: — Не позволю!

Придя в себя, охотник обнаружил, что лежит между большими штуками ткани, крепко связанный по рукам и ногам. Хозяин лавки расположился напротив на табуретке и, сжимая в руке молоток, сверлил его тяжелым неприязненным взглядом.

— Костюм тебе, говоришь? — буркнул он, увидев, что пленник пришел в себя. — Саван устроит?

— Рановато еще! — поморщился Илмар. — Мне еще друга из беды выручить нужно, девчонку одну.

— Выручить или наоборот? — подозрительно прищурился портной, поигрывая молотком. — Что-то я не помню, чтобы кто-нибудь из ваших хоть кому руку помощи протягивал!

— А ты всех под одну гребенку не ровняй! Или одежду тоже по одному лекалу шьешь? Из тебя самого портной, как из меня канарейка, но ведь тебе твоя рожа не мешает работать! — не сдержавшись, нагрубил Илмар.

— Ты мне зубы не заговаривай! — рыкнул мужик. — Твои подельники, даром что воинами называются, только баб насиловать умеют да добро награбленное делить! Именно из-за таких, как ты, я в свое время ушел из армии. Потому что прогнила она насквозь!

— Ну предположим, я в свое время тоже ушел, — кивнул охотник, не реагируя на грубость. — Только, в отличие от тебя, не стал прятаться в ремесленниках, а подался на север.

— Нашел дурака! — криво ухмыльнулся портной. — На большей части северных земель уже со времен Холодной битвы никто не живет. Только легенды складывают. Последнюю я лет десять назад слышал. Так что придумай что-нибудь более правдоподобное.

— Договорились, — не стал отпираться охотник. Он замолчал и закрыл глаза. В наступившей тишине отчетливо послышалось его дыхание. Спокойное вначале, постепенно оно становилось все более глубоким и шумным. А когда у сидевшего напротив портного заложило уши от мерного шума, напоминавшего грохот разыгравшегося не на шутку прибоя, охотник открыл глаза. Зрачки сузились до вертикальной полоски, а радужка поменяла цвет на вишнево-красный. Послышался треск разрываемых веревок. Спустя мгновение наступила тишина.

Портной закрыл глаза и озадаченно потряс головой, словно отказываясь верить собственным глазам. А когда вновь посмотрел на охотника, тот спокойно сидел перед ним, удобно устроившись на штуке ткани, и выжидающе смотрел на него уже нормальными человеческими глазами.

— Кто ты? — только и сумел выдохнуть портной, роняя на пол бесполезный молоток.

— Элим, — пожал плечами охотник.

— Но… но это же просто легенда!

— Легенды не возникают на пустом месте, — усмехнулся охотник. — Только не вздумай бояться!

— А… а зачем тебе ледана?

— Не поверишь — влюбился, а она сбежала во время очередной потасовки! — По глазам, в которых запрыгали смешинки, невозможно было понять, шутит он или говорит правду. Внезапно взгляд стал серьезным. — Она решила, что я умер после сражения с монастырскими ищейками, которые пришли по ее душу, поэтому ушла. А окружающий мир чужой для нее. Даже со всеми своими боевыми умениями она долго не протянет.

— Допустим. — Портной задумчиво пожевал губами и протянул элиму ладонь. — В таком случае, ты извини меня!

— Не страшно. — Охотник пожал протянутую руку и легко поднялся. — Хотя обычный человек после твоего удара вряд ли бы оклемался. Она не сказала, куда пошла?

— Куда — не сказала, а вот зачем — думаю, тут ты как раз сумеешь ей помочь.

— И зачем? — Охотник вышел из-за стеллажа, с досадой отмечая, что за окном уже полноправный день, а значит, девчонка ушла еще дальше.

— Она ищет силу. А по легенде, элимы самые непобедимые воины.

— Потрясающе! — Илмар озадаченно качнул головой. — Сначала медальон, теперь силу. Воистину, мысли женщины что погода за окном. Запасную рубаху у тебя можно купить? Или снова дашь по голове?

Смущенно крякнув, хозяин лавки ушел за стеллаж и вынес оттуда рубаху серого цвета, искусно вышитую серебряной нитью по вороту.

— Вот, возьми, она крепкая, с десяток перекидываний выдержит. И размер как раз твой.

Ткань оказалась прочной, но мягкой. Щедро заплатив полновесным золотым, охотник направился к выходу.

Дверь оказалась заперта. Он спокойно снял толстую перекладину, служившую засовом, аккуратно прислонил ее к стене, взял копье и молча вышел за дверь.

— Хвата Пресветлому! — прошептал портной в наступившей тишине.

ГЛАВА 5

Рассвет застал Ролану далеко за пределами города. Часть пути она пробежала, обернувшись зверем, потому что в лесу так было удобнее, а после удачной охоты вновь приняла человеческий облик и пошла, уже не скрываясь, по широкому, размытому дождем тракту, убегающему за горизонт.

Вопреки предсказаниям портного погода решила не ждать несколько дней и испортилась прямо с утра. Стоило первому солнцу явить свой светлый лик, как его незамедлительно заволокло плотными сизыми тучами. Второе светило, испугавшись аналогичной атаки, даже и не думало высовываться. Во всяком случае, небо было монотонно-серым, безрадостным, с синеватой бахромой тяжелых облаков, из недр которых довольно быстро стал накрапывать мелкий неприятный дождь. Впрочем, Ролане особых неприятностей он не доставлял. Плотно запахнувшись в подарок портного и натянув глубже капюшон, она шла по месиву, в которое превратилась дорога, слушая чавкающий звук собственных шагов. Портной оказался прав — плащ надежно защищал и от дождя, и от ветра. Дорога впереди была пуста — в такую погоду вряд ли кто решится на прогулку, все нормальные люди останутся дома, в тепле и уюте. Поэтому надежды на то, что по дороге ей обязательно встретится кто-нибудь, пришлось на время отложить.