Артем Лунин - Перед бурей (СИ)

— Скажешь тоже! Не тянешь ты на неё!..

Девочка, которой было отказано в прозвище, удивлённо захлопала ресницами.

— А, так ты в этом не рубишь… Ладно, потом объясню.

Ждать "потом" пришлось довольно долго. Дикарка с Искрой добрались до Угла, в этом небольшом квартале рядом с Тошниловкой постоянно кучковались сомнительные личности и пахло брагой.

— Вот, пожалуйста. Известный рассадник заразы и всего городского отребья, — как приветливая хозяйка, знакомящая гостей со своим домом, сказала Искра. — Тебе, небось, и не приходилось такое видеть?..

— Можешь мне не верить, но я видела и похуже, — играть почти не пришлось, горло перехватило по-настоящему. Дикарка даже удивилась. Поди ж ты, считала самонадеянно, что за эти годы всё позабыла. Грязь и нищета Тухлого Угла всё живо напомнила. От прошлого не убежать, гласит одна тесха…

Искра глянула недоверчиво.

— Это где?..

— В рабских бараках.

Воровка посмотрела на неё и замотала головой.

— А что ты там делала?

— На экскурсию ходила! — огрызнулась Дикарка. Нет, она бы не погнушалась рассказать — скупо, как будто неохотно, чтобы собеседница прониклась сочувствием, тогда можно попробовать вызвать на откровение… Но девочке показалось, что она разревётся, едва скажет слово. Потом. Заодно и можно будет составить речь, подобрать более правильные выражения, интонацию отрепетировать…

— А, ну ладно, — Искра замолчала. Дикарка подумала, что ей незнакомо это слово — в самом-то деле, откуда бы беспризорнице…

— Так вот, перед вами задворки Тошниловки, именуемые Тухлым Углом, — деловито заговорила беспризорница. — Посмотрите налево, направо или прямо, всё равно можно увидеть одно и то же…

Дикарка посмотрела налево, на неё, с величайшим изумлением. Знакомо!..

— …Мерзкие одёнки нашего города. В Таноре есть места и отвратительнее. Их два-три. Здесь торгуют эльфийскими настойками местного разлива. Тут печатают срамные картинки. Здесь, как видите, курильня. К этим людям я бы не советовала подходить без взвода городской стражи, вот только стража здесь не появляется.

Не будьте здесь как дома. Ходите оглядываясь, держите руку на кошельке… а другую на рукояти ножа или громобоя.

— Ну, хватит, — пробормотала Дикарка. По её мнению, Искра излагала это даже чересчур громко. — Откуда ты знаешь, что такое "экскурсия"?

— Среди беспризорников есть разные люди, — поведала Искра. — Одна девчонка так прямо из Стата, и семья у неё была не то чтобы богатая, но городская, культурная… В общем, ей доводилось бывать в ихних знаменитых музеумах.

И, вот ещё что… Не вздумай кого спрашивать о прошлом. Тут не только доской может прилететь. Другое дело, если сами вдруг будут рассказывать. А и будут, не развешивай уши. Редко кто правду скажет. Есть у нас один выдумщик, он душещипательных историй по десятку в день выдаёт, для самых мелких, которые попрошайничеством… да мы все сочинять такое мастера.

— Ясно. Не верь никому.

— Мне ещё придётся объяснять народу, кто ты, — вздохнула Искра.

— Ну, сочини что-нибудь, — предложила девочка.

Искра задумалась, разглядывая её.

— Ну. Давай так — ты когда-то беспризорничала точно так же, как мы, но тебя… вроде как удочерили… гм, наверное, какая-то семья военных…

— Я предложила тебе сочинить, а не предсказывать прошлое, — голос Дикарки прозвучал безжизненно и глухо.

— Хочешь сказать, что я вроде как угадала?

— Почти во всём. Как?

— Беспризорничала… ну, вроде ясно, взгляд у тебя такой… Теперь явно голодать не приходиться, значит, нашла себе опекунов. Одежда из дорогой ткани, но неяркая, практичная, безо всяких украшений, вставок — значит, опекуны небедные, но не из купцов, те горазды пыль пустить в глаза, да и не позволили бы они тебе шляться в одиночку. К тому же у тебя волосы короткие, да и мускулы вроде бы имеются. А ещё "иголка" или "бритва" в рукаве. Или "гвоздь"?

— "Гвоздь".

— И кидать умеешь?

— Конечно.

Искра посмотрела с уважением.

— Да. Ещё у нас не принято говорить, кто какое оружие носит и как им владеет.

— Оружие? — Дикарка не сумела удержать недоверчивую усмешку, представив этакую маловозрастную армию, вооружённую "иглами" и "бритвами".

— Чуть ли не каждый хоть кусок стекла носит.

— Бр-р-р! Детям-то…

— Мы не дети, — перебила Искра. — Мы беспризорники.

До самого убежища они молчали.

— Я буду говорить, а ты поддакивать, — сказала наконец Искра.

— Угу, — мрачно отбуркнулась Дикарка, думая, не зря ли она пошла сюда.

— Во-во, именно вот так, — одобрила Искра.

Знакомство с "народом" прошло удачно. Может быть, потому, что всем было не до неё. Облава затронула всех, но, как водится, кто-то из городской стражи распустил язык, нарочно стукнул "своим" обитателям городского дна, или ещё какой-нибудь не скурившийся пока ещё пророк из трущоб почуял грядущие неприятности и предупредил соседей.

"Народ", дети в основном младше Искры принялись наперебой рассказывать ей, что творилось и как они удирали от облавы. Иные попались, потерялись при бегстве. Искра слушала внимательно и разве что не утирала хлюпающие носы. Перебросилась парой фраз с немногими ровесниками, и Дикарка наконец уверилась в своей догадке.

Чумазая, в потрёпанной одежде, маленькая девочка со взрослым настороженным взглядом была здесь чефом. Предводительницей трущобной детворы.

— Слушай… солдатская дочка, — Искра неуверенно пошевелила губами, пытаясь улыбнуться, — всё, расходимся. Отправляйся домой, мне придётся бегать по всему городу наперегонки с этими бахаными стражниками и собирать своих…

— Я тоже бегать умею, — заверила Дикарка.

— Не умеешь. Окраины и трущобы — это тебе не чистенькие улочки центра или Верхнего Города. И мне, может быть, придётся прятаться от стражников.

— А зачем тебе от них прятаться?

— Потому что я — трущобный житель.

— Врёшь.

— Чееего? — обалдела Искра. "Народ" переглянулся, сдвинулся в круг и приготовился смотреть, как будут бить наглую никому не известную выскочку. Дикарка, надо же так назваться!.. Не тянет она, не-а, не тянет. Значит, с неё ещё и за имя причитается.

— Ты вполне себе обычный мальчишка, — Дикарка с ног до головы осмотрела Искру.

Та закрыла рот.

— …Шалопаистый, конечно, немного хулиган…

Недаром она стала чефом. Смелость, именуемая обычно наглостью, — хорошо, но без мозгов далеко не уедешь. Искра сразу сообразила, что ей предлагали.

— Думаешь, получится? — спросила с сомнением. — У меня ведь…