Владимир Лосев - Месть Демона

— Трудно сказать, — сестра задумалась. — Я никогда не анализировала тебя. Ты всегда был моим братом, и всегда двуликим.

— Что?!

— Это я вспоминаю сейчас, как тебя ощущала с детства, — улыбнулась сестра. — Я всегда знала, что у тебя два лица, одно то, что мне хорошо известно, сейчас с ним разговариваю, а второе, какое-то печальное что ли, и прости, оно умнее тебя…

— Умнее? — я даже захлопал глазами от неожиданности. — Разве такое возможно? — В нашей семье, возможно, все, — сестра улыбнулась. — Тот второй, он другой, явно умнее, решительнее и одновременно несчастнее, чем ты. Это все, что я могу тебе сказать, больше я ничего разобрать не могу. Ты не совсем человек…

— Что?!

— Это все, что я могу тебе сказать, — сестра поцеловала меня в щеку. — Но ты мой брат, пойдем, Сергей ждет.

— Но что значит, что я не совсем человек?

— Не знаю, ты же и сам знаешь, что не все можно объяснить, многое так и останется тайной.

Мы вышли из дома, «Рено» — хорошая французская машина, собираемая где-то в Питере, стояла у подъезда, Сергей — муж сестры сидел за рулем. Мне он нравился, хороший парень, душа любой кампании, неплохо зарабатывает, и всегда реален в своих мыслях и мечтах.

— Потом договорим, — сестра помахала мужу рукой. — Сейчас просто забудь обо всем.

События разделяет часто не только время, но и расстояние. Сейчас именно такой случай — все, что происходило с тобой, находится в трехстах километрах от нас. — Мне еще придется туда вернуться… — А будет ли что-то еще происходить, или не будет, поживем-увидим…

Люди думают, если они ничего не видят,то этого не существует.Они ошибаются, еще вчера беда казалась такой далекой,а сегодня она стучится в твое окно.

Прочитал я довольно мрачно.

— А вот это уже не смешно, — сестра открыла дверцу машины. — Не надо, нам стучаться в окна, ни сегодня, ни завтра. У нас лето, и нам хорошо…

— Да, ты права. Прости, прочитал первое, что пришло в голову…

— Все ругаетесь? — пробасил добродушно

Сергей, протягивая мне руку для рукопожатья. —

Люблю за вами наблюдать, еще вчера друг о друге вздыхали, переживали, а сегодня уже ссоритесь.

Мы не ссоримся, а выясняем отношения, это разные вещи, — сестра села с ним рядом, чмокнув мужа в щеку. — И это не мешает нам друг друга любить.

Сергей открыл мне заднюю дверь:

— Садись, бедолага. Вижу, что пришло время отметки, как быстро год прошел…

Увы, над временем никто не властен,Оно не знает орденов и званий.И генералы умирают также, как рядовыеИ все лежат в одной земле…

Прочитал я.

— Опять в миноре? — полюбопытствовал Сергей. — Большие проблемы? Выгнали, наконец, из сторожей?

Я залез в машину и пожал протянутую руку:

— У меня всё как всегда, тучи то собираются, то разбегаются, но из сторожей пока не выгнали. Рад тебя видеть в добром здравии и настроении. Как карьера?

— С карьерой все нормально, без больших проблем. Хочешь, тебе что-нибудь в своей конторе подыщу? Образованье у тебя есть, голова светлая, хватит тебе в глухомани сидеть, перебирайся к нам. Места всем хватит… — Я подумаю, только в ближайшее время буду очень занят, а вот потом, если ничего со мной не случится, мы поговорим.

— Я и говорю о будущем, а не о завтрашнем дне, — улыбнулся Сергей. — Как только найду что-нибудь приличное, сразу тебе сообщу. Тогда и будешь принимать решение. Кстати, мог бы чаще у нас бывать, было бы легче решать такие вопросы.

— В прошлом году я был у вас два раза — зимой и летом.

— Помню-помню, и каждый раз по три дня, даже не успел погулять. В этот раз мои мальчишки для тебя обширную культурную программу подготовили — рыбалка, грибы, ягоды, так что скучать не придется. Надолго?

— Неделю поживу, может чуть больше…

Сергей не знал обо мне ничего, или почти ничего. Ему, конечно, сообщили, что у меня редкое заболевание, из-за которого я не могу употреблять алкоголь, но не уточнили какое.

Он, вероятно, считал меня алкоголиком, которого закодировали. Никто не собирается его в этом разубеждать. Относился он ко мне неплохо, считал, правда, про себя неудачником и бездельником, и вероятно в этом прав.

Машину он вел лихо, стрелка зависла возле ста сорока, иногда перескакивая на сто семьдесят, поэтому вместо сорока минут, мы уже через двадцать въезжали в дачный поселок.

Мальчишки нас ждали, уже издалека заметили, открыли ворота и впустили Гено на ухоженный чистый двор дачи. Оба мальчика были похожи на Сергея, такие же улыбчивые и коммуникабельные.

Иногда, правда, в них проявлялось наше. Тогда они замолкали на половине слова, в глазах появлялась растерянность, словно сквозь то, что они видели вокруг, проступало что-то неведомое и загадочное…

Едва я вышел из машины, как они наперебой стали рассказывать, какие развлечения для меня приготовили, показали удочки, сапоги и наживку, а также огромное лукошко для грибов.

Почему-то я не удивился тому, что меня ждали и готовились к этой встрече, хоть даже сам не знал, что приеду сюда. Зато знала моя сестра, не сомневаюсь, что уже за неделю до моего приезда было об этом объявлено.

Я выслушал от мальчишек все местные новости, где лучше ловить, что собирать, и когда мы завтра встречаемся, а потом сестра отвела меня к соседнему дому Соседи оказались зажиточными людьми.

Дом, за которым мне было разрешено присматривать, оказался трехэтажным, со всеми городскими удобствами и даже с горячей водой, если помудрить с водонагревателем.

У меня все получилось, я вымылся в современной душевой кабинке и лег на пол, глядя, как ночь постепенно заполняет все пространство, разбрасывая по просторным комнатам полотнища густого мрака.

На оконном стекле колыхались тени от ветвей деревьев растущих во дворе, а в соседнем саду слышались голоса моей сестры, Сергея и мальчишек.

Я лежал в полудреме, в общем-то, уже не очень понимая, где нахожусь и что делаю, понемногу растворяясь в сумраке и теплом воздухе, пахнущей черемухой, яблоками и влажной землей, пока не исчез окончательно.

Есть нечто печальное и приятное в том, что твои мысли начинают путаться, и ты уже не очень-то осознаешь, спишь, или нет.

То, что еще минутой назад казалось реальностью, вдруг становилось сном и наоборот, то, что казалось нереальным, вдруг оказывается чем-то находящимся рядом с тобой. Я спал в огромном доме, тревожно прислушиваясь к приближающимся шагам, которые были мне знакомы, и знал, кто идет, хоть темнота не позволяла разглядеть даже силуэт.

Он явился из глубины сада, сел рядом на пол и стал рассказывать мне о том, что происходит в нашем городе, и кого убьют следующим.