Бент Якобсен - Продавец троллей

— Жаль только, что нет такого лекарства, которое исцеляло бы попугаев от излишней болтливости, — сказал Бомстаф и рассмеялся. Наконец к нему вернулось хорошее настроение, испорченное неприятностями, которые пришлось пережить при входе в гавань.

После Александрии корабль заходил во время этого долгого рейса еще во многие гавани на побережье Аравии и многих греческих островов. Поэтому друзья пропутешествовали еще три месяца с лишним, повидали много удивительных городов и пережили множество всяческих приключений, пока наконец однажды вечером «Элинор» не стал на якорь в порту Константинополя. Когда наутро на востоке взошло солнце, перед ними на фоне алого восхода встал фантастический силуэт Константинополя. Высоко в небо вздымались острые шпили минаретов и позолоченные купола гигантских храмов. Пораженные этим зрелищем, Гудвин и Анри залюбовались видом огромного города. Они думали о том, как в лабиринте незнакомых улиц будут искать волшебника Кастанака. Наконец настал час, когда выяснится, сумеют ли они его найти и принесет ли далекое-далекое путешествие Гудвина пользу жителям родного Комптон Бассета.

Шляпа Кастанака

Надежно пришвартовав «Элинор», друзья всей компанией сошли на берег. Авангард составили Анри, Гектор и попугай, за ними в арьергарде шли Гудвин и Бомстаф. Попугай был в ударе и, сидя на макушке у Гектора, радостно выкрикивал обидные замечания каждому встречному. К счастью, здесь никто не понимал, что он говорит. Бомстаф был более или менее знаком с Константинополем, и в первый день он выполнял для остальных роль проводника. Хотя старый моряк и не говорил по-турецки, он все же немного знал местные обычаи, поэтому друзья смогли побывать в таких местах, куда Анри и Гудвин не решились бы без него зайти, и увидели много интересного. Они побывали в дивных мечетях и на колоритных базарах, где продавались экзотические фрукты и ткани. След Кастанака им нигде не попадался, но они и не очень его искали в свой первый день в Константинополе. Однако, вернувшись вечером на корабль, они собрались на палубе и устроили совет.

— Завтра мы должны всерьез начать поиски Кастанака, — сказал Бомстаф. — В Константинополе живут не по нашим обычаям и бродить тут небезопасно, поэтому лучше всего нам ходить вместе, хотя так у нас уйдет больше времени на то, чтобы найти след волшебника.

— Нет, месье Бомстаф, — сказал Анри. — Если мы хотим отыскать Кастанака, нам все-таки лучше разделиться. Уж я как-нибудь справлюсь в Константинополе, раз справляюсь в Марселе.

Гудвин и Бомстаф переглянулись, помедлив с возражениями. Обоим стало тревожно при мысли, что Анри на свой страх и риск будет искать Кастанака. Анри это сразу понял и потому поспешил продолжить, чтобы переубедить своих друзей:

— Я гораздо быстрее смогу обежать город, если буду один. Мальчик вроде меня может узнать многое, чего никто не скажет взрослому человеку.

— Ну да, — проговорил Бомстаф, немного обиженный, что Анри считает его и Гудвина скорее лишней обузой, чем помощниками. — Может быть, это отчасти и верно, но ты все-таки еще маленький, да и языка не знаешь, и, если попадешь в переделку, тебе бы очень пригодилась наша поддержка.

Анри немного помолчал и затем сказал:

— Да, ваша правда, месье Бомстаф. Подумав хорошенько, я понял, что еще не дорос, и, наверно, мне было бы лучше искать Кастанака вместе с вами или месье Гудвином.

И Бомстаф, и Гудвин приосанились, услышав такие слова. Оказывается, они все-таки могут пригодиться! Но их радость была недолгой, так как дальше Анри сказал:

— Поэтому я хочу взять с собой Гектора. Он умный и сильный и не оставит меня в беде!

— Ах ты мошенник этакий! — воскликнул Бомстаф. Но ему самому стало смешно, когда он понял, что Анри предпочитает взять в помощники Гектора вместо него или Гудвина.

— Так можно мне взять с собой завтра Гектора, месье Гудвин? — спросил Анри.

— Ладно уж, будь по-твоему! — добродушно согласился Гудвин, но в голосе его слышалась тревога. — Только уж обещай, что будешь осторожен и вернешься сразу, как только узнаешь, где живет Кастанак. Ни в коем случае сам с ним не заговаривай. Мы еще не знаем, насколько он может быть опасен!

Итак, они решили, что завтра пойдут в город, разделившись на две группы. Гудвин и Бомстаф решили идти вдвоем и тоже попытаться что-то разведать.

На следующее утро Анри отправился в город с Гектором и попугаем. Немного попозже, проинструктировав свой экипаж, как нужно сторожить корабль, вслед за ним в сопровождении Гудвина туда отправился Бомстаф. Весь день Гудвин и Бомстаф бродили по Константинополю и, как могли, расспрашивали людей про волшебника Кастанака, но их преследовало невезение. Им никак не попадался человек, говорящий по-французски или по-английски и знающий что-то о волшебнике. Все, с кем они заговаривали, тотчас же теряли способность говорить на каком-нибудь ином языке, кроме турецкого, как только выяснялось, что два приятеля ничего не собираются покупать или продавать. Единственным человеком, который как-то отреагировал на их вопрос, был мужчина в диковинном плаще, он почему-то вошел в неописуемый раж, размахивал руками и все больше горячился, осыпая их непонятными словами.

В конце концов у приятелей опустились руки, но, когда они совсем было решили возвращаться на корабль, Бомстаф неожиданно свернул в узкий переулок, чтобы зайти в лавку, где продавались разные варенья и засахаренные фрукты. Бомстаф очень любил сладкое, в особенности варенье, он выбрал три баночки и, кое-как объяснившись после ряда взаимных недоразумений, в конце концов благополучно рассчитался за покупку.

— Найти Кастанака у нас сегодня не вышло, — сказал он. — Однако не возвращаться же нам с пустыми руками, — продолжал он уже веселее. И, окинув свои баночки любовным взглядом, спрятал их под плащом.

— Интересно, повезло ли Анри больше, чем нам? — задумчиво произнес Гудвин. — Уж больно он шустрый мальчик! Как бы не сунулся куда не надо и не попал в неприятности.

— Да уж! С этим плутишкой не знаешь, чего ожидать, — отозвался Бомстаф. — Анри очень смышленый мальчонка, но он не бывал нигде, кроме Марселя, так что здесь он вряд ли сумеет что-то сделать. Чтобы найти колдуна, нам не на кого рассчитывать, кроме самих себя.

— Да, пожалуй, ты прав, — невесело согласился Гудвин.

Константинополь теперь казался ему таким огромным и запутанным городом, что он и сам засомневался, сумеют ли они отыскать в нем Кастанака. В Марселе они узнали, что волшебник почти никогда не выходит из дому, так откуда же здесь взяться человеку, который бы его знал?

— Не кручинься, старый дружище, — подбодрил его Бомстаф. — Когда все идет хуже некуда, тут-то обыкновенно случается что-то такое, отчего мрак рассеивается, причем, как правило, когда ты меньше всего этого ожидаешь.