КОНАН И ДРУГИЕ БЕССМЕРТНЫЕ - Роберт Ирвин Говард

вечных снегов Юга. Но даже и они имеют предел, и там, за ними, раскинулся еще один океан — Спокойные Воды. Много островов в том океане, также именуемом Тихим, и не что иное суть эти острова, как горные вершины затонувшей земли, погибшей Лемурии.

Знай же, что материки-близнецы связаны между собою узкой полоской земли. Западный берег северного континента, изломанный, обрывистый, вздымается к небу горами. Но так было не всегда. Когда-то вершины гор были островками посреди воды, и на этих островах поселилось

Безымянное племя, пришедшее с севера. Было это так давно, что человек, взявшийся исчислять минувшие с тех пор тысячелетия, умер бы от усталости. А родилось Безымянное племя в тысяче миль к северо-западу от островов, на широких плодородных равнинах у северных проливов, отделивших северный материк от Азии...

— От Азии!.. — вырвалось у меня. Удивительно ли, что я не смог сдержать изумления?

Старец гневно вскинул голову и несколько мгновений свирепо смотрел на меня. Потом продолжил рассказ:

— Там, во мгле незапамятного минувшего, одолели они долгий путь от чешуйчатого гада, выбравшегося из моря, до обезьяны, из обезьян стали зверолюдьми, и наконец — обычными дикарями. И вот дикарями, воинственными и свирепыми, пришли они на побережье.

Они были великими охотниками, ибо много веков жили охотой. Они были крепкими и сильными телом, не великанами, скорее, жилистыми, быстрыми и могучими, как леопарды. Никто не мог устоять перед их натиском. Они были Людьми, первыми Людьми на земле.

Они одевались в звериные шкуры, а орудиями им служил обколотый камень. Они поселились на Западных островах, на благословенной земле, обласканной солнцем, омытой теплыми водами. И прожили там тысячи и тысячи лет. Там, на плодородных, урожайных землях, они отложили в сторонку оружие войны и постигли мирные искусства. Они стали тщательно полировать свои каменные изделия. Они научились выращивать фрукты и хлеб, обрабатывать землю. Они были счастливы, и боги земледелия с улыбкой взирали на них. Люди выучились прясть, ткать и строить дома. Они в совершенстве постигли выделку шкур и мехов, стали делать глиняную посуду.

Но к западу, за плещущим морем, лежала великая и таинственная Лемурия. И однажды оттуда явились флотилии быстрых каноэ, а в каноэ сидели странные полулюди — Морской Народ. Их предками, вероятно, были морские чудовища: акульи чешуи покрывали их тела, и они по многу часов умели плыть под водой. Народ островов схватился с ними и отбил нападение, но вражеские каноэ появлялись снова и снова, ибо отступники, сыскавшиеся среди островитян, переселились в Лемурию. Там простирались величественные леса, населенные свирепыми тварями и обезьянолюдьми...

Столетие за столетием уносилось в прошлое на крыльях быстролетного Времени. Все сильнее становилось Безымянное племя, все больше процветало его искусство и ремесло. Познания же в войне и охоте постепенно ослабевали. Между тем как лемурийцы медленно, но верно продвигались в том и другом...

И вот настал день, когда земную твердь поколебало великое землетрясение. Море перемешалось с небом, а между ними ходуном ходила земля. Видно, боги пошли войной друг на друга! В громе и грохоте стали тянуться ввысь острова, поднимаясь и вырастая из моря. И наконец сделались горами на западном берегу вновь образованного материка! Зато Лемурия опустилась под воду, оставив после себя лишь большой гористый остров, окруженный островками помельче — бывшими пиками высочайших гор потонувшего материка...

А на западном побережье бушевали вулканы и с грохотом извергали в небо пламя и дым. Бежала раскаленная лава и падала в море, сметая все следы едва зародившейся цивилизации. Плодородная, ухоженная страна в одночасье стала пустыней.

Племя бежало на восток, гоня перед собою обезьянолюдей, и наконец достигло пригодных для жизни равнин, и на много веков обрело там мирную жизнь. Но потом с севера двинулись громадные ледники... И опять люди были вынуждены бежать с насиженных мест. Так началось для них новое тысячелетнее странствие.

Люди отступили на земли южного континента, по-прежнему гоня прочь зверолюдей, тех, кого много позже назовут неандертальцами. Однажды между ними дошло до великой войны, и зверолюди были окончательно отброшены. Они бежали на самый дальний юг и оттуда, воспользовавшись вереницей болотистых островов в океане, перебрались в Африку и, наконец, в Европу; там в то время не было настоящих людей, только полуобезьяны вроде самих пришельцев.

Лемурийцы же, или Вторая раса, тем временем достигли северного континента. Они немало преуспели в развитии и стали странноватым темнокожим народом, невысоким и коренастым, с удивительными глазами, словно бы помнившими неведомые моря. Они не слишком разбирались в земледелии и ремеслах, но сохранили воспоминания об удивительной архитектуре прародины; Безымянное племя к тому же научило их делать орудия из полированного обсидиана, нефрита и сланца.

Однако с севера продолжали наступать ледники, и Безымянное племя по-прежнему странствовало, отступая перед их натиском. Лед не достиг южного континента и даже не приблизился к нему, но тот край и так оказался не слишком гостеприимным: сплошная трясина, кишащая ядовитыми змеями. Отчаявшись, люди выстроили корабли и на них уплыли в опоясанную морем Атлантиду. Между тем в Атлантиде обитала Третья раса — кроманьонцы, или атланты. Это были сущие гиганты, и притом отлично сложенные. Они обитали в пещерах и кормились охотой. Они еще не знали ремесел, но успели постигнуть искусство. Когда они не были заняты охотой или междоусобной войной, они проводили время рисуя людей и зверей на стенах своих пещер. Безымянное племя, народ пришлых ремесленников, оказался сильней, и атлантам пришлось искать новую родину. Постепенно они также перебрались в Европу, где сразу вступили в жестокую схватку со зверолюдьми, что первыми попали туда.

А потом началась война между племенами, и победители изгоняли прочь побежденных. И случилось так, что между этими последними оказался некий очень старый и очень мудрый волшебник. И он, отправляясь в изгнание, проклял Атлантиду страшным проклятием: кануть в безвестность, не оставив после себя внятного следа в людской памяти. Ни один корабль атлантов, сказал он, более не увидит чужих берегов; равно как и иноземные мореплаватели более не увидят побережья Атлантиды. Так и суждено ей лежать, окруженной никем не тревожимым морем, пока не появятся с севера драконоголовые корабли и четыре войска не сразятся на острове Морских Туманов, а Безымянное племя не породит величайшего предводителя.

Волшебник со спутниками перебрались в Африку, двигаясь на веслах от одного острова до другого. Достигнув материка, они повернули к северу и постепенно добрались до внутреннего моря, которое тогда называли просто Срединным, а теперь называют Средиземным. И показалось им, будто оно лежало как драгоценный камень, в