Охота на Странника (СИ) - Ульяна Муратова

холодным северным летом. Выбранная девка поняла, куда дует ветер, и взбрыкнула.

Больной мир. Чтобы деревенская шаболда смела отказывать аристократу? Немыслимо! В родном мире он такую бы выпорол и подвесил за одну ногу в назидание другим, а здесь просто проклял. Не дала ему? Не даст теперь никому!

К счастью, больше не приходилось сдерживать нрав, и слуги постепенно усваивали, что хозяин скор на расправу. Физические наказания он пока не применял — остерегался, но в выражениях больше не стеснялся и смотрел на окружающих так, как они этого заслуживали — как на шваль.

Исключение делал лишь для утылого жреца. Тому Кристас вынужден был улыбаться и изредка проигрывать в Чарту. К концу путешествия жирдяй задолжал ему больше двух тысяч арчантов, и сколько бы ни старался отыграться, каждый раз терпел полнейший крах.

Кристас всей душой презирал нового знакомого, хотя скрывал это достаточно тщательно, чтобы тот ни о чём не догадывался. Сегодня жрец проигрался вдрызг, и заплывшие жиром глазки смотрели с тоской.

— Тэв, дружище, да тебе сегодня не везёт, — положил карты на стол Кристас.

— Даже не знаю, как теперь рассчитываться…

— Да брось, я же не буду требовать долг сразу. И потом, намедни ты отыгрался в плюс, кто знает, быть может, завтра уже я буду ходить у тебя должниках, — с фальшивым вздохом проговорил древний маг, глядя, как приободряется служитель Гесты. — Кстати, я хотел попросить тебя об одолжении.

— Каком?

— Скоро я женюсь и хотел бы, чтобы ты провёл обряд. Как раз в счёт долга.

— Да ты что! Разве я стану брать деньги за такое? — растроганный жрец шмыгал носом, испещрённым чёрными точками расширенных пор и похожим на рыхлую булку с маком. — А долг я верну.

Кристас изо всех сил старался не показатель презрения и отвращения. Улыбнулся в мутные глаза неопределённого цвета и заговорил любезным тоном:

— Брось, Тэв, тебе ничего не нужно будет мне возвращать. Я попрошу лишь о небольших услугах. Для начала сочетать меня браком с будущей женой. Скоро отец привезёт её в поместье, и я бы хотел, чтобы ритуал провёл мой друг и соратник. Ты же мой друг и соратник, не так ли?

— Разумеется! — горячо закивал жрец.

— Тогда о долгах не может быть и речи, — нарочито беззаботно махнул рукой Кристас.

— Так беда в том, что долгов я набрал баснословное количество... Слаб я духом, Реннард. Слаб.

— Знаешь, Тэв, мне кажется, что в тебе есть решимость другого толка, — вкрадчиво заговорил Кристас. — Смелость первооткрывателя и экспериментатора.

Священнослужитель приосанился и согласно колыхнул подбородками:

— Это да.

— Думаю, ты отличаешься от остальных жрецов как раз желанием познать всю палитру жизни, вкусить её великолепие и мерзость. Твой дух стремится испытать весь спектр ощущений, и нельзя его в этом винить.

— Нельзя, тут ты прав, Реннард, — охотно согласился собеседник.

— А ведь великий дух не должен быть скован телом.

— Тело — якорь духа, это так! Бренное и слабое, алкающее удовольствий: то гастрономических изысков, то азартных игр, то плотских утех, — со вздохом посетовал жрец.

— Будь у тебя второй шанс и молодое, крепкое тело, ты бы прожил жизнь иначе? — осторожно спросил Кристас, подливая ему сладкого вина.

— А то! Совсем другую бы жизнь прожил... — вздохнул жрец. — Да только не будет на то воли Гесты.

Кристас наклонился к собеседнику и посмотрел тому прямо в глаза:

— А ведь ты мог бы обрести и богатство, и молодое тело. Например, моё.

Жрец замер на месте, словно разом окостенел от шока.

— Что вы такое говорите, лардон Реннард? — сипло спросил он.

Кристас посмотрел на застывшего от удивления собеседника и с нарочитым сомнением в голосе протянул:

— Даже не знаю, готов ли ты услышать моё предложение. И готов ли принести клятву о неразглашении?

Тэв посмотрел на горящего огнём мрачного азарта Кристаса и на несколько секунд задумался, а затем с неожиданной решительностью сказал:

— Вижу, что задумал ты нечто из ряда вон выходящее. Клянусь жизнью, что никому не открою того, что ты мне поведаешь сейчас.

Кристас удовлетворённо наблюдал за тем, как гаснет в воздухе магия клятвы.

— Я говорю об эксперименте. Некоем обмене. Ты поможешь мне обрести другое тело, а взамен получишь это, вместе со всеми причитающимися ему удовольствиями и свободами. Я выделю тебе столько денег, сколько пожелаешь. Ты же знаешь, что Йонасы богаты. Ты никогда не будешь нуждаться, достаточно будет лишь провести несколько ритуалов. Таких, какие понадобятся мне.

— Но таких ритуалов не существует, — тихо ответил жрец, вжимая голову в плечи, однако глаза его загорелись болезненным интересом.

— Отчего же не существует? Я думаю, что изобрёл один. Однако нам необходимо выполнить проверку. Если ты согласишься, то мы станем самыми близкими союзниками, которых только можно представить.

— И что же, ты даже покроешь все мои долги? — с придыханием спросил жрец, глубоко заглотивший наживку.

— Всенепременно. У меня масштабные и далеко идущие планы, в которых ты сможешь сыграть ключевую роль, Тэв. Стать моей правой рукой, союзником и ближайшим доверенным лицом. Ты же не думаешь, будто я сошёл с ума?

— Нет, что ты, Реннард! Мы столько дней провели бок о бок, и я уверен, что ты не сошёл с ума... Однако ты предлагаешь невозможное, и, уж прости мой невольный скепсис, трудно в это вот так сразу поверить без единого доказательства.

— Доказательства я предоставлю! — с торжествующей улыбкой заверил Кристас. — Жди.

Древний маг пружинисто поднялся на ноги и вышел из комнаты. Пока его не было, Тэв нетвёрдой рукой схватился за кубок со сладким вином и осушил его до дна. Пухлые пальцы подрагивали от волнения, но в душе жреца разгорался огонь счастья.

Много лет он плыл по течению и погружался всё глубже в пучину азарта и зависимости от вина, и вот настал переломный момент. Момент, который может перевернуть всю его жалкую жизнь.

Когда Кристас вернулся и показал жрецу выкладки и чертежи, тот ухватился за бутылку с вином и хлебнул прямо из горла.

— Теоретически ритуал обмена духами выглядит безупречно, — не своим голосом проговорил Тэв. — Но на практике всё может выйти совсем иначе.

— Верно. Именно поэтому я и веду речь о серии экспериментов.

— И с кем… и как?.. и чьё тело ты хотел бы занять?..

— Для начала — отца, — деловито ответил Кристас.

В скудно обставленной гостиной повисла пауза.

— Отца? Ты хотел бы занять тело отца? Но как же тогда брак?..

— Брак ничему не помешает. Ещё неизвестно, когда получится воплотить мой план в жизнь. Для начала хорошо бы потренироваться на ком-то другом… Не хочу рисковать.