Шон Рассел - Остров битвы

Грустная и хрупкая, как стекло, слабая женщина…

— И все-таки он не предатель, — сказала Ллин. — Если бы не Арден, Торен был бы мертв. Нужно отдать ему должное. Арден не мог быть изменником до конца.

На некоторое время установилось молчание. Ллин сидела в саду в тени деревьев — если только свет луны способен давать тень.

— Все лето я чувствовала неладное, — уныло произнесла Ллин. — Я предупреждала Торена, однако он и слушать не желал, когда дурно говорили о его семье, даже о Бэлде. И что же я сделала. Попросила Ардена, именно его, присмотреть за Тореном… и он обещал!

— Возможно, в конце концов именно обещание, данное тебе остановило его, — ласково сказала леди Беатрис.

— Не верится мне в это, — быстро ответила Ллин.

Она видела, как изящная, словно статуэтка, Беатрис Ренне ходила по балкону. Даже сквозь крону дерева Ллин видела печаль в каждом жесте леди. Сердце девушки разрывалось от жалости.

Ты слишком беспокоишься о других, — вспомнила она слова Диза.

— А как чувствует себя Диз?

— Не знаю. Он уехал с Тореном. В сущности, настоял на поездке, несмотря на возражения врачей.

— Он не мог оставить Торена одного в такое время. Это на него похоже.

— Да. Хотя их отсутствие означает, что мы должны под руководством Кела готовиться к войне, если в ближайшие дни ситуация не изменится.

Ллин опустила голову и взглянула на маленький пруд. По воде скользил длинный луч света, проникающий из дверей позади леди Беатрис. Казалось, стоит только нырнуть, и можно оказаться в замке Ренне.

— Кел нас не подведет, — сказала Ллин.

— Нет. Не подведет. — Леди Беатрис глубоко вздохнула. — Ллин, что ты делала на балу той ночью?

— Танцевала, тетя.

В ответ последовало холодное молчание, словно с балкона подул ночной бриз.

— Я пыталась спасти Элиз Уиллс от принца Нейта и его советника, — призналась Ллин.

Она заметила, как леди Беатрис кивнула.

— Странное занятие для девушки из семейства Ренне. Тем более если учитывать, что Элиз Уиллс обручена с сыном принца. Умоляю, скажи, зачем ты это делала?

— Потому что сладкоречивый мошенник убедил меня в необходимости совершить подобный поступок, — ответила Ллин, отражается ли унижение, которое она чувствует, в ее словах.

Леди Беатрис ответила не сразу.

— И кто же этот мошенник?

— Он назвался Алааном. Я почти ничего не знаю о нем, кроме того, что он как-то пробрался в мой сад. Не представляю, как…

— В твой сад! — эхом отозвалась леди Беатрис.

— Нет, лицом к лицу мы не встречались. Подобную любезность он мне не оказал. И все же Алаан проник сюда и попросил помочь. Этот человек много знает обо мне и о других обитателях замка Ренне. Гораздо больше, чем вам бы хотелось, я уверена.

— Лорд Каррал рассказал мне об одном мужчине, повстречавшемся ему. Похоже, он обладал способностью появляться и исчезать в самых неожиданных местах.

— Лорд Каррал слеп.

— Да, но все-таки мне кажется, это правда.

— И как звали того человека?

— Он назвался Призраком.

Ллин невольно фыркнула.

— Возможно, это все объясняет, поскольку Алаан, по-видимому, способен проходить и сквозь стены.

Вдруг она вспомнила, как мужчина взял ее за руку. Плоть и кровь, без сомнения…

— Думаю, этот «призрак» и твой посетитель — одно лицо, — предположила леди Беатрис, — потому что он помог дочери лорда Каррала ускользнуть из Брейдонского замка.

— Да, Алаан рассказывал и об этом, и о том, что в результате погибли его друзья. Бедный лорд Каррал! Представить только — потерять ребенка!

Леди Беатрис невольно сжалась, однако не успела Ллин сказать что-либо еще, как она спросила:

— Почему этот человек так интересуется семьями Уиллс и Ренне? В особенности Элиз Уиллс?

— Алаан говорил, что не хочет допустить войны или по крайней мере постарается отсрочить ее.

— Что ж, по-моему, он потерпел неудачу.

— Неужели перспективы настолько мрачны?

Леди Беатрис кивнула.

Неожиданно она оглянулась, словно услышала за спиной голос.

— Кое-кто пришел, чтобы сыграть для тебя… в благодарность за все, что ты сделала для его дочери.

Ллин взволнованно вскочила на ноги.

— Сэр?.. — проговорила леди Беатрис, делая шаг в комнату.

Затем она повернулась.

— Музыкант просит напомнить, что он слепой. Не нужно ничего бояться.

— Лорд Каррал, — догадалась Ллин.

— Да, моя дорогая.

— Но он мне ничем не обязан. Я не смогла спасти Элиз. Не смогла…

— Ты пыталась, дорогая. С большим риском для себя.

Леди Беатрис вывела менестреля на балкон, и один из слуг Ллин принес ему стул. Когда лорд уселся, Ллин перестала его видеть из-за перил.

— Спокойной ночи, Ллин.

— Спокойной ночи, леди Беатрис.

Тихо закрылась дверь, и, не говоря ни слова, лорд Каррал начал играть.

Девушка вышла из-за своего укрытия, хотя на открытом пространстве мелодия казалась не менее загадочной. Музыка была такой удивительно красивой и такой печальной!

Ллин слушала, закрыв глаза.

Она подумала, сможет ли пройтись по саду в полной темноте — не раз такое случалось при свете звезд. Ллин пошла вперед, слыша как похрустывает под ногами гравий. Вдруг ее нога наткнулась на большой камень, и девушка перестала понимать, где она находится.

Охваченная паникой, Ллин широко раскрыла глаза и увидела тот же тихий и безмятежный сад. Музыка лорда Каррала лилась сверху, словно откуда-то с неба.

А вокруг были звезды и темнота.

Глава 17

Вверх по тропинке поднимался человек. Диз смотрел, как он огибает один уступ и с трудом преодолевает другой. Запыхавшись, посланец достиг вершины и посмотрел на Торена.

— Они… — задыхаясь, заговорил человек, — они… внизу… На привале.

— И далеко до основания холма?

Человек махнул ослабшей рукой.

— Шестьсот ярдов.

— Мы слишком близко к ним, — сказал Абгейл.

— Значит, остановимся здесь, — решил Торен, считаясь с мнением Абгейла, как ни с чьим другим. — Или, думаешь, нужно отступить еще немного?

Диз наблюдал за Абгейлом и его воинами с тех пор, как те появились у брода, облаченные в изношенные серые одежды без каких-либо знаков различия. Юноша догадался, что они преследовали разбойников, но по чьему приказу, было непонятно.

Он знал лишь, что Торен с исключительным почтением относится к рыцарю и прислушивается к каждому его слову. Диза это слегка раздражало, однако помраченное сознание отказывалось объяснять причину такого чувства. Если бы только прекратился звон в ушах, чтобы можно было думать!

— Нет, лучше останемся, только будем вести себя тихо…

Диз не понимал, что они делают здесь. Бэлд и Сэмюль сейчас где-то внизу, в обществе Хаффида и принца Майкла Иннесского. Он не мог понять, к чему излишняя осторожность. Численное преимущество было очевидным, и все же Торен отказывался от решительных действий, а ведь обычно он не колебался.