Алла Щедрина - Наследие обстоятельств

Данил замер. Потом покачал головой:

— Вещи нет. Только фотография.

— Давайте попробую.

Мужчина порылся в кармане, достал бумажник и вытащил яркую стереофотографию. Арика подошла, спросила:

— Можно?

Данил молча кивнул. Женщина взглянула на снимок. На нем был Данил, темноволосая улыбающаяся женщина рядом, и трое молодых людей — две девушки и парень.

— Жена, — коротко сказал проводник.

Жорот положил снимок на бревно, которое они использовали вместо сиденья, провел над ним рукой.

— Мертв только мальчик.

— Можно, я? — Арика вопросительно глянула на Данила. Тот пожал плечами.

Женщина провела рукой над снимком, сосредоточившись. Потом еще раз. Кивнула и отдала снимок обратно. Вернулась к костру, сообщила:

— Эти псевдошашлыки готовы.

— Вы присоединитесь к нам? — спросил Жорот.

— Нет, спасибо. Я ваш должник, — повторил он и, кивнув, ушел.

Поужинав, они устроились возле костра — Жорот лег на бок лицом к огню, Арика уселась спиной к нему, как в кресле, щурясь на языки пламени. Они молчали, Жорот временами подкармливал костер поленьями.

— Ты сможешь сюда вернуться при необходимости? — спросил колдун у Арики. Она огляделась, покачала головой:

— Только в дом. Для меня эти деревья… на одно лицо. С тем же успехом я выйду в другом концу леса.

— В доме тоже нормально. Или во дворе.

— Ну да. А что?

— Иначе я бы снял ориентиры портала. Ну а раз можешь вернуться, необходимости нет.

— Это как?

— Определяются шестьдесят четыре параметра — это часа два работы — записываются, свиток зачаровывается и сюда можно вернуться… дней пять.

— Почему только пять дней?

— Можно позже, но существует риск попасть не туда — планеты-то движутся, координаты меняются. Нет, можно поработать денек-другой, снять расширенные координаты и сколько угодно телепортируйся. Но, сама понимаешь, нерационально.

— То есть, дома ты расширенные координаты снял?

— Дома я поставил «маяк» — это когда предмет, желательно большой, зачаровывают особенным образом.

— Сложно зачаровывать?

— Не столько сложно, сколько нудно и долго. Заклинание довольно простое, но повторяется ежедневно в течение года, а лучше — двух. Позже периодически обновляется. Зато телепортируешься к маяку с какого угодно расстояния, (на временный свиток ограничение до светового года), настройку на маяк можно дать другим телепортистам, а при необходимости ставить запрет на телепортацию рядом с ним. Кстати, в этот раз я всего пару амулетов взял — больше у меня просто не было, а приготовить не успел. Их лучше не трогать — мало ли, придется тебя поэксплуатировать…

— А в Клане? Там правила другие?

— В какой-то мере. Клановцы свитками и амулетами вообще не пользуются. Просто мысленно называют место. Но если ты не живешь в Клане, а гостишь, как мы, телепортом внутри ты еще пользоваться можешь — и то, как тебе допуск дадут — а на планету и с нее перемещение блокировано. Только с помощью амулетов, свитков, либо местного телепортиста. Который без разрешения никуда тебя не отправит. Правила безопасности.

Женщина хмыкнула, мысленно добавив к списку «правил безопасности» клановцев поддерживание нормальных отношений с Роллейной. А еще лучше — вообще никаких. Но последнее ей уже не светит…

— Тебе спать пора, — наконец спохватилась Арика. — Это ж я выспалась, а ты уже сутки глаз не смыкал!

— Скоро пойду.

Арика вспомнила Юту, скривилась. Вот уж…

— И часто такое бывает? — не выдержала она. — Что вместо благодарности прикончить пытаются?

— Бывает. Как тебе нежить? Ты ведь впервые с ней столкнулась?

Арика пожала плечами:

— Да никак. Объект и объект.

Колдун хмыкнул.

— Я что-то смешное сказала? — лениво поинтересовалась женщина.

— Думаю насколько люди разные… И насколько разные у нас фобии. Если не секрет, кого ты боишься? В принципе?

Женщина честно задумалась. И удивленно отозвалась:

— Не знаю. Нет, можешь считать, что я хвастаюсь, но…

— Ну почему…

— А ты? — вернула вопрос Арика.

— Змей, — отозвался колдун. — Я от них не бегаю, конечно, но при встрече испытываю определенный дискомфорт.

— А если они в приготовленном виде? — тут же поинтересовалась Арика.

— Мясо, оно мясо и есть.

— Практичность у тебя на высоте… — она помолчала и добавила. — Единственное, что я сильно не люблю, это не «кто», а «что»… Вода. Когда ее много и она глубокая…

— А плаваешь?

— Да.

— Какие у тебя стихии? — уточнил Жорот.

— Огонь и воздух. У тебя, если я правильно помню — вода и воздух?

Жорот кивнул.

— Ну, у меня стихии — это только для боевых, — заметила Арика, — Ты же еще и подпитываться от них можешь, верно?

— Почти.

— Что значит «почти»?

— В городах стихии настолько… мертвые, что выжать из них что-либо нереально.

— А здесь?

— Здесь — запросто. Что и делаю. Если б еще дождь пошел, — мечтательно заметил он.

Арика улыбнулась, протянула ладони над костром.

— Да… Огонь здесь тоже другой. Живой, сочный…

— Ну так… возьми и потяни.

— Нельзя, — она с сожалением покачала головой. — То есть можно, но после этого я потеряю способности к Умению. И придется все начинать сначала.

— В смысле? — Жорот даже приподнялся на локте.

— В прямом. Если используешь заимствованную энергию, то больше свою использовать не можешь. Никогда. Ну, у меня-то есть способности к классической магии, так что мне просто придется переучиваться…

Колдун заметил:

— Я не знал что такое возможно.

Арика пожала плечами:

— Иногда переходят. Я не хочу.

В ответ на невысказанный вопрос Жорота, она объяснила:

— Тоже же над животинками бедными издеваться придется. Либо так, либо в Сообщество, либо как Вел, либо… отшельницей в тайгу, — она хмыкнула. — Или еще куда, где стихии «живые». Знаешь, я лучше уж Умение использовать буду… Ты придумал, как сделать, чтобы ушла проблема с деревьями?

— Похоже, это просто вопрос привычки. Я уже начинаю выделять из общего фона те, что массивнее… Надеюсь, до прибытия на место адаптируюсь полностью.

Арика, наученная горьким опытом, запустила заклинание проверки на ложь и переспросила:

— И какие ты уже видишь?

Жорот показал на два толстенные ствола, росшие в трех-четырех шагах, Арика с трудом их могла обхватить руками.

— Эти — уже легко. Вон то — не точно могу определить расстояние, — он махнул рукой в сторону дерева, чуть тоньше его самого.

— Прогресс, — проворчала женщина. — Теперь если врежешься, то всего лишь снесешь дерево, а не покалечишься.