Галина Бахмайер - Огонь джинна

Когда ребята ушли, Снейп выжидательно повернулся к студентке.

— Пойдемте. Мадам Помфри даст вам чего-нибудь успокоительного. Я здесь ничего такого не держу.

Халифа прерывисто вздохнула. Слезы уже иссякли, осталась только знакомая апатия и слабость.

— Думаю, у мадам Помфри тоже не найдется подходящего средства, — пробормотала она. — У меня в спальне есть свое, специальное успокоительное зелье. Это семейный рецепт… Обычные наркотики на джиннов не действуют, — она шмыгнула носом. — Можно я лучше посижу здесь еще немножко? Все это, — девушка обвела рукой стеллажи с сосудами, — успокаивает меня гораздо больше.

Снейп посмотрел на нее с удивлением.

— Я ведь практически выросла в лаборатории, — со смущенной кривой улыбкой пояснила Халифа. — Такая обстановка заменила мне комнату для игр. Я здесь почти как дома.

— Хорошо, — пробормотал Снейп. — Раз так, посидите.

— Я ведь не мешаю вам, нет?

— Нет, у меня есть незаконченная работа. Оставайтесь, сколько пожелаете.

Профессор перешел в лабораторию и снова принялся за брошенное зелье. Да, еще надо приготовить ингредиенты для завтрашних занятий у второго курса. Столько возни, а он потратил много времени впустую. Хотя нет, не совсем впустую…

Успокоившись, Халифа пошла в лабораторию, чтобы поблагодарить наставника и попрощаться. На пороге остановилась. Какая знакомая картина! Алхимическое таинство! Сразу вспомнился отец, потом Бизаль, и она тихонько улыбнулась. Анвар-эфенди в шутку называл ее "вечной дежурной" по кабинету алхимии — два последних года она исправно исполняла функции его помощницы, помогая готовить препараты для занятий у младших.

Блуждая в приятных воспоминаниях, она подошла к профессору, торопливо орудующему за столом, и несколько минут заворожено наблюдала за привычными манипуляциями, любуясь его ловкостью. Тут он оглядел стол — явно в поисках церитовой настойки — и Халифа, не задумываясь, подала ему флакон, предусмотрительно откупорив пробку, чтобы он мог действовать одной рукой. Снейп удивленно покосился на нее:

— Я вас не звал.

Халифа словно очнулась, разом смешавшись.

— Простите, профессор. Я машинально…

Зельевар едва заметно усмехнулся. Интересно, можно ли как-нибудь привыкнуть к ее певучему произношению — два подъемных ударения в одном слове?

— Можете навести порядок, если хотите, — он махнул рукой на соседний стол и вернулся к своей работе.

Девушка безропотно принялась расставлять пробирки, сортировать разновесы, раскладывать все необходимые для урока ингредиенты по подносам, аккуратно составляя их по очереди в высокий ящик. Управившись с этим, посмотрела, что готовит Снейп, узнала стандартное обезболивающее зелье и, закончив с наборами для студентов, заодно нарезала для него добавляемый в конце корень папоротника.

Потом, увлекшись, стала подавать ему уже заготовленные ингредиенты, не спрашивая порядок и не дожидаясь требований — она прекрасно знала этот рецепт. С каждой минутой она все больше оживала, чувствуя, как снова просыпается погасший интерес к учебе. И помог в этом такой знакомый процесс, совсем как в старые добрые времена…

Снейп и сам бы прекрасно справился, он всегда предпочитал работать один; и он уже собирался сказать девушке об этом, но, подумав, все-таки промолчал. Тишина нарушалась лишь звяканьем посуды и бульканьем жидкости в котле. Не произнося ни слова, они работали вместе быстро и слаженно, понимая друг друга без слов.

— Мисс Дасэби, — наконец нарушил молчание Мастер зелий. — Вы уже знаете, чем займетесь после школы?

— Гм… вообще-то я думала продолжать учиться, стать колдомедиком-зельеваром.

Это вполне приемлемо для женщины моего круга. Хотя, по традиции мне полагается сразу выйти замуж. Теперь я даже не знаю. Но, думаю, отец найдет мне нового жениха.

Снейп чуть приподнял брови.

— Нового? А как же Драко Малфой?

Халифа презрительно повела плечами.

— Раз уж вы теперь все знаете, расскажу больше — папа специально принял предложение Малфоев, чтобы я считалась помолвленной. Из-за князя Исмаила. Чтобы не подвергать опасности действительно подходящего мне жениха.

— А Малфои, значит, что-то вроде прикрытия? — Снейп покачал головой, гася пламя под котлом. — Зря вы с ними связались. Люциус такого не простит.

— Ну, они сами напросились. Люциус-эфенди знает о том, что Селим погиб. И его это не пугает…

— Знает? — Снейп сразу насторожился. — Это ваш отец сказал ему об этом?

— Я не знаю, я была не в состоянии… Малфои посватались почти сразу после его смерти и папа согласился. Я буду считаться невестой Драко, пока Исмаила не найдут и… — Халифа поежилась. Неудивительно, учитывая, что на ней надето под мантией… — Холодно тут… Я пойду. Спокойной ночи, профессор.

— Спокойной ночи, — когда она уже была у дверей, окликнул: — Мисс Дасэби?

— Да?

— Запомните раз и навсегда, что блуждать по замку ночью запрещено. Вы сами убедились, как это может быть опасно. Особенно для вас, с этой вашей возбудимостью, да и для всех остальных.

Девушка опустила голову, но Северус успел заметить тщательно завуалированное упрямство.

— Да, сэр.

Снейп невольно ухмыльнулся. Эти слова прозвучали как "спасибо, я буду осторожнее".

— И еще…

— Да?

— Благодарю за помощь. Я бы долго еще возился.

Халифа просияла.

— Это вам спасибо… за то, что позволили. Мне так этого не хватало!

Дверь мягко закрылась и тихие щелчки шлепанцев по пяткам быстро растворились в ночи.

Глава 11

Первый день марта выпал на субботу. Природа, словно почуяв приближение весны, подарила ясный, солнечный день. Началась капель, яркое небо слепило глаза. Уже по-весеннему теплые, золотые лучи лились в окна, освещая танцующие в воздухе пылинки. Сидеть над книгами решительно не хотелось. Хотелось от души потянуться, помурлыкать, сделать что-нибудь… что-нибудь эдакое… Весна-а-а…

Студенты толпой высыпали на улицу, кто-то побежал к озеру, кто-то затеял игру в снежки, а некоторые даже принялись валяться в сыром, ноздреватом снегу.

Собираясь идти на обед, девушки, не сговариваясь, засунули в сундуки свои ежедневные мантии и принялись одеваться понаряднее. Что творит весна! Давно не было такого вдохновения.

Халифа тоже поддалась магии природы. Напевая и пританцовывая перед зеркалом, она принялась переодеваться. Как ей надоело носить шерстяные вещи! За зиму она немного привыкла к холоду и теперь, с первым весенним теплом, ей захотелось снова надеть яркий шелк. Она достала из сундука прелестное муаровое платье цвета малахита, расшитое серебряными змейками, и такой же хиджаб. Невольно улыбнулась — цвета и знаки Слизерина… Широкое серебряное колье в виде сеточки, усыпанной мелкими изумрудами. Такие же серьги, достающие до самых плеч. Браслет и пара колец. Хватит.