Игорь Гусаров - Горничная

— Ладно, пойдём Натка, не дали спокойно поесть. — Ионкин выдернул за огромное ухо, джигита, усевшегося рядом с девушкой, и помог Натке выйти из-за стола. Задерживаться в кафе они не стали.

— Ну как, понравилось тебе в нашем парке.

— Да! Обязательно ещё придём. Хорошо?

Так, болтая ни о чём, они вскоре оказались снова в метро.

Глава 18

Что тут можно, что нельзя

Основной поток пассажиров к этому времени заметно снизился. Лейтенант и девушка уселись на диван в вагоне, и тут Натке поплохело. "Ну, и чего я творю? Вот сейчас эти трое пожалуются страже. Магу стражнику, чтоб узнать кто колдовал, время нужно – вздох! Включат интернет, и он им покажет, где я. Допрыгалась, коза! Ладно на вокзале, тот важный господин, пьян совсем был, да и чего ему перед стражниками срамиться, протрезвел, да вернул, как было. Всяко, или заклинание имеет, или маг на службе есть. А эти то, молодые и пожаловаться могут. У-у-у, дура! Так, спокойно! Что они через интернет видят? Только изображение. Значит надо поменять скорей мой вид. Одежду, лицо, цвет волос. О, рост надо повыше сделать, тут девушки высокие. Так, заррраза! Коля-то рядом! Посмотрят, а с ним девушка. Что маг вернуть вид не сможет? Всё, сейчас поймают и ага… А нечего колдовать без разрешения! А чего ага-то? Вон Коля говорил, что у них не сжигают. Да и старший его, тоже удивлялся… Что там? Работать на государство. Хи… Посмотрим, как у них получится… Я завтра уже дома буду! А вдруг у них какое заклинание, блокирующее, есть… Ой, мама! Надо скорее Колю предупредить! Вот мужики, он же местный, что же не сказал-то, не остановил! Посмотреть ему интересно! Ну, пусть говорит, что делать будем".

Ионкин с тревогой смотрел на резко замолчавшую девушку. Только что весёлая и беззаботная она, вдруг, как-то замкнулась, и на побледневшем лице явно выраженный страх.

— Коля!

— Натка!

Практически одновременно Ионкин и девушка заговорили. "Мужчину лучше не перебивать", — подумала Натка, и решила сначала узнать, что надо стражнику.

— Что?

— Что случилось? Да на тебе лица нет! Плохо стало?

— Коля, а что мне будет, за то, что я колдовала? Ведь эти, молодые дворяне, обязательно пожалуются страже. Меня, наверно, уже ищут. Да и тебя со мной.

— Какие дворяне? — лейтенант не понял.

— Ну те, с которыми мы повздорили. Которым я уши увеличила.

— Какие они дворяне!? Гопота мелкая, знают, что нам в форме и морду набить нельзя, а я ещё и выпимши был, вот и куражились. Хотя, наверняка крыша у них какая-то есть. Да только, если бы я не в форме был, отметелил бы всех троих и последствий бы никаких не было. Они конечно, на всю голову отмороженные, но мстить лейтенанту полиции, это уж совсем умом повредиться надо. Да ещё, когда сами нарвались. А насчёт "колдовала", так и вообще беспокоится нечего. У нас в колдовство не верят. Да и как докажешь, что это ты колдовала?

— Да чего тут доказывать!? Маг – стражник сразу скажет!

— И где взять, мага-стражника?

— Как где? У вас что, нет магов-стражников? Я же видела! Вон, маг на компьютере в интернет смотрит, маг машиной управляет. Да и как же вы тогда магов ловите?

— Да не маги это. Просто специально обученные люди. А магов мы никак не ловим. Не бывает магов. Фокусники есть, но они все известны, а потому особо своим искусством на улицах не пользуются. А чтоб как ты, так никогда подобного никто из нас и не видел! Да даже если тыща человек скажет, что уши этим "грачам" ты увеличила, всё равно, доказать это нельзя. Как это возможно, никто не знает. Вот скажешь ты: "не делала я ничего", и что? Где доказательства что делала? Кто скажет, как это ты сделала? А если ещё и обратно вернуть сумеешь, как было, так просто глаза себе потрут, и будут вспоминать, чего курили. Сможешь обратно-то?

— Ну конечно. Так ты хочешь сказать, что у вас не могут определить, кто колдовал?

— Да у нас даже не могут определить, колдовал или нет! А ты говоришь кто!

Да никто о колдовстве и не подумает. Все решат, что у них болезнь какая-то.

— Так, а тот на вокзале, он-то хоть дворянин?

— Да нет, конечно! Чиновник, видать, какой-то или бизнесмен. А что?

— Значит, он обратно себе нос вернуть не сможет? Или хоть какие-то маги, которые на это способны у вас всё-таки есть?

— Зачем тут маги? Сделают ему пластическую операцию, да и всё. У них сейчас это дело популярно. Всем помоложе выглядеть хочется. Так что, думаю, завтра уже и поправят. Если он уже сейчас не в больнице. Денжищь, конечно, с него слупят, но сделают.

— Подожди. Давай по порядку. Я так поняла: Я могу колдовать, как хочу, никто наказать меня не сможет, потому, что нужны доказательства. Так?

— Да.

— Ух ты! Даже денег можно наколдовать и никто не скажет, что они наколдованы?

— А ты чё? Можешь?

— Нет, — энтузиазм Натки поутих было, но она тут же снова встрепенулась, — так ты говоришь за то, чтобы помолодеть у вас большие деньги платят?

— Ну как, большие…, сейчас этих пластических хирургов поразвелось, как собак, но я слышал. Что хорошие много берут, сколько не знаю, но то, что очередь к ним это точно. И дело это не безопасное. Всякие осложнения бывают. У нас одна известная певица чуть не умерла. Так что… Стой, так ты не только увеличивать носы… Да о чём, я. Да то, что ты майору сделала, за это же, можно такие деньги просить!

— Нууу, просить. Просить то можно, а вот заплатят ли?

— Да ещё как заплатят. В очередь выстроятся.

— Коль, а расскажи про свою страну…

И Ионкин рассказал… Натка узнала про то, что родился Николай Ионкин в другой стране и называлась она Советский Союз. Но вот пожить в ней Коле толком не удалось. Какой-то начальник, захотел стать самым главным начальником, но так как он был не один такой, то страну поделили на много кусочков, и теперь вместо большой и сильной страны стало несколько не очень маленьких, но… так себе. Хотя они находятся сейчас вроде как в самой богатой и сильной. А потом, тот начальник, от радости наверно, что у него получилось, стал много выпивать. Ну а кто ему прислуживал, пока он не протрезвел, быстренько поделили всё самое ценное, в стране, между собой, очень ругая тех, кто всё это построил и собрал. Натка не очень поняла, за что. Вроде как тот, кто тогда правил, убивал тех, кто ему мешал, почему правитель должен был поступать иначе непонятно, но, по словам Коли, были и невинные. Как правитель должен был, интересно, проверить каждого? Но раз говорит, значит мог. Видно он-то маг был, сразу везде успевал. Да, и построено это было всё неправильно. Вот только, как по-другому строить, те, которые сейчас, не знают, а потому вообще ничего не строят, а проживаю полученное. Пока делили, жилось совсем плохо, но потом, пришёл тот, кто правит теперь. И народ, увидев трезвого президента, очень обрадовался, решили, что дело теперь на лад пойдёт. Вроде как получше стало. Правда, опять не для всех. Очень Колю задевало, что президент обещал каких-то бандитов "мочить в сортирах", но почему-то, сортиры бандитам должны строить за счёт других людей. В стране, которая называется Россия, правит вроде как народ, который выбирает тех, кто всем управляет. Раньше выбирали кого хотели. Но в думу, как народу объяснили, попадали жулики. Заплатят жулики народу, наврут, наобещают, их и выбирали, а иногда и не выбирали. Это не очень удобно было. Поэтому решили сделать по-другому. Теперь в думу выбирают только от каких-то партий. Жулику с народом особо возится не за чем, заплатил партии, и точно в думе будешь. А врут и обещают теперь партии. И спросить особо не с кого. Зато пообещали, что теперь, если кого из народа обидят, то уж суд сразу на защиту встанет. И президент это проконтролирует. Вот только, откуда судей берут, никто не знает. И судят они как-то… Николаю не нравится. Если есть деньги, то с судом завсегда договорится можно… Вон какая-то тётка наворовала, так её домой отпустили. Пока до суда дойдёт. Правда, если она вдруг ребёночка зачнёт, то и сидеть будет лет через пятнадцать. Если под амнистию не попадёт. Есть, правда, ещё какая-то, верхняя палата. Но, как туда попадают, Коля не знает тоже. Но там сейчас те, кто первому президенту разваливать страну помогал. А так как эти, никем не выбранные сенаторы, даже главнее выбранной народом думы, то наверно, они для того, чтоб у них обратно ничего не отобрали там сидят.