Игорь Шелег - Нужно просто остаться в живых

— Сейчас увидишь, — усмехнулся я. Так получилось, что кое–кому в этом мире я уже преподнес сюрприз. Преподнесу его и сейчас.

— Ну, если ты знаешь, как бороться, то положи Лукаса пару раз на спину, как и обещал, хотя бы пару раз. А то он трепаться любит, но отец его в клане много пользы приносит, вот и терпят паренька. Ты уж научи его, я в тебя верю, чем‑то ты на гнома похож. А с меня тогда и плотный ужин и с комнатой я договорюсь, — по глазам вижу, что Бран мне не поверил, ну да ладно.

— Иди, заказывай, — улыбнулся я, завязывая пояс. Мастер я не сильный, да и высок для борьбы, как мне всегда говорили, но бросить его пару раз смогу.

— Ну, давай, удачи! — крепко пожал мне руку Бран и пошел. Лекс молчал весь наш разговор с Браном.

— Да ладно ты… Живы будем — не помрем. Главное, верь в меня.

— Да я верю. Иди уже, ждут! Удачи! — и хлопнул меня по плечу. Куртка, как ни странно, не была мала. У гномов широкие плечи, с этим никто не сравнится.

— Борцы в центр! — прозвучала команда. — Не кусаться, не драться, за волосы и уши не хватать, в глаза пальцами не лезть. Уважайте друг друга! Работаем по времени, — указал он на песчаные часы, что стояли рядом с барабаном. — Понятно?

— Да, — я кивнул головой.

А вот противник повел себя следующим образом. Повернувшись к залу, он сказал:

— Господа гномы, если этот крестьянин хоть раз меня бросит, то я обеспечу его и его подружку, — указал он на Лекса, — полным пехотным комплектом, — и засмеялся. В зале наступила тишина. По лицу судьи я понял, что сержанту будет потом за эти слова очень обидно и больно.

Лукас с улыбкой подошел ко мне.

— Я готов, — вальяжно бросил он. А я подумал, что уроды есть везде, как у гномов, так и у нас.

— Начали!

Гном прыгнул на меня, можно сказать, даже как‑то беспечно, пытаясь сократить расстояние до минимума, особо не заморачиваясь. Он пытался просто захватить курточку и бросить, не ожидая от меня никаких действий. Зря.

С поворотом корпуса влево кругом, отнес левую ногу по дуге назад вправо и поставил левую пятку возле левого носка противника. Вуаля, передняя подножка в действии. С ничего не понимающим лицом гном и ляпнулся об деревянный настил. Быстро встав, так же на меня прыгнул и упал, разлегся на полу. Третью атаку он начал более продуманно. Показав обманное движение, вошёл в ноги, теперь уже моя спина почувствовала мягкость дерева, что пружинило подо мной. И не так‑то и больно, главное, выставить руки и сделать самостраховку.

— Стоп! — голос судьи остановил поединок.

— Так как наш гость не знает о нашей борьбе лежа, хоть и демонстрирует неплохую борьбу в стойке, я решил, что бы все было по–честному, считать только броски, убрав всю борьбу лежа. Вам понятно? — с каким‑то даже проснувшимся уважением спросил судья.

— Да, понятно.

— Вам? — это он гному

— Да! — тот явно был в нетерпении. Его потряхивало.

— Начали.

Гном опять прыгнул, но как‑то странно. Я совершенно не понимал его замысла. Поэтому не стал делать переднюю подножку. Захватил куртку под локтями противника. Сделал правой ногой шаг вправо вперёд, так, чтобы ступня повернулась влево и была параллельно полу. Одновременно сделал сильный рывок руками влево вверх, как бы стремясь перебросить противника через левое плечо. Как только гном привстал на носки, продолжая рывок руками и усиливая его прогибом корпуса, вставил ногу, не давая сделать шаг вперёд. Опять оглушительный шлепок. На этот раз я сам помог ему подняться, потянув за рукава на себя, сделал бедро с захватом за рукава. Надо отдать должное гному, он не был новичок и, поняв смысл моих движений, чуть–чуть на расстоянии и, используя свое сжатое крепкое телосложение, сделал проход в ноги и бросок. Так и проходила схватка. В конце я порядком устал. Руки тряслись, пот капал со лба на нос. В конце я только с трудом держался на ногах, стараясь удержать противника за счет длины рук.

А он все кидал и кидал. Я бы даже сказал, что гномы трехжильные. Сам я был далеко не слабак, да и последние события сделали меня только крепче. Вывод один, я давно в этом не практиковался. Когда‑то выверенные отточенные движения где‑то забылись. Мы падали и вставали, чтобы опять встать и упасть. После очередного прохода гнома мне в ноги, в память влез один редкий прием. Вряд ли гномы его знают. В то время, когда гном входил в ноги, я сделал шаг левой назад, и когда он взял за правую ногу, дернул его за левую руку вниз, а сам вторую ногу перебросил к нему на плечи. Красивого броска не получилось, гном хоть и завалился на меня, но больше от неожиданности, хотя болевой провести получилось. Я очень устал, все болело и натерло. И если по моим прикидкам мой противник был как выжатый лимон, то я как выжатая половая тряпка.

Удар барабана я воспринял, как свою победу, я выстоял, выдержал. Честное слово, в этих часах было никак не пять минут и не десять. Курточка буквально пропиталась потом. Мы с гномом сошлись и обнялись. Вот совсем другое дело. Жаль, что некоторым нужно доказывать свое право на уважение.

Судья объявил результаты: — С отрывом победил Лукас Гирн, — аплодисменты и приветливые крики прошлись по залу. — И давайте поприветствуем нашего нового посетителя, Влада Чудного, — зал взорвался. — Первый человек за всю мою жизнь, что мог не только падать, но и бросать. Будьте нашим гостем, Влад, отдыхайте.

Я пошел за нишу, там уже стояла бадья с горячей водой, и полотенце висело, кое‑как залез в ванну. Отлично. Потом подошел Лекс с улыбкой до ушей, сказал, что им предоставили комнату на три дня с едой, причем за счет заведения. Наконец‑то отдохнем нормально. Потом он повел показать мне комнату, где сам он оставил деньги. Я сильно не рассматривал, все мое внимание привлекла огромная кровать. Только голова моя коснулась подушки, как глаза начали сами собой закрываться. Но едва я подумал, что мне еще и кушать хочется, как сквозь меня прошла целительская освежающая волна. Заряд бодрости опять поднял меня в вертикальное положение. Кроме меня и Лекса никого в комнате не было, он поманил меня к себе и шепнул на ухо:

— Вопросов не задавай, все расскажу потом, — и потом уже громким голосом: — Пошли есть.

И мы пошли вниз за обещанным Браном ужином. Все интересней и интересней. Здорово, когда есть такие друзья.

Глава 8

— Да он все равно не гном. Мы можем ему ничего не давать, и пусть скажет спасибо, что жив остался! Им и так… — договорить не дали, мощная плюха прекратила поток речи. Зал одобрительно зашумел: — Так его. Так. Поучи его манерам.

— Ты, выкормыш бездны! Тебя чему дома учили!? Тебя учили честным быть и слово держать! Ты по молодости и дурости при честных гномах да при воинах языком мелешь, что то помело. А потом, когда приходится за слова свои ответственность нести, ты как позорный пес опять красноречие свое показываешь. Клан позоришь. Ведь нет у гнома ничего кроме слова его. Не чтишь ты слова и мудрость предков. Я против был, что бы тебе сержанта дали — больно молод. Но тебе в счет отца твоего дали, понадеялись, что таким же честным гномом будешь. А ты? Ты нашего проверенного боем брата обмануть хочешь! — голос принадлежал Брану и тот был чрезвычайно зол. Мы подошли к кругу в конце этих слов.