Королевства Доблести - Скотт Чинчин

кружку. Кофе был не так широко распространен в северных землях, но за время их путешествия по южным землям Эрилин успела пристраститься к этому ароматному напитку. Изготовленный Хашесом кофе был густым, черным и сладким, совершенно походившим на тот, который она пробовала на многих Амнийских рынках. Она сделала глубокий вдох и ее чуткое эльфийское осязание уловило нехарактерный запах, примешивавшийся к ароматному пару. Поймав взглядом Данилы, она едва заметно качнула головой, предупреждая об опасности. Маг вскинул брови и на его лице застыло выражение вроде “А я что тебе говорил?”

– Ты не обидишься, если я не стану пить это первой? – поинтересовалась она у Хашеса.

– Ну что ты! Только самые осмотрительные и осторожные доживают до старости, – снисходительно ответил подросток и протянул руку к ее кружке. – Давай, я сделаю первый глоток.

Полуэльфийка была готова к такому ответу, и едва заметная искорка, промелькнувшая во взгляде Хашеса, лишь подтвердила ее подозрения. Без сомнения, он обладал иммунитетом в той отраве, которую он подмешал в кофе. Это был один из многих трюков, которыми должен был обладать любой умелый наемный убийца.

– Я не смею оскорблять твои чувства подобной просьбой, – с непроницаемым лицом произнесла Эрилин. – Честно говоря, я подумала о том, чтобы напоить этим кофе твоего скакуна.

Самодовольное выражение на лице Хашеса медленно сменилось разочарованием от поражения, и он со всей силы опустил кулаки на землю.

– Ну почему? – выкрикнул он. – Зачем боги послали тебя мне? Чем я заслужил такую пытку?

Полуэльфийка терпеливо выждала, пока мальчишка выплеснет гнев наружу и успокоится.

– Почему твои учителя хотят твоей смерти, Хашес?

– Если конечно не брать во внимание самую очевидную причину, – добавил Данила.

Хашес бросил яростный взгляд на своих спутников.

– Вы что, совсем оглохли? Мои учителя решили, что умереть должна ты, женщина-эльф, не я. Тогда я смогу получить кушак и перейти на новый уровень мастерства!

– Давай-ка на мгновение вернемся к реальности, ладно? – вмешался Данила. – Наш дом расположен в нескольких днях пути на север. Тебе не приходило в голову, что убийца, репутация которого добралась так далеко, может оказаться не по зубам такому несмышленышу как ты? К тому же посмотри – наша леди не носит кушака. – Глаза мага скользнули по неброскому дорожному костюму Эрилин: штанам, рубашке и длинному, темному плащу. – Да и любого другого украшения, если уж на то пошло, – с сожалением добавил он.

Прежде чем мальчишка успел ответить, в разговор вмешалась Эрилин.

– По твоему, сколько мне лет?

Хашес заморгал, явно озадаченный этим вопросом. Он неторопливо обвел взглядом ее изящные черты, черные вьющиеся локоны волос и изящную, точеную фигуру.

– Двадцать три, – предположил он.

Эрилин лишь покачала головой.

– Нет, сорок три.

– Это невозможно, – в удивлении вскинул брови Хашес. – Ты слишком молода и прекрасна, чтобы это могло быть правдой.

Она откинула назад густые локоны, демонстрируя свои заостренные ушки, отливавшие на кончиках голубоватым оттенком.

– Ты не забыл, что я полуэльф? Возможно, я проживу дольше, чем твои внуки. Я не сомневаюсь, что в то время, когда я начала обучаться искусству обращения с мечом, твоя мать еще была босоногим ребенком. Сколько ей было лет, когда она попала в гарем к твоему отцу?

– Четырнадцать, – рассеяно ответил он.

– Все те годы, что ты прожил на свете, я была наемницей. Я сражалась на стороне Альянса в войне против варваров Туйгана, завоевала почетное место в рядах Арфистов. Неужели, зная сейчас все это, ты до сих пор считаешь, что твои наставники выбрали тебе соперника по силам?

По лицу Эрилин скользнула легкая улыбка.

– Хотя через несколько лет все может измениться. Ты очень талантлив, Хашес, и возможно когда-нибудь мы встретимся с тобой на равных. Но этот день еще не пришел. – Она замолчала, и на ее лице промелькнуло озабоченное выражение. – Никто не смеет пользоваться мной или моим мечом против моей воли. Я не собираюсь становиться причиной твоей смерти по желанию твоих наставников.

– Ты лжешь, – произнес Хашес, хотя на его лицо явно читалось, что он не столь уверен в своих словах.

– Кто-то желает твоей смерти, – медленно повторила Эрилин. – Доказать это очень просто. Поскольку я не стала убивать тебя, они найдут на замену мне кого-нибудь еще.

Хашес некоторое время молча изучал ее лицо.

– Я подумаю над твоими словами.

Внимание троицы переместилось на изумительно пахнущий ужин, приготовленный Данилой. На предложенную ему ложку Хашес лишь презрительно поморщился, предпочтя вместо этого пользоваться ломтями плоского и твердого хлеба, чтобы брать кусочки рыбы и грибов. Парень ел с жадностью, словно был голоден, но делал все это с потрясающим достоинством и манерностью, которые показались Даниле странно знакомыми. Он решил поделиться своими наблюдениями с Эрилин, как только им удастся переговорить с глазу на глаз.

После ужина, по настоянию Данилы, Эрилин обвязала Хашеса за лодыжку и приторочила второй конец веревки к своему седлу. Парень невозмутимо воспринял подобное унижение. Заговорить с Эрилин он решился лишь после того, как они покинули лес.

– Мне доводилось слышать об Арфистах, – словно невзначай обронил Хашес, хотя по его тону можно было понять, что ничего хорошего о них он не слышал. Развернув лошадь, он отъехал от своих спутников ровно настолько, насколько ему это позволяла сделать туго натянутая веревка.

Данила направил своего скакуна так, чтобы оказаться бок о бок с Эрилин.

– Еще немного и Его Высочество лишится своего длинного языка.

Эрилин ухмыльнулась.

– Расслабься, Дан. Он ведь всего лишь мальчишка.

– Неужели? – язвительно спросил Данила. – Он совсем не тянет на обычного убийцу-школяра.

– Да? И почему же?

– Знать в Тетире редко пользуется вилками или ложками. Они считают, что это занятие для простолюдинов. Полагаю, это одно из многих замечаний паши о северном варварстве. К тому же – приглядись повнимательнее к его лошади, – кивнул Данила. – Я знаю в этом толк и могу тебя заверить, что подобного скакуна может позволить себе лишь весьма состоятельный человек. А заметила ли ты кольцо на его пальце?

– Я уже стала думать, скажешь ли ты мне про него, – пробормотала себе под нос Эрилин. – Значит у Хашеса есть деньги.

– И еще кое-что. Более чем