Ксения Близнюк - На пороге Тьмы

— Пусти! — я рванулась и все-таки смогла высвободиться от мертвой хватки Фреда. — Все действительно в порядке? — я стала быстро вытирать слезы с лица, которые так и не прекращали бежать ручьем.

— Ты мне веришь?

Настало минутное молчание. Я не знала, что сказать. Но не знаю, что произошло в этот момент… Возможно, я до самой смерти буду себя корить за это… Сейчас мной движила совсем другая сила, но мне хотелось сделать именно так. Я была полностью уверена, в том, что это правильно… С моих губ слетело медленно и отчетливо:

— Нет.

На лице Фреда появилось замешательство. Через секунду даже в темноте я смогла различить, как его глаза начинали наливаться чернью:

— Что ж, иди!

Я осторожно отступила от него, одновременно наблюдая за тем, как на лице Фреда вместе с неизвестно откуда взявшимся сожалением проступала злость.

Я подошла к двери вытащила из-под коврика запасной ключ и дрожащей рукой вставила его в замочную скважину, раздался щелчок, дверь слегка приоткрылась. Невольно, я покосилась на Фреда, который прислонился спиной к стене и стал ждать моих дальнейших действий. Я прошла внутрь. В дальнем конце коридора сквозь щели между дверьми, ведущими в гостиную, пробивался слабый свет. Где-то на полпути я услышала смех Саши, именно он заставил меня ускорить шаг.

В сердце запекло. Трудно объяснить, что это было конкретно…радость за то, что все в порядке и ничего не случилось, как и говорил Фред или же горечь за то, что я не могу даже подойти к родным…

Рука потянулась дверной ручке…

— Не делай этого… — тихо прозвучало над моим ухом.

Глава 8. Обратная сторона медали

В замок я вернулась одна. Сложно сказать, почему так получилось…

Я ни за что не поверю, что у Фреда была на меня обида. Нет, он совершенно не такой… Хотя, в данной ситуации это скорее походило на предательство с моей стороны. Недоверие, самое худшее, что может случиться с лучшими друзьями, но я сделала в это ему отместку. И, теперь, даже если я сама буду знать, что это самая настоящая ложь, для него она будет вечной правдой…

— Как мне быть? — спросила я у Джемса, сидевшего рядом с моей кроватью.

Комната наполнилась светом сразу двух светил. Наступало утро и солнце своими, пока еще слабыми лучами, начинало отгонять ночную мглу за скалы.

— Я запуталась. Никогда бы не подумала, что окажусь в такой ситуации…

Джемс заскулил.

— Прости, я тебя утомила…

Я положила себе под голову подушку и закрыла глаза в надежде заснуть, но это мне никак не удавалось.

Все было просто ужасным. Я была совершенно одна в этом потерянном, забытом богом месте, где то и дело на меня нападают и хотят убить.

Я перевернулась на спину и уставилась в потолок. Мой разум без конца твердил, что я самая настоящая дура, раз позволила себе еще больше отстраниться Фреда.

Создавалось ощущение, что у меня в руках бомба замедленного действия…

Это же надо было мне, простой девчонке из обычного провинциального городка вляпаться в такую историю! Ну, ладно, с этим я уже свыклась, но влюбиться в хранителя! Это уже слишком. Причем, с каждым днем я все больше теряла голову и все крепче к нему привязывалась. Про себя я только могла сказать, что я настоящая самоубийца, раз лезу на рожон. Умереть от любви… возможно это преувеличение, но головоломка, которая происходила уже около месяца просто сводила с ума…

И Рафаил и Дракус говорили, что я не безразлична Фреду… Даже в таком тупом и глупом положении, в котором мы оба находились, мне хотелось верить в это. И я верила, если это можно назвать именно так. Скорее эта была надежда… потому что я даже себе не верю, а в данном случае и подавно.

Заснула я уже утром и только вечером вышла из своей комнаты довольно помятой и замученной. Я накинула поверх платья легкую темную мантию и направилась вдоль по коридору. Мимоходом я заглянула в комнату к Гебе, которой там не оказалось.

Решив, что все внизу, в большом зале, я завернула в сторону арки и спустилась на первый этаж. Кругом царила тишина.

Все еще немного не веря своим глазам, я устроила обход по замку. Открывая дверь за дверью, я все больше убеждалась в том, что ни единой души, кроме меня, здесь не было.

В этот момент мне стало до ужаса отвратительно, противно и в то же время обидно, что меня до сих пор считают ребенком. Все носились со мной, как с писаной торбой. Оберегали, считали слабой и беззащитной, кроме того они же говорили, что я сильная и способна вести за собой людей, воинов против Белиала.

Нонсенс…

Однако все было именно так.

— Что ж, ладно! — крикнула я, прекрасно понимая, что до адресата мои слова явно не дойдут.

Почему-то сейчас, мне захотелось сделать что-нибудь эдакое, только вот что, я сама никак не могла понять. Чувство смеси злости, легкого ликования и сильного желания насолить тем, кто оставил меня, как маленького ребенка, имело горький привкус.

Я прислонилась к библиотечной двери и медленно опустилась на пол. Обида и ненависть улетучились с такой же легкостью, как и возникли.

«Одиночка по жизни» — напомнило мне мое внутреннее я.

— Как же… забудешь тут об этом… — проговорила я с горькой ухмылкой на лице.

Да одиночка… Даже друзьям я не могла полностью раскрыть душу. Я могла подпустить к себе до такой степени, что человек мог быть полностью уверен, что знает обо мне буквально все в мельчайших подробностях. Но это было далеко не так.

Я строила барьер внутри себя, барьер сродни Великой китайской стене, если не больше.

Пересечь его я не позволяла никому, ни родным и близким.

«Все это причины пубертатного периода…» — как говорила, наша биолог Марина Дмитриевна.

Но тут как, ни странно, она ошибалась…

Я с самого раннего детства боялась, что кто-нибудь разрушит мой мир, принесет мне настоящую боль и поэтому, даже теперь, по истечению многих лет, я хранила все свои переживания где-то в глубине души, на самом дне, до которого не докопаться.

Но все грозилось вот-вот выйти наружу… словно, кипучая лавина…

Я прекрасно знала, в чем причина. Только вот избавиться от нее не получалось никак…

По воздуху пронесся разряд, который перешел на меня. Я вздрогнула от неожиданности.

— Анаэль, — вслух произнесла я. — Похоже, я все-таки не одна…

Я стала прислушиваться, вернее прислушивалось мое тело к тому, откуда шла волна.

Словно ищейка, я следовала по «тропинке», ведомой моей новой способности чувствовать демона.

Спустившись вниз по лестнице, я направилась в темницы.

В первый раз я попала в этот полуподвал. Все стены и потолок, даже решетки были полностью покрыты надписями, кругами, треугольниками и всевозможными знаками.