Наталия Московских - Сердце Тайрьяры

В дальнем углу прихожей началось суетливое движение. Я быстро поднялся на ноги, и помог Филисити встать, вытащив эсток. Похоже, в этом городе его лучше и вовсе не убирать.

- Кажется, здесь слова "мы пришли с миром" не в ходу, Ольциг, - с нервным смешком сказал я. Удивительно, но, кажется, в этой поездке у меня поднакопилось знаний (или воспоминаний) о древнем языке. Всплыли в памяти и термины, которые я когда-то слышал в Ордене. Например, обращение Ольцига к экзорцисту. Во время обучения я не раз слышал его. Laserassa - от слова "lasera" - "изгонять".

- Esterassa? - удивленно спросила фигура, возникшая словно бы из подпола в дальнем углу темной прихожей.

Мои глаза быстро привыкли к темноте, и я разглядел перед собой почти лысого старика, едва ли не старше Дайминио. Он сильно горбил спину, и руки его от старости подрагивали. Это был щуплый хрупкий старец, облаченный в старую монашескую рясу. В левой трясущейся руке он держал скуфью с вышитым на ней простым золотым крестом - символом Единой Веры.

Голос, которым dassa Шаддэк произнес обращение к боевому монаху, прозвучал надтреснуто и сухо, как шелест бумаги.

- Не совсем, - развел руками Ольциг, протягивая старику руку для рукопожатия, - термин "alirassa", кажется, уже вышел из обихода служителей Господа, но я намереваюсь вернуть его.

Несколько секунд старик с замершей рукой, наполовину протянутой для рукопожатия, изумленно смотрел на Ольцига своими тусклыми темными глазами.

- Ты только что назвал себя проводником, милый мальчик? - прошелестел он, и я не знаю, чего в его голосе было больше: недоверия или восхищения.

- Пока только учусь этому. Но да. Рад встрече с вами, - учтиво кивнул он, вновь склоняя голову и все же обхватывая старика за предплечье. Казалось, от этого тонкая рука таирского экзорциста могла попросту рассыпаться в пыль, таким он выглядел хрупким.

Трудно было поверить, что этот человек может помочь мне. Да даже в то, что он способен создавать заклинания, верилось с не меньшим трудом, хотя старик только что продемонстрировал это умение. Жизнь не раз убеждала меня, что внешность обманчива, поэтому я не спешил с выводами: возможно, таирский экзорцист намного сильнее, чем кажется на первый взгляд.

- Если ты проводник, юноша, то эта встреча - честь для меня, - отозвался Шаддэк.

Мы с Филисити застыли, словно тени, ожидая, как события будут развиваться дальше. Здесь я был готов всецело доверить Ольцигу вести переговоры. Не думаю, что у меня с обнаженным клинком больше шансов завоевать доверие старика, чем у молодого dassa.

- Мое имя Ольциг, - представился наш юный пятый мэтр, - о вас мне рассказала леди да-Кар.

Юноша указал на Филисити, и колдунья сделала небольшой шаг вперед, чтобы прищурившийся морщинистый старик сумел ее разглядеть.

- Доброго вечера, Шаддэк, - тихо поздоровалась она.

- Филисити, - протянул он, его рот, в котором зубы стояли через один (если не через два), растянулся в добродушной улыбке, тут же потускневшей, - я же чуть не навредил вам!..

- Все обошлось, - миролюбиво кивнула девушка.

Наконец, взгляд тусклых темных глаз экзорциста остановился на мне.

- Господин с мечом тоже пришел ко мне с миром? - вопросительно изогнув поседевшие, но удивительно густые брови, произнес он. Я хмыкнул и убрал эсток обратно в кольцо на поясе.

- Меры предосторожности, laserassa. Не держите зла.

Филисити огляделась вокруг и заметила на полке в дальнем конце прихожей ряд толстых церковных свечей. Девушка вздохнула, чуть шевельнула пальцами, пробуждая спящую магию стихий и улыбнулась:

- Кажется, здесь не хватает света.

Фитили свечей послушно вспыхнули, и прихожая озарилась приятным желтоватым сиянием. Кажется, Шаддэк прекрасно знал об умениях моей дорогой колдуньи, поскольку лицо его сохранило невозмутимость. Он одобрительно посмотрел на зажженные свечи.

- Спасибо, Филисити, так, конечно лу... - старый монах замер на полуслове, уставившись на меня. Темные глаза, отражающие пляшущие искорки света, расширились, губы задрожали.

Не успел экзорцист вымолвить больше ни слова, как ноги его подкосились, глаза прикрылись, и он рухнул на пол. Ольциг едва успел подхватить старика.

- Ie Ja! - воскликнул он.

- Что с ним? - Филисити быстро оказалась рядом со стариком, я замер на месте в неуверенности: вдруг мое приближение сделает только хуже?

- Я ничего не делал, клянусь. Он просто посмотрел на меня и... - тут же начал оправдываться я, памятуя о том, как мне везет в последнее время на бессмысленные подозрения во враждебности.

- У него обморок, - нахмурился Ольциг, проводя рукой над головой старого dassa. Из рук экзорциста выпала скуфья, и юноша поспешил поднять ее и отряхнуть от пыли.

- Почему? - обеспокоенно спросила Филисити.

- Откуда мне знать? - немного резко бросил Ольциг, тут же смягчаясь, - он стар, возможно, так сказывается возраст.

- Дайминио обычно при виде меня в обмороки не падает, - заметил я, за что получил от dassa недовольный взгляд.

- Бросай пагубную привычку винить во всем себя, - буркнул он, - от нас, что ли, понабрался?

Я невесело усмехнулся. Не понаберешься тут, как же!

Ольциг тем временем легко взвалил старика себе на плечи и указал Филисити кивком на дверь в жилую комнату.

- Нужно положить его на кровать. Откроешь?

Девушка поспешила помочь монаху. Мне же оставалось лишь молча последовать за друзьями и не мешаться им. Ольциг занес Шаддэка в комнату и бережно положил его на кровать, каким-то образом умудрившись не запнуться о два неудобно стоящих сундука у ее изножья. Мебели в комнате было действительно много: два полупустых шкафа с книгами, полка с различными пузырьками (как та, что я видел в доме лекаря Нарьо Эмса), прикроватная тумба, кровать, два сундука, стол с задвинутым под него массивным стулом, большая глиняная печь.

Несмотря на то, что комната была довольно большой, такое количество мебели визуально существенно уменьшало ее в размерах. Я невольно вспомнил о том, что загромождение пространства в стремлении занять каждый метр - типичная черта чегрессов.

- Ты вылечишь его? - спросила Филисити, зеленой искоркой зажигая масляный фонарь на столе у окна.

- Попытаюсь, - пожал плечами монах, - мне не доводилось выводить людей из обморока.

- Но доводилось в него вводить, - хмыкнула девушка, вспоминая, как Ольциг с помощью целительской магии погрузил ее в подобное состояние перед нашей с Роанаром дуэлью в Альгране.

- Ты вытащил меня с того света, - подбодрил я dassa, - и вылечил Мали от красной лихорадки. Думаю, это, - я кивнул на лежащего без движения старика, - для тебя должно быть сущим пустяком.