Терри Брукс - Меч Шаннара

Меньон рассеянно посмотрел сквозь густую пелену тумана, его красивое лицо помрачнело.

— Не буду лгать вам, — услышали братья его тихий голос. — У меня нет полной уверенности в том, что мы идем в нужном направлении. Этот густой туман… Вполне вероятно, что мы заблудились или идем по кругу.

Флик с досадой бросил на землю тяжелую сумку с провиантом и укоризненно взглянул на Ши, как бы говоря: «Ведь я же предупреждал тебя насчет Меньона».

Но Ши не сдавался.

— Не могу поверить, что мы заблудились! Неужели никак нельзя выбраться отсюда?

— Почти все возможности исчерпаны. Однако, пока есть силы, надо идти вперед. Да! Вперед! Вперед! — произнес Меньон, и на его лице с трудом появилась деланная улыбка.

Флик с присущей ему горячностью готов был обвинить Меньона во всех грехах. Он, Меньон, еще смеет улыбаться! Но, заглянув в глаза принца, Флик увидел в них выражение бездонной печали, тревоги и отчаяния. Житель Долины сразу смягчился. Слава богу, он не успел обрушить поток несправедливых обвинений и укоров на Меньона, который переживал едва ли не больше, чем они. Он опустился на траву рядом с Меньоном, дружески потрепал его по плечу, и некоторое время все трое сидели в полном молчании. Внезапно Ши осенила мысль прибегнуть к помощи заветных камней. Он поспешно вытащил из кармана мешочек с камнями.

В то же мгновение путники вздрогнули и резко вскочили на ноги. Как они могли забыть об этом? Это невероятно!

— Эти камни могут помочь нам! — с дрожью в голосе воскликнул Ши.

Ши осторожно, трясущимися руками достал голубые камни, которым предстояло решить его судьбу и распорядиться жизнью путников. И все трое в немом изумлении и страстном волнении впились взглядом в камни Эльфов, словно ожидая той заветной минуты, когда эти магические камни проявят свои сверхъестественные силы и помогут им выбраться отсюда. Камни лежали на ладони Ши.

— Подними их выше! — посоветовал Меньон. — Возможно, для них нужен более яркий свет.

Житель Долины сделал все так, как ему сказали. Все трое неотрывно смотрели на сверкающие голубые грани камней. Однако ничего не происходило. Все было по-прежнему. Ши вспомнил, что Алланон наказывал ему прибегать к помощи камней лишь в самой опасной, критической ситуации, когда будут использованы все другие шансы на спасение и останется этот последний шанс… Может, поэтому камни молчат и не хотят действовать? Но, как бы то ни было, он вдруг со всей ошеломляющей очевидностью понял, что не знает, как надо использовать эти камни, как заставить их проявить свои чудесные свойства. В голове у него потемнело, земля ушла из-под ног. Рухнула последняя надежда. Минуту спустя он с отчаянием посмотрел на друзей.

— Ши! Еще раз попытайся что-нибудь сделать с ними! — взволнованно прозвучал голос Меньона Леа.

Ши стал старательно тереть гладкую поверхность камней, сгреб их в ладони и стал легонько подбрасывать, перемешивать их словно при игре в кости. Потом подбросил их высоко над землей и поспешно поймал, боясь, что сырая земля может повредить их. Он бережно вытер камни, и они, казалось, сверкнули неожиданно ярким лучом, который стал медленно притягивать молящий взор юноши. И Ши устремил все силы своей души, всю боль и надежду свою вложил он в этот страстный взор, которым он впился в камни Эльфов.

— Может быть, тебе следует поговорить с ними… — робко заметил Флик. В его голосе теплилась надежда.

И вдруг в сознании Ши четко вырисовалось худое темное лицо Алланона. Взгляд из-под нависших бровей сосредоточился на Ши и, казалось, излучал мощный поток энергии. И тут Ши понял, что на камни Эльфов нужно воздействовать другим путем. Крепко зажмурив глаза, юный житель Долины раскрыл ладонь, на которой лежали голубые камни, и сосредоточил всю силу своей мысли, пытаясь передать камням свою волю. Мысленно он просил камни Эльфов помочь им. Прошло много времени, возможно, несколько часов. Наконец, он открыл глаза и увидел, что его друзья с напряженным вниманием смотрят на голубые камни Эльфов, ожидая помощи. Камни, поблескивая в серебристом тумане, по-прежнему отливали яркой голубизной.

И внезапно камни вспыхнули ярким светом. Вокруг них образовалось ослепительное голубое свечение. Путники в изумлении закрыли глаза руками. Сияние было столь сильным, что Ши в испуге чуть не уронил камни на землю. Лучи, исходившие от магических камней, становились все ярче и ярче, освещая мертвую местность вокруг них так, как это не смогло бы сделать даже полуденное солнце. Переливы света от ярко-голубого до темно-синего заворожили присутствующих и лишили их дара речи. Между тем голубое сияние продолжало расти, освещая местность на тысячи ярдов вокруг, — и неожиданно в этом чудесном свете путешественники явственно увидели Черные Дубы, к которым они так стремились. И здесь волшебный свет стал постепенно меркнуть, а густой серый туман, окружавший спутников, стал вновь обволакивать плоскогорье. Через несколько минут сияние угасло совсем, и на ладони Ши опять лежали три голубых камня.

Первым пришел в себя Меньон — широко улыбаясь, он с силой хлопнул Ши по спине. Быстрым движением закинув свою сумку за плечо, он показал готовность продолжать путь, а его глаза были прикованы к тому месту, где в голубом свечении возникли очертания Черных Дубов. Ши торопливо положил камни Эльфов в карман, и оба жителя Долины, последовав примеру Меньона Леа, перекинули через плечо свои сумки. Не говоря ни слова, быстрыми шагами они направились туда, где они ожидали в скором времени увидеть долгожданный лес. Внезапно прекратился дождь, который так мучил их в течение пяти дней, и стал рассеиваться густой серый туман. И вслед за этим исчезло гнетущее чувство, которое владело ими еще минуту назад. Теперь они убедились, что окончательно смогут выбраться из этих проклятых мертвых земель и их путешествие может увенчаться успехом. К ним вернулись прежние силы. У них не было ни тени сомнения в том, что волшебные камни указали им правильный путь. Черные Дубы были самым ужасным лесом в Южных землях, но, несмотря на это, они казались нашим путникам райским прибежищем в сравнении с мертвой землей Клете.

Время тянулось очень медленно. Прошли часы, а может быть, минуты, когда неожиданно сквозь сгущающиеся сумерки перед ними возникла стена из могучих деревьев. Их мощные, покрытые шершавой темно-коричневой корой стволы напоминали одетых в панцири воинов-великанов. Строй этих воинов казался непроницаемым, а опускавшаяся темнота придавала этому лесу суровый и величавый вид. Какая-то грозная сила исходила от этого могучего лесного мира. Впечатление мощи и силы усугублялось тем, что деревья были очень старые. Древние исполины словно встали из глубины веков перед изумленными путниками, которые застыли, пораженные этим величественным зрелищем. Ничего подобного нельзя было увидеть в этом мире.