Дженна Блэк - Мерцающие врата

— Это меня не убьет, — сказал он. — И помни, я обещал, что не воспользуюсь тем положением, в котором ты оказалась. А я держу свои обещания. Все, что я хотел, — это поцеловать тебя.

— Правда? — спросила я, и, видимо, в голосе моем звучало недоверие. Я осторожно посмотрела на него из-под опущенных ресниц.

— Почему тебе так трудно в это поверить? — спросил Итан.

— Ну, потому что ты… старше меня и… ну… — Господи, помоги мне! Я не хочу говорить об этом и тем более не хочу выставлять себя полной дурой. Но мозг все еще не пришел в себя, и я не могла составить ни одного внятного предложения.

Итан помог мне сам, высказав наконец вслух то, что я слишком стеснялась сказать.

— Только то, что я не девственник, не значит, что поцелуй для меня превратился лишь в средство достижения цели. Хочешь верь, хочешь нет, но сам по себе поцелуй — это прекрасно. Я люблю целоваться.

И он посмотрел на меня с такой улыбкой, от которой у меня мурашки побежали по коже.

— Так все, что ты хочешь, — это поцелуй? — уточнила я. Внутренний голос шепнул мне, что я ступила на скользкую дорожку. Но я велела внутреннему голосу заткнуться.

— Ну, возможно, не один поцелуй, но в целом, да.

Но я все же сомневалась.

— Послушай, если я заставлю тебя делать то, чего ты сама не хочешь, ты никогда больше не сможешь мне доверять. Я не стану рисковать так сильно.

Я немного расслабилась. Мне надоело сопротивляться, сопротивляться потенциальной угрозе, себе, ему. Так что пошло все…

Я подняла подбородок и посмотрела Итану прямо в глаза, словно я была самой смелой девчонкой на свете.

— Хорошо.

На этот раз я не села к нему на колени. Мы сидели рядом, он склонился для поцелуя. Как только его губы коснулись моих, по мне словно пробежал электрический разряд — от кончиков пальцев до корней волос, и вдруг стало совершенно просто ни о чем не думать, а только чувствовать.

Он осторожно целовал меня, и я задыхалась от удовольствия. На этот раз ему не пришлось долго ждать — я сама разомкнула губы для поцелуя и почувствовала его язык. Снова мурашки электрическим разрядом пробежали по телу, и я обхватила руками его голову, погружаясь в его черешневый вкус, в ощущение его всего — целиком. Все мои мышцы расслабились, в голове словно клубился легкий туман.

Я вдыхала запах Итана, ощущала тепло его тела, его поцелуи, а внутренний голос молчал. И вот мы уже оказались на кровати. Моя голова покоилась на подушке, а Итан склонялся надо мной, и его грудь касалась моей. Дальним уголком сознания я заметила, что своим телом он прижал камею к моей коже и что кулон снова странным образом нагрелся. Но тут Итан стал поглаживать меня поверх рубашки, и я вообще перестала соображать. Он не касался никаких… чувствительных точек. Но я уже всем телом предчувствовала, что может быть… И если бы мои губы не были заняты поцелуем, я попросила бы его нарушить слово, данное мне.

Его язык ритмично двигался у меня во рту, и я застонала от предчувствия большего. Каждый мой нерв вибрировал, внутри словно рождалось солнце, теплое и пульсирующее, и это было та-ак прекрасно!

И я не думала, почти совсем не думала, и в голове клубился туман, вот только где-то очень глубоко, на каком-то подсознательном уровне, все это мне что-то напоминало. Звон в ушах, тепло, головокружение… Что-то, связанное с поссетом Кимбер…

И тут до меня дошло — да так резко, что обухом по башке огрели. Туман в голове тут же рассеялся. Всего этого просто не может быть, поняла я. Не могла я из трусливого нервного комка превратиться в один миг в раскрепощенную сексуальную женщину, которая знает чего хочет. Не могла — без посторонней помощи!

Я оттолкнула Итана и вскочила на ноги. Я дышала часто-часто, пульс скакал, но я точно знала: все это дело рук Итана. Все, кроме поцелуя.

— Что ты сделал со мной? — воскликнула я.

Итан даже притворяться не стал, что не понимает, о чем я говорю.

— Успокойся, не надо так, — сказал он. — Это было крошечное заклинание, просто чтобы помочь тебе расслабиться.

Я смотрела на него в ужасе.

— То есть заклинание на соблазнение? — выпалила я.

От унижения у меня пылало лицо, мне хотелось сжаться в комок и умереть. Как можно было быть такой дурой? Почему я не послушалась Кимбер?

Итан нахмурился — так, словно его удивила моя реакция.

— Нет. Ты все неправильно поняла, — сказал он и сделал шаг мне навстречу.

Я не рассуждала. Я просто поддалась ярости, боли и да, страху, раздиравшим меня изнутри. Как только он подошел достаточно близко, я что есть сил врезала ему коленом между ног. Он согнулся пополам и схватился обеими руками за больное место. А я рванула со стола керосиновую лампу и выскочила из комнаты в туннель, надеясь изо всех сил, что на этот раз сумею найти дорогу.

Глава тринадцатая

Я бежала, и слезы катились у меня по щекам. Я пробегала один туннель за другим, стараясь считать их, чтобы и не сбиться с пути, и как можно скорее оказаться подальше от проклятой комнаты, где Итан вот-вот придет в себя. Я даже не утирала слезы, я просто неслась изо всех сил, пока мне не стало больно дышать, а ноги не подкосились. Я свернула два раза — по моим подсчетам, этот путь должен был вывести меня к цивилизации, но ни вывески ночного клуба, ни лестницы наверх, ни звука голосов — ничего не было. Я продолжала бежать, надеясь, что просто не рассчитала расстояние, и клуб вот-вот покажется, но увы. Я попыталась вернуться немного и посмотреть, не проскочила ли я нужный поворот, но я понятия не имела, сколько времени я уже бегу, так что в конце концов я совсем заблудилась. Осознав это, я почувствовала приближение паники. Я ускорила бег — только не останавливаться, только не дать страху овладеть собой!

Наконец, я все-таки вынуждена была остановиться: усталость взяла верх над ужасом. Я просто рухнула на пол, судорожно глотая ртом воздух. Мне даже показалось, что меня сейчас стошнит.

Ночной клуб должен быть где-то рядом, сказала я себе. Я не могла убежать слишком далеко от него. Кроме того, Итан говорил, что здесь много и других мест. Если я не найду тот самый вход, все же какой-то путь наверх должен мне встретиться. То, что я просто заблудилась, вовсе не значит, что я здесь и умру, как бы… тревожно мне ни было.

Со стоном я заставила себя снова встать на ноги. Я так устала, я была совершенно вымотана и даже представить себе не могла, как буду выбираться отсюда. Но похоже, выбора не было. Я взглянула на лампу и с ужасом поняла, что керосин в ней на исходе.

Спотыкаясь, я двинулась вперед. Я шла и шла, я шла целую вечность. Я старалась не сворачивать, потому что решила: если все время идти прямо, я рано или поздно выйду к противоположной стороне горы, где будет выход. Но как только мне начинало казаться, что выход близок, туннель либо заканчивался, либо делал резкий поворот. И похоже было на то, что я хожу кругами.