Джейн Рейб - Рассвет новой Эры

Остальных трех матросов отпустили в город на несколько часов, но Риг строго-настрого приказал им явиться на борт до захода солнца. Он твердо решил не оставаться на ночь в Кэрготе.

Когда все разошлись, Дамон и Риг остались вдвоем у фальшборта любоваться берегом. Это был старый порт, судя по тому, как облупилась и выцвела краска на вывесках многочисленных таверн и кабачков, тесно окружавших верфь. Народу здесь хватало, так что доход они приносили, но, похоже, хозяева не вкладывали прибыль в поддержание внешнего вида своих заведений. Три самые новые деревянные постройки, примостившиеся возле берега, имели форму высоких башен с платформами наверху, по которым вышагивали люди с биноклями В руках и наблюдали за Южным Эрготом. Скорее всего, они высматривали, не затевает ли чего белый дракон, захвативший тот край.

Вдоль верфи прогуливались матросы: кто-то из них получил увольнительную, а кто-то выполнял поручение. В толпе мореплавателей можно было различить нескольких рабочих, трудившихся тут же на берегу, а также небольшие стайки путешественников, только что сошедших с одних кораблей, чтобы пересесть на другие. Здесь же сновали женщины, оглядывая лавки, где продавались моллюски и крабы.

Двое торговцев рыбой обходили все здания вокруг доков, пытаясь всучить свой товар любому хорошо одетому человеку, у которого могли водиться денежки в карманах.

– Если кое у кого хватает денег, чтобы доплыть до Шэлси, то он мог бы одеться и поприличнее, – хмуро заметил Риг, глядя на Дамона.

Сам мореход был одет в темно-зеленые кожаные штаны и желтую шелковую рубашку с пышными рукавами. Голову его обхватывала лента из сплетенных кожаных косичек красного цвета, такого же как пояс. Кроме того, эту ленту украшали тоненькие хвостики, свисавшие до самых лопаток и мягко колыхавшиеся на ветру.

Дамон равнодушно пожал плечами.

– В таком виде ты никогда не привлечешь к себе внимание женщин, – продолжал Риг.

– А может, я и не хочу привлекать к себе ничье внимание. – Дамон отошел от фальшборта и посмотрел на облачное небо.

Риг проследил за его взглядом.

– Не нравятся мне эти облака, – категорично заявил мореход. Поэтому мы и не остаемся здесь на ночь.

– Облака и есть облака. Что в них такого? Или они тоже чересчур поношены, на твой взгляд?

– По их виду многое можно узнать, Дамон… если, конечно, мозгов хватает. Стоит только взглянуть на небо – и прочтешь как по писаному. Когда облака плоские, воздух спокоен и температура не скачет. Путешествие будет легким. Эти же облака чересчур тучные, и цвет у них серый. Это означает, что в них полно воды, и когда они прольются дождем – только вопрос времени. Не ясно одно – будет это просто ливень или настоящая буря?

Дамон сунул руку в карман, нащупал там шелковое знамя, отданное Золотой Луной, и промолчал.

– Я не против дождя, да и небольшой шторм никогда не помешает бывалому моряку. Но нам предстоит путь по территории Фроста, и если поднимется ураган и начнет швырять айсберги, как снежинки, то я бы предпочел оказаться в другом месте. Этот корабль будет моим после того, как я высажу вас в Палантасе, и я хочу, чтобы он остался цел. – Риг бросил взгляд на галиот, стоявший в сухом доке. – Поэтому мы выходим в море до заката.

Дамон протопал мимо морехода, направляясь к сходням, спущенным на берег.

– Эй! Ты куда? Через пару часов мы отчаливаем.

– Я хочу поговорить с моряками. Вдруг кто-то из них пришел с севера. Может быть, и среди них найдутся умники, умеющие читать по облакам. Тогда мы получим преимущество.

– Шаон! Присмотри за. нашим кораблем! гаркнул Риг. – Погоди, Дамон, я с тобой. – Проходя мимо Блистер, мореход добавил: – Мне искренне жаль твоего маленького друга.

Джаспер и Ворчун вышли на деревянный настил, проходивший за доками вдоль улицы. Кэргот был столицей Саутлунда и, следовательно, довольно большим городом с красивым побережьем. Нанекоторых зданиях были натянуты цветные тенты над входом, призванные защитить покупателей от дождя или солнца – в зависимости от погоды. В витринах других домов были вывешены объявления, чтобы привлечь потенциальных покупателей: Суп из моллюсков, Горький гpoг, Сапоги из кожи угря, Крашеная кожа и прочее.

Гном внимательно посмотрел на Полулюдоеда. – Ты и вправду меня не слышишь? – спросил он.

Ворчун ответил ему таким же пристальным взглядом и приподнял бровь. Полулюдоед ничего не слышал, но все другие органы чувств у него работали. Увидев ошеломленное выражение на лице гнома, Ворчун надул губы и, подняв руки перед собой, сложил их в виде круга. Потом он кивнул в сторону бондарной лавки, находившейся через полквартала. Джаспер не заметил бы вывески с изображением горы деревянных бочонков, не укажи на нее Полулюдоед.

Не дожидаясь ответа – все равно он его не услышал бы, – Ворчун повернулся и направился к лавке. Рыжий волк не отходил от него ни на шаг, притягивая взгляды прохожих.

Джаспер окликнул Ворчуна, прося, чтобы тот шел помедленнее, но сразу осекся. Что толку кричать глухому, – пробормотал он и, тихо выругавшись, побежал догонять семифутового полулюдоеда, и не думавшего укорачивать шаг.

Догнать Ворчуна гному удалось только у самой лавки. Задыхаясь, он потянул его за хлястик жилета. Полулюдоед обернулся и посмотрел вниз.

– Ммм. Как же тебе объяснить? – заворчал Джаспер. – Нам нужно одиннадцать бочонков. Риг тебе сказал сколько? Наверняка не сказал. Ведь ты все равно ничего бы не услышал. Хорошо, что я пошел. – Он повторил жест Ворчуна, сложив руки; В кольцо, а потом взял рукой невидимую кружку и сделал вид; будто пьет.

Полулюдоед заулыбался и закивал.

– Значит, ты все-таки понимаешь, – сказал Джаспер. – Или это мне всего лишь кажется? Вытянув руки вперед, он растопырил пальцы, потом сжал кулаки, оставив торчать один указательный палец.

– О-дин-цать, – ответил Ворчун. – Боч-ов. Зна-ю.

Не глу-пый. Про-сто глу-хой.

Его речь трудно было понять, но Джаспер уловил суть и энергично закивал. Пара вошла в лавку.

Ворчун подошел к прилавку, и почти сразу из за занавески появился худой престарелый хозяин. Гном, остановившийся на пороге лавки, чтобы по наблюдать за происходящим, подумал, что хозяина, наверное, испугало, как затрещали доски под ногами полулюдоеда.

– С животными сюда нельзя! – прокричал худой. старик. Росту в нем было чуть больше пяти футов. Одет он был в рубаху на несколько размеров больше, чем нужно. С шеи свисал кожаный фартук. – Я серьезно. Никаких…

Рыжий волк прижал уши и тихо зарычал, протесты хозяина лавки тут же прекратились. Ворчун указал на ряд бочонков, сложенных у стены, потом вынул из глубокого кармана небольшой кусок сланца и что-то нацарапал на нем мелом. Когда он показал пластинку хозяину, тот покачал головой и произнес: