Калашников - Муж амазонки

   Испытания образцов показали, что он на перспективном пути - получилось не оконное стекло, а то, которое плохо резалось. Только было оно лучше, прочнее. Один из вариантов со средним временем остывания так и не сломался, а согнувшись дугой, соскользнул с опор, позволив грузику достичь пола. Конечно, свойства этой варки отличались от того, что когда-то вышло у него случайно - он ведь не знает, какое количество недосчищенного с разбитого зеркала золота попало туда на осколках. Зато теперь, сварив эту же рецептуру с добавкой к ней ещё одной четвертушки соскоба, получил материал с новыми свойствами, а потом ещё и ещё.

   Затем, наоборот, разбавил варку чистым стеклом и выяснил, что полученные данные прекрасно ложатся на те же самые графики зависимости прочности от количества присадки и скорости остывания.

   Тем временем благополучно завершилось лето, на плантациях под руководством агронома собрали обильный урожай всего, что было посажено. Кладовые и амбары полны. В их подземном доме стало уютней, потому что солнечный свет проникает в помещения и ощущение мрачноватости пропало. Да и чистые ровные деревянные полы сделали его по-настоящему тёплым. Какой-то парень, школьный друг Тимохи, приехавший по его приглашению, не увлёкся, однако, двигателем, дела с которым по-прежнему не ладились, а подключился к работам со стеклом. Дозорные из секретов не приметили ничего тревожного - только коробейники изредка проходили вдоль западного берега топей, курсируя с товарами из Комина в Заболотье. В Болоцк они обычно приносили сливочного маслица в плетёных коробах на собственных спинах. Лошадей, даже под вьюками на этом маршруте они использовать опасались из-за той самой речки с топкими берегами, на переправе через которую когда-то задержались похитившие амазонку степняки.

   Плоская дубинка, изготовленная из одного варианта нового стекла, перерубила деревянную. Перелили её в топор, и оказалось, что свойства инструмента изменились кардинально. Он не раскалывался, как обычный каменный, если ударить им сильнее, чем положено. Медленнее тупился, зато легче затачивался.

   А Базиль размышлял над тем, какие чудеса сулит этот удивительный мир человеку наблюдательному и думающему. И вспоминал о том, что всего два металла, встречаются в мире - золото и платина. Добавка одного из них привела к удивительному результату. А не попробовать ли с другим? Всего-то делов, выписать из их Большого Королевства лабораторный тигелёк - чай не поскупится папенька на затеи сыночка!

   ***

   Завершение творческого запоя совпало с началом осенних дождей. Базиль, словно проснувшись после долгого сна, смотрел на произошедшие вокруг изменения. Удобные мастерские с большими запасами сырья и материалов, Завершённые ворота крепости, новые кораблики на глади болот. Они теперь сшиты из пропитанной коры и имеют не два корпуса, а три. Средний подлиннее и пошире, а по бокам вытянутые поплавки, как раз в длину надстройки. Вместо ластохода на них у самой кормы установлены два гребных колеса с педальным приводом. Гребец, расположенный над ними, смотрит вперёд через крышу рубки и подруливает простым незамысловатым румпелем.

   На случай ненастной погоды в его распоряжении имеется прекрасный непромокаемый плащ с капюшоном, так что тот факт, что расположен он не внутри защищённой надстройки, не вызывает слишком сильных переживаний о комфорте. Зато обзор лучше, нет скованности в движениях, да и воспользоваться веслом или шестом рулевому значительно проще - на болотах постоянно приходится крутиться в теснотах и узостях. Так что вот такая концепция основного корабля топей сложилась после опробования нескольких вариантов.

   Старые катамараны служат по-прежнему, на близких маршрутах, в основном, или в качестве стационеров в секретах. Тримараны оказались куда как ходче. То ли благодаря более гладкой обшивке, то ли из-за более эффективного привода. Но все в один голос утверждают, что бегают они шустрее и меньше утомляют экипаж.

   А вот брошенная затея с двигателем на земляном масле Базиля огорчила. Жалко, что не совладал с ней Тимоха. Ну, это ничего. Пока у Его Высочества сильно чувство крыльев за спиной - это после работы со стёклами, которые словно открыли перед его внутренним взором новые горизонты. Так вот, пока в наличии имеется приподнятое настроение и зуд в руках соорудить нечто необычное - этим стоит воспользоваться.

   ***

   После подробного допроса своего старого школьного товарища, Базиль выяснил, что ничего систематического в проведённых им работах не просматривается. Неудивительно - так они и действовали, ещё когда трудились вместе. Озарение - проверка. Новое озарение - новая проверка. Ни капельки не похоже на его осторожные шажки по исследованию стёкол. Не надо бы так. В вопросах, связных с новинками спешить следует не торопясь.

   Долго колдовали с горелкой. Тут, кроме выбора оптимальных форм сопла и диффузора, надо было ещё разобраться с собственно горением, которое, в зависимости от скорости подачи воздуха и топлива давало разные результаты. Так что сначала справились с регулировкой интенсивности дутья, а потом и с поступлением горючего поколдовали. И вот тут-то подгруженный камнем мех, позволяющий разгладить толчки от поршневого насоса в ровный поток, Базиль и вспомнил. Потом - сообразили, как этот поток уменьшать или увеличивать краником, потому что регулировать мощность частотой качков уже не получалось, а потом и на топливной трубке приладили тоже самое.

   Дело в том, что одна из рецептур упрочнённого стекла давала относительно вязкую композицию, пригодную как для изготовления самых разные трубок, так и собственно на то, чтобы сделать из неё сам краник, и не боялась эта композиция ни жара, ни механических смещений. Вернее, механических смещений боялась не настолько, насколько керамика, а жара - значительно меньше, чем древесина или кожа. Вскоре, после ряда экспериментов, они героически получили ту же самую горелку пережигалки древесных стволов, с которой, собственно, и начинал свои эксперименты ещё Базиль, до приезда Тима. Уфф. Ну, что же, значит, не ошиблись. Хотя и получился у них проход по круговому маршруту с возвращением в точку старта. Только с применением новых материалов на этот раз, но принципиально ничего нового изобрести им не удалось.

   Помещение этой самой горелки в камеру с узким выходным отверстием дало неожиданно заметное увеличение тяги. Наверняка установить в чём дело у них не получилось, но догадка пришла, пусть и на самом краю понимания - загвоздка в скорости истечения реактивной струи, и, чем жарче в камере, тем эта струя истекает быстрее. А потом к этому соплу приладили снаружи диффузор, и тяга снова возросла - это они устроили эжекторный насос, только качал он не воду, а окружающий воздух. Печально, конечно, но до тягового усилия, соизмеримого с тем, которое создавали дрыгучие образцы, эта конструкция сильно не дотягивала, хотя поток разогретого воздуха ощущался даже на расстоянии в десяток шагов.