Терри Брукс - Волшебник у власти

— Он умеет разговаривать, мистер Витсел, правда. Сейчас его держат в плену в…

Дэвис Витсел чуть не сел.

— Что такое? — перебил он Элизабет. — Ты хочешь сказать, девочка, что твоя собака умеет разговаривать?! Я не ослышался?

Она отступила на шаг, уже побаиваясь, что ошиблась, обратившись к этому человеку.

— Да, как мы с вами, — ответила она. Бородач задумчиво покачал головой:

— Боюсь, что у тебя богатая фантазия, Элизабет.

Элизабет почувствовала себя глупой.

— Нет, нет, я ничего не сочинила, мистер Витсел. Абернети умеет разговаривать. Это так же верно, как и то, что ему действительно нужно попасть в Виргинию, хотя он не знает, как это сделать. Я думала, что вы, быть может, как-то поможете мне. Вы так хорошо говорили, что о собаках надо заботиться, что все мы должны помогать в этом деле. Абернети — мой друг, и я тоже должна ему помочь, даже если он не настоящая собака…

Дэвис Витсел вдруг поднял руку, и девочка умолкла. Он оглядел зал. Последние несколько школьников уже вышли.

— Мне пора, — тихо сказала Элизабет. — Можете вы помочь Абернети?

Он еще подумал немного, потом ответил:

— Вот что я тебе скажу… — Достав из кармана помятую визитную карточку, Дэвис Витсел передал ее Элизабет. — Приведи ко мне эту свою говорящую собаку. Если все без обмана, то я, конечно, помогу тебе. Я отвезу ее, куда она пожелает. Хорошо?

Элизабет просияла:

— Вы обещаете помочь?

— Конечно, — ответил Витсел.

— Спасибо вам, спасибо огромное, мистер Витсел! — воскликнула Элизабет и, схватив свои книжки, убежала с радостным сердцем.

Поглядев ей вслед, Дэвис Витсел махнул рукой, решив забыть об этом деле.

Майлз Беннетт, юрист, работавший по найму, сидел у себя в рабочем кабинете, в доме неподалеку от Чикаго, за столом, заваленным газетами и бюллетенями. Больше всего ему сейчас хотелось выпить. Майлз уже целую неделю работал над этим проклятым делом об установлении корпоративных налогов, но все еще в разрешении столь запутанной юридической проблемы, можно сказать, не продвинулся ни на шаг. Он работал над этим делом днем и ночью, в конторе и дома, и от этой работы Майлза уже буквально тошнило. Вчера он схватил грипп, и сегодня чувствовал себя паршиво. Он уже провел несколько довольно неприятных часов в офисе, после чего принес бумаги домой, пытаясь разобраться в них, пока он еще не забыл сути дела. Удивительно, как он вообще что-то еще соображал, подумал Майлз с грустью.

Он устало откинулся на спинку кресла. Это был здоровяк с густыми темными волосами и с усами, которые были словно по ошибке приделаны к его лицу, выглядевшему в хорошие минуты почти детским. Во взгляде Майлза читались усталость, обида и горькая ирония по поводу человечества, которое с недоверием относилось даже к самым трудолюбивым и добросовестным юристам вроде него. Но что делать? Любимое дело требует жертв, такова жизнь.

Внезапно Майлз вспомнил о Бене Холидее, своем бывшем компаньоне по «Холидей и Беннетт, лимитед», когда им вдвоем все было нипочем. Бен Холидей любил право и хорошо знал его. Майлз покачал головой. Где-то теперь доктор права Холидей? Якобы борется с драконами и спасает прекрасных дам в каком-то загадочном мире, который, возможно, существует только в его воображении…

А может быть, и нет? Майлз сосредоточенно нахмурился. Что касается дел Бена, то тут никогда нельзя ни в чем быть абсолютно уверенным.

Однако надо было возвращаться к работе. Майлз снова стал было просматривать бумаги, но почувствовал, что глаза слипаются. Нужно поскорее заканчивать и ложиться спать.

В это время зазвонил телефон. Майлз не сразу взял трубку. Он был дома один — Марж играла в бридж, дети были у Вильсонов. Когда телефон зазвонил в третий раз, Беннетт нехотя поднял трубку, недоумевая, какого дьявола кто-то решил позвонить именно сейчас. Ему вообще звонили редко, в основном его жена Марж. Он уже предчувствовал неприятный разговор с назойливым клиентом, который звонит домой, хотя можно все решить в конторе.

— Беннетт слушает, — проворчал он.

— Майлз! Это Бен Холидей. Беннетт не поверил своим ушам.

— Это ты, док? — изумленно спросил он. — О Боже, а я как раз только что думал о тебе! Как дела? Откуда ты звонишь?

— Из Лас-Вегаса.

— Из Лас-Вегаса?

— Я звонил тебе в офис, но мне сказали, что сегодня тебя уже не будет.

— Да, решил послать все к чертям и уйти.

— Послушай, Майлз, я вынужден просить о большом одолжении. Может быть, я помешал тебе, когда и без меня хватает дел, но это очень важно. Я бы не беспокоил по пустякам.

Беннетт невольно улыбнулся доктор Бен совершенно не изменился.

— Ну да, человека надо подмаслить, прежде чем жарить на сковородке, — ответил он. — Что случилось?

— Прежде всего мне нужны деньги. Я остановился в «Шангри-Ла» с одним приятелем, но мне нечем заплатить за гостиницу.

На этот раз Майлз рассмеялся:

— Господи, док, но ты же миллионер! Как это у тебя может не быть денег?

— То есть их у меня нет здесь, с собой! Поэтому я и прошу завтра с утра перевести мне телеграфом несколько тысяч. Но только послать их надо на твое личное имя, на Майлза Беннетта. Под этим именем я здесь зарегистрирован.

— Как? Ты воспользовался моим именем?

— Я не мог воспользоваться моим собственным, а ничего другого мне в этот момент в голову не пришло. Не беспокойся, тебе не грозят никакие неприятности.

— Ты хочешь сказать: пока не грозят?

— Перевести деньги нужно в отель, на мой, то есть, собственно, на твой счет. Это можно сделать?

— Да, да, конечно, — ответил Беннетт почти с удовольствием, поудобнее устраиваясь в кресле. — Это и есть то самое большое одолжение?

— Отчасти. Помнишь, Майлз, тебе всегда хотелось узнать, что произошло со мной после того, как я оставил практику? Так вот, считай, что такая возможность появилась. Один из моих друзей, не тот, который со мной здесь, а другой, находится где-то у нас в Соединенных Штатах и попал в беду. Может быть, я ошибаюсь, но скорее так оно и есть. Это необходимо выяснить. Поэтому я прошу связаться с одним из наших агентств по расследованию, чтобы они помогли собрать полные сведения, насколько возможно, о человеке по имени Микел Ард Ри. — Бен повторил это имя по буквам, а Майлз быстро записал его.

— У меня есть основания считать, что он живет в США, хотя и нет стопроцентной уверенности. Это, должно быть, человек очень богатый, живущий как отшельник. Но при том он любит тратить деньги. Ты меня понимаешь?

— Конечно, док, — ответил Беннетт, пытаясь разобраться во всем услышанном.

— Да, и вот еще что, только не возражай с порога. Я попрошу выяснить, нет ли где-нибудь каких-либо сведений, сообщений, хотя бы слухов и сплетен насчет говорящей собаки?