Георгий Соловьев - Легенда Диких Земель

- Да!…Хороша, определенно! А взгляд, а глаза! Ух, так и испепелит! А что у вас в ордене все такие послушницы?

- Да, капитан, и они дают клятву - обет неприкосновенности - мужчины не должны трогать их ни в коем случае, послушницы даже носят матерчатые перчатки, дабы справедливейшая и грозная Свистишь не прогневалась на всех нас и на мужчину-грешника не пал бы ее священный огонь ярости!

- Какая дикость у этих южных святош! - сказал Килл секретарю. - Ладно, идите, лейтенант вас проводит! Жить будете в свободных камерах, что в конце тюремного коридора! Прощайте пока что!

Когда друзья, наконец, остались одни, и дверь была притворена, они все затряслись от беззвучного хохота. Йохан, толкая Фелдрика в бок и утирая слезы сказал:

- Ну, ты даешь, старина! Какую чушь ты "задвинул" этому вояке! Я едва сдержался!

- Главное - сработало! - ответил, улыбаясь, Фелдрик. - То, что в крепости будет мало войск - это нам на руку! Завтра, друзья мои, возьмем здесь, в каптерке, ведра и метлы и разойдемся по коридорам. Главное - охватить всю тюрьму! Слушать и внимательно наблюдать - вот задача!

- -

Принц Грегор остался в Белом дворце дольше, чем рассчитывал, - ему надо было повстречаться с главой Тайного совета и лидером Союза Черного диска. Аудиенция все никак не могла состояться: стоявшие в дверях стражники не пропускали принца, ссылаясь на приказ главы Тайного союза. Раздражение Грегора все росло. Наконец дверь отворилась и его позвали внутрь.

В центре Овального зала, в большом кресле, сидел человек в пестрой одежде, более подходящей королевскому шуту, нежели вельможе. Он молча подписывал какие-то бумаги, которые подавал ему со стола его личный слуга. Человек писал на доске, которую то и дело клал себе на колени и на которую как раз помещался один лист.

Одеяние этого незнакомца было действительно странновато: поверх рубашки с кружевным воротником, он имел куртку с высоким, стоячим воротником, развернутым, как павлиний хвост. Куртка и штаны были двуцветные - желто-пурпурные спереди и черно-белые с серебристыми блестками - сзади.

Грегор начал первым:

- Мессир, я требую Вашего внимания! Вы и Ваши люди зашли слишком далеко! То, что Вы себе позволяете, переходит всякие границы! Короче говоря, я обвиняю Вас в узурпации власти в королевстве!

Человек в Пестрой Одежде оторвался от своих дел и спросил почти шепотом, но с сильной угрозой:

- Что? Что Вы сказали?!

- Я говорю, что Вы и Ваши помощники слишком много на себя берете!

- Я беру только то, что лежит бесхозно! - мягкий, обволакивающий, как дурман, голос говорил с раздражением. - Я не виноват, что в Лэндрии власть бросили в пыль!

- Но Тайный Совет…

- Тайного Совета более не существует! Отныне мои ставленники выполняют всю работу членов этого "собрания", и, следовательно, все подразделения Тайного союза в стране подчиняются исключительно мне одному! Руководители Совета сочли нужным подать в срочную отставку - после моих настоятельных просьб. С ними Вы поговорить не сможете, в этой жизни - уж наверняка!

- Вы… Вы всех их убили?!

- Кучка этих фигляров доставляла немало хлопот, к тому же они были глупы и неаккуратны в исполнении обещаний: с ними был заключен контракт, а раз они нарушили данные слова, я счел нужным взыскать с них самостоятельно. И еще: настало время сбросить все покровы и заявить о себе открыто! Союз Темных Лордов - навсегда!

- Вы сошли с ума, у Вас мания величия! Королевскую власть еще никто не смел отменить!

- Уже посмел! То, что Вы называете королем, догнивает сейчас в подвалах Горной крепости, а все символы королевской власти - в моих руках!

- Вы не имеете на них никакого права! Вы - не принц-наместник!

- Вчера, в подземелье этого замка тринадцать из пятнадцати принцев-наместников принесли мне клятву верности. Принц Рэджедай еще колеблется. Остаетесь только Вы!

- Я и никто другой должен править Лэндрией! Вы совершили государственный переворот и Вас следует повесить немедленно!

- И такова будет расплата за то, что я уплатил Ваши долги, уладил Ваши споры с принцами-соседями, несколько лет кряду разгребал кучи того, что оставил в государственных делах Ваш венценосный сюзерен? Добро же, принц! Будь по-вашему! Стража!

Человек в Пестрой Одежде хлопнул в ладоши трижды, и в тот же момент все четыре двери в зал открылись и в помещение ворвались солдаты с алебардами, мечами и арбалетами. Они застыли как вкопанные, глядя на Человека в Пёстром.

- Ну, чего вы ждете, арестуйте этого проходимца! - приказал Грегор. Никто не шелохнулся. Человек в Пестрой Одежде хлопнул в ладоши еще раз. Вокруг Грегора образовался круг из отточенной стали, нацеленной ему в сердце, спину и голову. Принц растерялся. Губы его задрожали, глаза расширились от страха, лицо покрылось мелким потом.

- Они только ждут моего сигнала и от Вас останется тряпка, нарезанная полосами! - издевательски заметил Человек. - Но я не такая свинья, как Вы! Я уважаю искусство Боевой магии! Эй, там, позовите сюда мессира Лича, да побыстрее!

Через короткое время через одну из дверей проследовал карлик в черном плаще не по размеру, с кривым посохом в руках. Его плащ, на два-три размера больше необходимого, с подрезанными спереди и волочащимися сзади полами, шелестел, как опадающая листва. Хотя лица колдуна не было видно, от всего его мрачного облика и неторопливой, степенной походки веяло скрытой силой и каким-то потусторонним холодом, да так, что стражники шарахнулись прочь, уступая ему дорогу.

- Мессир Лич, вот Ваш ранний ужин! - сказал Человек в Пестром, указывая на трясущегося от страха принца Грегора. - Стража, усадите принца в мое кресло и привяжите его покрепче - он сегодня нервный чрезмерно!

Когда все было сделано, Человек сказал:

- Мессир Лич, его сознание - в Ваших руках, а что потом будет с его телом, меня не интересует. Можете приступать!

Он хлопнул в ладоши и все двери в Овальном зале почти одновременно закрылись. По коридорам Белого замка пронесся душераздирающий человеческий крик. Затем все стихло…

- -

Сэниэль, Эйрик и Мрын-Кай были в своей камере, когда засов поехал со скрипом в сторону, а в дверях появился тот самый "красавчик", что дежурил по коридору и в прошлый раз. Оглядев камеру мутным взглядом, он пробурчал:

- Ну, вот, не камера, а лазарет! Принимайте еще одного увечного! Его привезли вчера, стаскали на допрос к капитану, а тот уже отправил его к нам. Скажу сразу, чтобы вы не померли от страха - он не опасен, по крайней мере сейчас! Ребята, тащите носилки сюда!

Два человека в свободных коричневых куртках и шароварах внесли в камеру две жерди с набитыми поперечинами, на которых лежало без сознания темное существо - раненый урру. Правая его "нога" была с рваной раной, а левая была сломана. Эйрик, который уже ходил, и лишь подвязанная левая рука не давала полной свободы движения, подошел к носилкам ближе, встал на колени, взял "руку" молодого урру и поднес ее к своему виску.