Добрый Лич - Власть триединства

Воткнув в землю перед собой меч и оперев на него щит, Ромиро присел, укрывшись за созданным «укреплением». Достав из колчана стрелу, он натянул тетиву, прицеливаясь в бегущего на встречу его людям воина, и выпустил стрелу. Просвистев, стрела устремилась вдаль, но прошла мимо мишени. Гвардия — это элита всех войск, поэтому сержант с умопомрачительной скоростью выпустил следующую стрелу. Вторая попытка была удачной, и смертоносный снаряд вонзился в незащищенную латами область на боку противника, но тот, кажется, этого даже не заметил. Пораженный такой выдержкой, Ромиро, на секунду замешкался, и его глаза расширились еще сильнее. Один из противников метнул в приближающегося всадника меч, да не простой, а огромный, двуручный меч. Длинная тень с немыслимой скоростью преодолела и так небольшое расстояние до всадника и просто снесла его с лошади, словно соломенный манекен.

— Что за демонщина… — прошептал сержант, выпуская еще одну стрелу, как раз перед тем, как гвардейцы сошлись с противником. Тетива глухо щелкнула и стрела, разрезав воздух, отскочила, отбитая клинком высокого воина, коему предназначалась. Воин, бросивший двуручник, что-то прокричал и со всего маху заехал в голову несущейся прямо на него лошади кулаком в кольчужной перчатке. Бедное животное выдало что-то похожее на истошное ржание, смешанное с бульканьем и просто таки отлетело в сторону, придушив всем своим весом всадника. Несмотря на численное превосходство, гвардейцы гибли словно мухи. Казалось, противники были отлиты из стали — они не обращали внимания на ранения, дрались с неимоверным остервенением и обладали сверхъестественной силой.

Через несколько минут все было кончено. Неизвестные прикончили всех гвардейцев вместе с лошадьми и неслись на единственного выжившего, сержанта Ромиро, остервенело стреляющего в них из лука.

— Сдохни, тварь! — бешено закричал сержант. Бросив лук и быстро вытащив из земли клинок, он замахнулся, намереваясь разрубить ближайшего противника надвое, как вдруг…

— А раньше ты обращался ко мне «сэр», сержант. — холодно произнес командор Десальво, с огромной скоростью подлетая к оторопелому гвардейцу и ударяя его ладонью в лицо…

Из-за холма быстро выползало исполинское чудовище, которое у знающих людей принято называть войском. Правда, такого войска еще не видели в этом мире. Шагающие строем мертвецы в полной тишине двигались на восток, а где-то позади, тянулись паланкины, кареты, чудовища и ожившие животные колдунов. Первым не нужен был отдых, и они спешили как можно быстрее выполнить приказ, а вторые… Вторые предпочитали возобновить запасы энергии, не сильно приближаясь к передовым силам своей армии.

— Они расположились на ночлег среди холмов? — в который раз переспросил шагающий рядом с Десальво Райн.

— Он так сказал. — ответил командор.

— К рассвету должны успеть. — отозвался Лион, на ходу вытирая свой двуручник от крови. — Может тогда удастся застать их врасплох.

— И мы успеем. — подтвердил Десальво.

Вокруг храма святого Фалия Чудотворца бушевало пламя. К светлеющему небу поднимались клубы темного дыма, главный колокол храма гремел на весь город и даже многочисленные крики и вой заклинаний не могли его заглушить. На закатной окраине Ласкгава, где по традиции было больше всего храмов Всевышнего, будто появилась червоточина в саму Бездну — камень мостовых плавился от заклинаний колдунов, воздух то и дело разрывали бьющие с небес молнии, вода в канавах замерзала, тени плевались ядом, растворяющим кожу, а мертвецы поднимались на ноги, едва упав… Младший экзекуций Ласкгава Ниорен Гош, тяжело дыша, сплел вокруг себя сияющий кокон Святого Доспеха. Огромный огненный шар с гулом врезался в защитный кокон, мгновением позже взорвавшись тучей мелких огненных стрел ударивших во все стороны. Собрав всю силу в кулак, Ниорен зашептал слова молитвы, призывая благословение укрепления… Тело наполнилось расслабляющим теплом и силой, ниспосланной Всевышним. Не мешкая, Ниорен свел перед собой руки, концентрируясь и уплотняя Святой Доспех. Благословения уже не были так эффективны — прибывшее к колдунам подкрепление ураганом сметало немногочисленных инквизиторов и священников. Слишком мало их оказалось в городе, слишком слабы и уязвимы они оказались, слишком расслабились, вылавливая колдунов поодиночке. Священнослужителей убивали одного за другим, и силу Всевышнего просто было некому призывать. Когда огненный шторм стих, инквизитор обмяк и облокотился об обожженные каменные перила лестницы храма. Он чудовищно устал за эту бесконечную ночь. С трудом сфокусировав взгляд на бегущих к ступеням храма колдунах, Ниорен обратился к брату-инквизитору:

— Вместе, брат?..

— Не в этот… раз… брат… — послышался хриплый, прерывчатый голос в ответ.

Обернувшись, инквизитор отчаянно скрипнул зубами — стоящих за спиной защитников храма не осталось. Десятеро яро верующих горожан, трое священников и двое братьев-инквизиторов — огненная смерть забрала почти всех. Один из экзекуциев все еще был жив, но прожженная насквозь огненной стрелой грудь не оставляла ему никаких шансов…

— Славлю Всевышнего, брат. — склонив голову выдавил Ниорен.

— Славен… будет… Он в веках… — выдохнул в последний раз инквизитор. Нагнувшись над покойным, экзекуций закрыл ему глаза и прошептал короткую отходную. Оставивший в воздухе искристый след сгусток огня ударил в колокольню, заставив последний колокол Ласкгава замолчать. Разлитое в воздухе благословение начало таять, словно снег в жаркий день. На смену ему приходил резкий, ненавистный инквизитору смрад колдовства.

Скрипнув зубами, Ниорен выпрямился и посмотрел прямо в глаза шагающему впереди отряда колдунов смуглокожему мужчине. Сжав ладони, Ниорен призвал силу Всевышнего, закручивая ее вихрями вокруг своего тела. Глаза инквизитора засияли ярче солнца, кожа на руках задымилась из-за бушующей в его ладонях силы благословений. Колдуны в нерешительности замерли, опасливо поглядывая на инквизитора.

— Ни шагу дальше! Здесь дом Всевышнего и нет в нем места заразе колдовства! Нарий хмыкнул, почувствовав колоссальное количество святой энергии, пульсирующей в теле экзекуция. Толпящиеся за его спиной мастера предпочли не связываться со святошей — один на один этот бой никому из них даром не нужен, а атаковать всем скопом слишком опасно. Заклинания еще смешаются, тогда проблем не оберешься… Улыбнувшись, колдун сделал шаг вперед и выбросил вперед обе руки с открытыми ладонями. Сорвавшийся с его рук огненный смерч в мгновение ока испепелил инквизитора и голодным зверем вгрызся в храмовые стены, расплавляя камень и сжигая дерево. Мгновением позже ожившая огненная стихия уже бушевала над развалинами некогда главного храма в Ласкгаве.