Химера-читатель - Память героя

— Хуже детей, честное слово! — вошедшая Нарцисса была в гневе. — Моему сыну угрожает опасность, он уже двое суток борется за свою жизнь, а вы вместо того, чтобы думать, как ему помочь, ведете себя, как два малолетних болвана.

— Прости, Цисси, вырвалось, — сразу пошел на попятную Блек. — Освободи нас.

— И не подумаю, — леди Малфой была непреклонна. — Если вы не можете оставаться в присутствии друг друга взрослыми людьми, то и я относиться к вам буду, как к несмышленым детям.

Лорд Малфой взирал на стоящих по углам друга и шурина, даже не пытаясь отменить заклятье жены. Нарцисса опустилась в кресло и произнесла, обращаясь сразу ко всем присутствующим в комнате:

— С Драко все в порядке. Он ещё спит под действием зелья.

— Цисси, пока я буду стоять в углу, я не стану говорить, что узнал, — пустил Сириус в ход самый веский аргумент.

Взмах палочки — и Снейп с Блеком вышли из своих углов.

— Еще раз устроите свару — будете стоять там до утра, — пригрозила леди Малфой. — Итак, Сириус, что тебе удалось узнать?

Блек с облегчением опустился в кресло. Было заметно, что пребывание в углу окончательно лишило его сил. Снейп молча достал из мантии укрепляющее зелье и протянул его измученному мужчине.

— Спасибо, — скупо поблагодарил тот, когда выпил зелье, и начал свой рассказ: — Я смог вызвать основателя рода Блек, Ликориса Блека. И он рассказал мне историю создания этой чаши. Итак, в начале пятнадцатого столетия, еще до разгула инквизиции у магглов, проживала в маленькой деревушке магглорожденная ведьма. Предок описал её как прекрасную девушку с белыми волосами. Она встречалась с сыном мелкого феодала, в роду которого тоже были волшебники. Это был красивый юноша, обладающий довольно сильной магией и прекрасными рыжими волосами. Пара думала сыграть свадьбу, но против этого союза выступал отец парня. Неизвестно, что он сделал или сказал, но вскоре за девушкой приехали воины сюзерена этого края и попытались забрать её в замок. Её пытался защитить юноша, но погиб в стычке с воинами. У девушки случился сильный магический выброс, и она потеряла ребенка, которого, как оказалось, уже носила под сердцем.

Блек прекратил говорить, наколдовал себе стакан воды, выпил, смачивая пересохшее горло, и продолжил свой рассказ.

— Предок сказал, что окровавленную девушку увезли. Она прожила в замке около пяти лет и за это время родила двух сыновей. Никто не знает, почему, но через некоторое время она вернулась в свой старый дом с младшим сыном. И чтобы ее не вернули назад, она создала чашу, в которую поместила свои воспоминания о погибшем возлюбленном и годах, прожитых в замке. Воинов, которые приезжали за ней, она погружала в эту чашу. Все, кто увидел часть пережитого ею, сразу впадали в оцепенение и ступор. Через некоторое время — кто через два дня, кто через неделю — все воины умирали. Самый стойкий продержался месяц. Через некоторое время к ней приехал сам сюзерен и попросил вернуть ему сына. На что она ответила, что у него остался наследник, которого он хотел, сын-волшебник, который сможет понимать мысли людей. А она забрала себе сына, который сможет защищать ее. А если он не оставит её в покое, то она заберет еще и первенца, а его самого погрузит в чашу с воспоминаниями. Он уехал, оставив её воспитывать младшего сына. Она не ошиблась в своих предсказаниях, мальчик вырос и стал основателем рода Блек. Старший брат тоже смог основать свой род, который прославился как сильные менталисты — род Принцев. А над родом фермера, из-за которого погиб сын и будущий внук, возникло проклятье, отвечающее поступку человека, погубившего свою кровь — Проклятие рода. Оно действует и до нашего времени, семья Уизли — это и есть потомки того фермера.

— И как эта легенда может помочь нам в ситуации с Драко? Эта сказка о зарождении наших родов, конечно, очень интересна, — съязвил зельевар. Мысль, что его родословная начинается с человека, от которого отказалась мать, была почему-то неприятна. Еще хуже было осознание того, что из любимчика праматери получился основатель сильного рода, который славился своими семейными традициями. — Но сейчас она абсолютно бесполезна.

— Я хоть что-то сделал, пока вы здесь сидели, как пни. Снейп, не стыдно тебе, что даже магглорожденная пятикурсница знает больше, чем ты? — Блека даже угроза Нарциссы не могла удержать от ответа на колкость профессора.

— Ах ты… — зельевар не успел закончить фразу, как почувствовал у себя во рту какой-то посторонний предмет. Посмотрев на Блека, он с ужасом понял, что Нарцисса наколдовала им по детской пустышке, которую они не могли выбросить.

— Следующая свара — и я еще сделаю колдографии, которые покажу вашим крестникам, — уверенным голосом проинформировала леди ошеломленных мужчин. — Третья, и это заклинание я закреплю навсегда, и каждый раз, когда вы будете говорить друг другу гадости, у вас во рту будет появляться по пустышке.

Люциус с восхищением смотрел на жену, все больше и больше поражаясь ее поступкам. Эта женщина, с которой он прожил много лет и которую считал тихой и спокойной, показала себя настоящей слизеринкой, не уступающей ему ни в силе, ни в коварстве. Использовать безболезненное, но столь оскорбительное заклятье и озвучить самую страшную и унизительную угрозу. Такой Нарциссой можно было только восхищаться и гордиться. Лорд Малфой понимал, что пойдет на любые жертвы, лишь бы эта женщина продолжала оставаться его женой. А то, что леди Малфой сможет выполнить озвученную ею угрозу, он уже ни капли не сомневался.

— Сири, — обратилась хозяйка поместья к кузену, когда мужчины смогли освободиться от позорящих их предметов. — Северус прав — это нам не дает подсказки, как ликвидировать последствия проникновения в чужие воспоминания.

— Знаю, поэтому я и наложил на предка заклятье правды и пригрозил заключить его дух в камень или еще какой-то предмет, если он не расскажет мне о контрзаклинании или зелье, облегчающем участь несчастного.

— И он тебя не уничтожил? — за два дня зельевар узнал слишком много новой информации, которая опровергала знания о магическом мире, в которых он раньше не сомневался.

— Нет, он рассмеялся и сказал, что его мать гордилась бы таким потомком. Больше всего она ценила людей, которые могли защитить близких любой ценой, даже несмотря на угрозу для собственной жизни. Потом он рассказал, что однажды в чашу с воспоминаниями посмотрела его дочь. Пока его мать помогала ей просматривать кусочки своего прошлого и принимать их, он разработал ритуал, который мог вытащить воспоминания из головы ребенка и поместить их в специальные сосуды. Эти воспоминания ребенок тоже должен был досмотреть, но на это отводился целый год. Предок рассказал мне об этом ритуале, и мы можем провести его прямо сегодня.