Валерий Иващенко - Механик её Величества

Вот те батенька, и Юрьев день…

Рассказанные на пробу "Репка" и "Сказка о курочке-рябе" особого восторга не вызвали, хотя и были выслушаны с неподдельным интересом. Ну да, десять и одиннадцать лет в столь развитом техно-обществе это куда больше, нежели в наши почти патриархальные времена.

По поводу репки Берс с Мирной сразу сошлись во мнении, что без гидропоники тут не обошлось. Но вот по поводу золотого яйца спор разгорелся нешуточный. Парнишка с жаром доказывал, что внутри мог быть только неинициированный кристалл искинта, а Мирна с той же настойчивостью оспаривала, что нет - терабайтный модуль криосуперкомпьютера, и все дела. Изельда, сидящая на крыльце, больше склонялась к мысли, что под золотой скорлупой спал маленький кибер. Но когда все трое принялись трясти Алекса, тот шутливо поднял руки:

– Да не знаю, не знаю! Мышь, злодейка, в норку утащила… не успел никто толком разглядеть.

Поколотить перебирающего двигательный блок кибер-серва Алекса никто не осмелился, а посему в виде наказания потребовали ещё сказок. Благо Мирна заканючила известную и одинаковую, похоже, во всех мирах песенку "ну ма-ам, ну лето, в школу завтра не идти, ну можно? Ну ма-ам…". И изрядно заинтригованная мама только отмахнулась.

Александр вставил на место сверхпроводниковый стержень осциллятора, призадумался. Что б такого многосерийного и бесконечного выдать? И тут его осенило. Посоветовавшись с Альфой, он приказал ей пошарить по записанным после сканирования памяти воспоминаниям и скомпилировать из полузабытых отрывков кое-что. К его удивлению, Альфа, присевшая на верхушку столба наподобие устроившейся отдохнуть большой и диковинной металлической птицы, справилась на удивление быстро - уж теперь-то крыться нужды больше не было. И с её подсказками через наушник мнемофона, он начал читать ту книгу, коей в интернате "переболели" все без исключения дети.

– In a hole in the ground there lived a hobbit. Not a nasty, dirty, wet hole, filled with the ends of worms and an oozy smell, nor yet a dry, bare, sandy hole with nothing in it to sit down on or to eat: it was a hobbit-hole, and that means comfort…

И уже через несколько минут, оторвав взгляд от созерцания почти собранного отражателя плазмы, он обратил внимание, как округлились глаза у слушателей, спохватился. Похолодев и малость даже вспотев, осторожно поинтересовался - в чём тут дело? Нарушил какое-нибудь табу? Высказал ересь, и на него сейчас вновь налетят менты позорные да в чёрном воронке повяжут?

Спохватившись, Мирна отчаянно завертела в стороны головой, а Берс лишь восторженно выдохнул:

– Да у нас на Фиолко ничего подобного нет даже в "Золотой книге сказок"!

И все хором, не исключая Изельду, воскликнули:

– А дальше? Что там с Бильбо Бэггинсом и Гэндальфом? Рассказывай, Алекс!

Ухмыльнувшись, тот приладил на место отражатель. И повёл рассказ дальше, с нехорошим интересом присматриваясь к блоку управления. Правда, приходилось всё время отвлекаться. То опиши, кто такие гномы и отчего они не бреют бороды, да зачем волшебнику посох - там что, бластер вмонтирован? И всё же, зачарованные слушатели внимали так благоговейно, что повествование мало-помалу захватило и самого рассказчика. Но когда вся компания уже подбиралась впотьмах к лагерю троллей, Александр захлопнул кожух и приладил на место модуль охлаждения.

– На сегодня хватит! - и невзирая на отчаянные вопли и мольбы, на плечах отнёс восторженно визжащую и машущую всеми конечностями детвору спать.

Вернувшись, он обнаружил, что глаза у хозяйки как-то странно поблёскивают, а на столике стоит пластиковая бутыль с не очень-то прозрачным белёсым содержимым, заткнутая такой до боли родной пробкой из кукурузного початка. И чашка с ручкой.

Ага! Правда, Изельде не сразу удалось втолковать, что такое "гранёный стакан". Но в конце концов она притащила из вагончика два кварцевых тигля, формой и размерами очень напоминающие наши пятидесятиграммовые стопки. Но за неимением солёных огурцов принесла тарелку мочёных плодов наподобие… ну пусть это будут мелкие помидоры. Годится!

– Интересно, - заявила женщина, опасливо присматриваясь к содержимому своей посуды. Принюхалась и передёрнулась. - Как растормозишься, сразу мне голову открутишь, или будешь постепенно, удовольствие растягивать - по одной ручки-ножки отрывать?

Прорепетировав под руководством Александра процедуру "вдохнуть - выпить - выдохнуть через рот - закусить", она опрокинула в себя полстопочки, судорожно проглотила. Сначала замерла в ошеломлении, и её серые глаза откровенно полезли на лоб. Затем неуверенно, на пробу, подышала, ощупывая полыхающее горло и грудь. Задышала часто-часто, кашлянула. И раскраснелась.

– Ой… какая гадость… - впилась зубками в помидор, в другой, и стала прислушиваться к ощущениям.

Сказать по правде, Александру приходилось пивать и куда худшее. А тут вполне приличный самогон из яблок. Так что, опрокинув полную стопку, он забросил в рот местный помидор и признал, что теперь если и не рай - то вполне к тому близко.

– И жизнь хороша, и жить хорошо! - заявил он.

– А хорошо жить ещё лучше! - авторитетно подтвердила со своего насеста поблёскивающая датчиками и сенсорами Альфа.

А женщина, вполне согласившись с обоими, признала, что зелье на вкус страшное, на запах вообще отрава - но пошло весьма неплохо.

– Намёк понял! - ухмыляющийся Александр разлил ещё по одной - даме, впрочем, половинку. Затем повернул голову к роботессе. - Третьей будешь?

Та не стала ломаться, слетела вниз и втянула пару капель в шприц анализатора. Тихо присвистнула, обнаружив такой шикарнейший букет эфиров, кетонов и альдегидов, что весьма мудро не стала весь этот список перечислять. Лишь помянула добрым словом дедка-изготовителя и вернулась на столб.

Изельда уже после второй стопочки немного расслабилась и наверняка сообразила, что четвертование её сегодня не состоится. Посматривала на обоих гостей, завёвших неспешную беседу "за жизнь". Затем присоединилась к разговору, и тут уж невинное вечернее развлечение окончательно приобрело свою настоящую прелесть. Ведь чего греха таить - без присутствия дам любое употребление вовнутрь грозит вылиться в банальную пьянку. А тут, прямо тебе благородное общество. Очаровательно раскрасневшаяся хозяйка дома, хороший механик из чёрт знает какого далека, и роботесса-феминистка Альфа.

После третьей Изельда с непривычки откровенно поплыла. Но соображения не потеряла, стервочка. И когда Александр предложил на сегодня заканчивать, да помог прибрать всё в вагончик - на завтра дождь с климатического спутника запланирован - затряслась вновь.

И всё же, невозмутимо пожелав ей спокойной ночи и уходя прочь, он впервые услышал - герметичный замок на дверце не громыхнул изнутри. Ну что ж, уже лучше…